Открываю контакты и нажимаю на тот, что подписан «Роман».
Стоит признать, капитан сумел меня зацепить.
Гудки идут, но никто не спешит брать трубку. Ни в первую попытку, ни во вторую.
Третьей уже не делаю.
Раз мужчина обещал позвонить, но так этого и не сделал, да и теперь не алё, стоит понять его правильно: он не желает продолжения знакомства.
Усмехаюсь. Нет, так нет. Гашу экран. Убираю телефон в сторону. И некоторое время, прикрыв глаза, дышу прохладным вечерним воздухом. А когда собираюсь идти пить уже точно заваренный чай, мобильный оживает.
«Роман», — сообщает надпись на экране.
— Неужто рак на горе свистнул, что вы, Роман Батькович, всё-таки решили уделить мне каплю вашего бесценного времени? — язвлю вместо приветствия.
А в ответ получаю совершенно удивительное.
— Викуся! Ну наконец-то ты догадалась мне позвонить сама!
На секунду теряюсь, а потом беру себя в руки и фыркаю:
— Шутишь?
— Да какое шучу?! Я ж свою мобилу за борт уронил во время одной из проверок, — эмоционально делится мужчина. — Восстановить симку — восстановил, но твоего номера на ней не сохранилось. И хрен рыпнешься на твои поиски. Проверки за проверками идут целыми сутками. Таскают то туда, то сюда. Не то что спать, ср. ть некогда.
Не удержавшись, смеюсь в голос.
Как же я, оказывается, соскучилась по этому прямолинейному хаму.
— Бедненький! Неужто я тебя как раз от белого фаянсового друга оторвала?
— Хулиганка! — фыркает Роман, хохотнув, но тут же серьезно добавляет. — Я сегодня уже своим эСБэшникам дал команду тебя найти. Помнил, что билеты на эту дату брала. Но ты — умница, меня опередила, — и без паузы. — Викусь, я пздц по тебе соскучился!
— Честно-честно?
На душе так тепло становится.
— Честно-честно. Был бы в городе, приехал и доказал.
— А ты не в Питере?
— Нет, в Москву вызвали. Неделю, как минимум, пробуду в столице.
— С танкером всё серьезно, да?
— Я разрулю, не переживай, — говорит уверенно и тут же переключает меня на другую тему. — Лучше расскажи про поездку. Никто к тебе там не приставал? Телефончик не подсовывал? В Синопе купалась? Что больше всего понравилось?
— Тебе и вправду это интересно? — пытаюсь понять.
Вон Бардин — еще муж, но ни одного вопроса не задал. Ему было все равно. А тут посторонний мужчина.
— Интересно, Вика. А еще я хочу слышать твой голос.
Неприятный ком, что стоял в горле, растворяется без следа. За разговорами с Романом не замечаю, как летит время. И когда пару часов спустя я иду спать, то улыбаюсь и думаю исключительно о капитане, а не о том, как трепал мне нервы Анатолий.
Глава 37
ВИКТОРИЯ
Офис адвоката находится между Сенной, Садовой и Спасской станциями метро. В красивом четырехэтажном здании старой постройки с античными барельефами. Добираться подземкой в эту часть города значительно быстрее, чем на машине, но я все же сажусь за руль.
Вторая половина дня радует ясной погодой и легким ветерком. Отключив кондиционер, открываю передние окна и, беззвучно подпевая Милен Фармер, настраиваюсь на встречу.
Музыка, другие участники движения, светофоры, красота любимого города, которая никогда не приедается — дорога пролетает незаметно, и вот я уже в нужном месте.
Отмечаю, что в запасе есть еще двадцать минут, потому без паники ищу свободное для парковки место.
Мне везет, буквально в ста метрах от входа из кармана задом сдает газель. Встаю на аварийках, страхуя ей беспроблемный выезд, а, когда она, моргнув аварийками, уезжает, занимаю территорию.
Неторопливо скачиваю приложение и оплачиваю стоянку на час, после чего, прихватив папку с документами и сумку, покидаю автомобиль. Зеркальный фасад соседнего с нужным мне здания отражает меня целиком. Оцениваю свой внешний вид.
