По осколкам твоего сердца (СИ) - Джейн Анна

Ольга Владимировна была права – мне нужно было заняться спортом. И я нашла себя в мотоспорте. Да, не обходилось без травм, и как-то раз я даже сломала руку. Но всего есть своя цена.

В какой-то момент мне стало мало. Захотелось настоящих соревнований – с теми, кто, как и я, обожает скорость и может совладать с ней. У меня даже появился поддержанный спортбайк – простая серийная модель с мощным двигателем, которую мне помогли модифицировать.

На нем я участвовала в нескольких одноэтапных любительских соревнованиях, в которых побеждала, хотя была единственной девушкой среди парней. Однажды мне пришлось участвовать в любительских соревах на трассе, мокрой после дождя. Финишировать удалось не всем, а я смогла. Стала второй.

Это окрылило меня, но… Меня мягко «устранили». Я не нравилась местному председателю комиссии шоссейно-кольцевых гонок – он продвигал чью-то дочь, а я и мои скромные успехи мешали этому самому продвижению. Девушек в мотоспорте немного, а на моем фоне эта девочка терялась. Меня перестали брать куда-либо под разными предлогами, и я забила на это. Перегорела.

Уже потом знающие люди мне объяснили, что в спорте это частое дело. Не все талантливые люди попадают на соревнования. Да и вообще, чтобы идти вперед в этом спорте, нужна поддержка спонсоров, чтобы покупать очень дорогие модели супербайков.

Пока ту самую чью-то дочь продвигали, сунув на старт Кубка России по шоссейно-кольцевым гонкам, мне предложили участвовать совсем в других гонках. Нелегальных.

Когда живешь в мире хороших мальчиков и хороших девочек, многое не знаешь. Например, о подпольных соревнованиях – начиная от боев без правила, заканчивая гонками. В каждом большом городе на этом делают огромные деньги. Тем, кто занимается этим бизнесом, всегда нужна новая кровь. Они находят тех, кто так или иначе хорош в каком-либо деле. И предлагают сделки.

Мне тоже предложили.

Когда-то я ругала Диму за то, что он согласился на это. И… согласилась сама. В тот момент мне нужны были деньги – заболела бабушка, и ей нужна была операция на сердце. К тому же мы умудрились затопить соседей, которые сделали ремонт. И я согласилась. Единственным моим условием стало то, что я не участвовала в ночных забегах по городу. Это было небезопасно. Только закрытые от чужих трассы.

Это был азарт, драйв и легкие деньги. А еще – слава в узких кругах. Они не знали моего настоящего имени. Только прозвище. Рысь. И считали крутой.

Сначала мне нравилось это, поднимало самооценку, потом стало просто забавлять. А затем я стала к этому равнодушной.

В родном городе в гонках я почти не участвовала. Все крупные ставки делались в родном городе моего Димы. В том самом, из которого я сбежала. Этот город будто не отпускал меня – как и сам Дима. Меня тянуло туда. И несколько раз в году я возвращалась. В мотосезон гнала на своем байке – дорога занимала около восьми часов. Зимой могла приехать на поезде.

Я снимала квартиру на несколько недель и тусовалась с Диларой и Игорем. Участвовала в гонках. Проведывала Диму. Но каждый раз все равно ревела на его могиле, как ненормальная.

Иронично, но с мамой я виделась только тогда, когда приезжала. И делала это редко – она стала для меня чужой, хотя мама будто этого не понимала. Все твердила, как любит меня.

За три года ко мне она не приехала ни разу, хоть и обещала. Сначала у нее была отговорка, что жить у бабушки она не может – они ведь в ссоре. А нашу квартиру они с Андреем продали. Потом у мамы было плохое самочувствие из-за беременности. А затем ей было некогда из-за второго ребенка.

Но мне было хорошо и без нее.

Так я и жила на два города. Без особых целей в жизни. Без любви. Никого не могла впустить в свое разбитое сердце.

Любовь мне заменяла скорость.

Я припарковалась рядом с модным рестораном, в котором работала официанткой. Кому-то казалось, что эта работа не очень, а меня все устраивало. Платили неплохо, к тому же гости часто оставляли чаевые. Впрочем, это была не единственная моя работа.