На мне легкие летние брюки и блузка, на ногах удобная обувь. Каблуки за рулем не приемлю. Прическа, макияж. Собираясь на встречу, я постаралась, не желая ударить в грязь лицом, и сейчас весьма этим довольна.
Театр начинается с вешалки, а адвокатская контора Крамора со второго этажа, который она занимает целиком.
Отмечаю ремонт — современный и дорогостоящий. Вывеску заметную, но не кричащую. При входе приемная — светлая, просторная, отделанная в спокойных тонах. За столом молодая женщина. Она явно знает себе цену, но при этом предельно вежлива. Никакого высокомерия, никаких ног от ушей, коротких юбок, глубоких вырезов и яркой помады. Одета классически, макияж не броский. Она здесь для того, чтобы давать уверенность клиентам: в этом месте люди работают и решают чужие проблемы.
— Добрый день. Виктория Бардина. К господину Крамору. Мы договаривались на шестнадцать — тридцать.
— Здравствуйте, Виктория Владимировна. Подождите минуту, я уточню, готов ли Роман Романович вас принять.
Киваю. Отхожу на пару шагов к окну.
Секретарь связывается со своим боссом по телефону. Разговор короткий, после чего женщина поднимается со своего места и показывает мне дорогу.
— Проходите, пожалуйста, — открывает передо мной дверь.
Захожу.
Просторный светлый кабинет отделан в том же стиле, что приемная. Из-за стола поднимается молодой мужчина худощавого телосложения, в очках. Мельком отмечаю часы и запонки. Не хило. Уровень дохода у Крамора совсем не маленький.
Он в свою очередь внимательно разглядывает меня, я бы даже сказала подробно изучает. Я делаю по отношению к нему то же самое.
— Располагайтесь, — он указывает мне на стул. — Чай, кофе?
— Воды, если не затруднит.
Присаживаюсь.
Роман Романович отдает необходимые распоряжения. Спустя пять минут передо мной появляется стакан воды, перед адвокатом — кофе. Секретарь удаляется.
— Итак, Виктория Владимировна, я вас внимательно слушаю.
Оцениваю свои ощущения от молодого, но очень амбициозного и пробивного тридцатидвухлетнего адвоката, как мне его презентовали.
С ходу подкупает его собранность, внимательность и то, что он помнит, как меня зовут. Внешность располагающая, взгляд острый, аккуратист, ни одной лишней бумажки на столе. А еще он мне смутно кого-то напоминает.
Кого — сразу сообразить не получается, но негатива в связи с этим не испытываю.
Задаюсь вопросом: готова ли я довериться этому человеку? Ведь тут придется выкладывать всё, как на духу, не юля и не лавируя в фактах.
Потом вспоминаю девчонок, которые старались подобрать мне профессионала, лучшего из лучших — а им я доверяю, как себе — и мысленно киваю. Да, готова.
— Мне предстоит развод. Муж — бизнесмен, достаточно состоятелен. Бизнес, можно сказать, начинали вместе. Первоначальный капитал на развитие давал мой покойный отец. А недавно я узнала, что Анатолий, мой муж, каким-то удивительным образом год назад всё перевел на своего отца. Они оформили сделку купли-продажи, но я не помню, чтобы подписывала согласие на эти действия. И теперь получается, что за двадцать пять лет совместной жизни у нас в совместной собственности с мужем есть только дом площадью двести квадратов.
— Вы подозреваете, что вашу подпись при отчуждении бизнеса могли подделать?
— Других вариантов у меня нет, — признаюсь, дергая плечами, а после делюсь откровенностью. — Я не привыкла подписывать бумаги в спешке, и, если бы что-то было, таже доверенность, я бы обязательно ее увидела.
Поднимаю взгляд и напарываюсь на оценивающий взгляд Романа Романовича. На секунду мне даже кажется, что это Роман — капитан на меня смотрит.
— Бизнес прибыльный?
— Да. Сеть медицинских клиник «Ваш доктор».
— Муж официально где оформлен?
— Там же. Генеральным директором.
— Зарплата?
— Не могу сказать, не интересовалась никогда.
— Дети в браке есть?
— Да, двое. Старшей дочери — двадцать четыре, младшей — четырнадцать.
Крамор замолкает, бесшумно отпивает кофе из белой фарфоровой чашки. Я делаю несколько глотков воды и жду его реакции.