Несмотря на субботу, днем гостей было немного. Люди предпочитали отсиживаться дома, под прохладным кондиционером, а не бродить по жарким улицам. Мы с другими официантками почти все время сидели без дела, болтали, пока администратор не слышала, или же сидели в телефоне.

[1] Трюковая езда на мотоцикле.

[2] Вид мотоспорта в котором спортсмены совершают прыжки со специальных трамплинов, выполняя в полете трюки.

Глава 20. Нежеланная любовь

Я перекидывалась сообщениями с Диларой. Странно, она находилась далеко, но для меня всегда была рядом. Мы были друг другу словно сестры.

«Жду тебя, малышка, - написала подруга. – Когда ты уже приедешь?»

«Через несколько дней», - ответила я.

«Я уже не могу дождаться! Скучаю ужасно!»

«И я скучаю:*»

«Обед ждет тебя в гости!»

Следом прилетела фотография селфи Дилары и Обеда, который из милого котенка стал настоящим матерым котярой с пушистым хвостом.

За последние годы подруга стала еще более женственной. Черная грива волос, длинные ресницы, тонкая талия, коварный огонек в глазах. Настоящая кошечка. Красотка. За ней бегали толпы парней, только у нее никого не было. Как и у меня. Как меня не отпускал Дима, ее не отпускал Леха.

В ответ я прислала Диларе фото ключицы с татуировкой, кожа вокруг которой немного покраснела.

«Офигенно! Может быть, я тоже однажды решусь на тату», - ответила она. Подруга всегда поддерживала меня.

Вечером гостей стало на порядок больше. И приходилось кружить по залу, принимая заказы и разнося блюда.

- Полина, обслужи гостя за восемнадцатым столом, Лена не успевает, - сказала мне администратор странным голосом. Часть столов находилась на втором уровне заведения – вид оттуда открывался на центральные улицы города. Эти столы считались более «элитными» и были ограждены друг от друга перегородками. Места там почти всегда были забронированными.

С блокнотом наготове я подошла к восемнадцатому столу и увидела Руслана. За эти годы он несколько изменился – возмужал. На волосах – модный андеркат, плечи стали шире, на руке появилась татуировка. Мальчик-мажор в стильной одежде и кроссовках, которые стоят больше, чем у кого-то телефон. Он учился в Москве в престижном вузе, водил крутую тачку и чувствовал себя уверенным. Сейчас у него были каникулы. Скорее всего, прилетел на самолете. Расстояние между нашими городами всего ничего.

Сводный брат сидел, откинувшись на спинку диванчика, и что-то писал в телефоне. В мою сторону даже не смотрел, будто бы меня не существовало.

Мне стало смешно, но я скрыла улыбку.

- Добрый вечер, рада приветствовать вас в нашем заведении, - сказала я отработанным тоном. – Готовы ли вы сделать заказ?

Только тогда Руслан поднял на меня взгляд – недовольно-высокомерный, как и всегда. Он и сам не понимал, как этот взгляд делал его похожим на отца. Только в отличие от него он мог быть хорошим. Иногда. После смерти матери он словно с катушек сорвался. Потом пришел в себя.

- Сядь. Хочу поговорить с тобой, - попросил Руслан.

- Я не могу садиться к гостям, - улыбнулась я.

- Да сядь ты, - повторил Руслан с нажимом. – Пожалуйста.

Что ж – если гость просит…

Я опустилась на диван рядом, положив блокнот на колени.

- Что ты здесь забыл, Русик? – спросила я уже другим тоном. Своим обычным.

- Хотел увидеть тебя. Теперь это запрещено? – прищурился он, не сводя с меня глаз.

- Нет. Но для чего? – пожала я плечами.

Руслан гневно выдохнул.

- Я скучаю. Веская причина? Или тебе этого мало?

- Еще раз – я не понимаю, что ты хочешь, - ответила я.

- Я хочу тебя.

- Ты сумасшедший, - рассмеялась я, а он широко улыбнулся.

- Знаю.

- Серьезно, ты прилетел сюда, потому что хотел увидеть меня? Понимаешь, как это звучит? – нахмурилась я.

- Я прилетел к другу на днюху. Но не мог не увидеть тебя. Реально скучаю.