Развод. Не буду второй женой (СИ) - Манарова Эльза

- Но не убили же.

- Но могли. - Она поднимает глаза, и я вижу в них слёзы. - Я бы не пережила, если бы с тобой что-то случилось.

Она уже готова разреветься. Ну пиздец, только мне бабских слёз сейчас не хватало.

- Не надо реветь. Всё хорошо. - Она сильнее прижимает диск к ране, и я морщусь от боли. - Прости. Просто... просто я не знаю, чтобы делала без тебя.

Она вроде как искренне переживает. Айна действительно боялась меня потерять. И это странно не трогает. Вот если бы рядом была моя Злата…Но она как раз бы, наверное, была бы рада, если бы я не выжил. И разводиться не пришлось бы. Пиздец, как больно это осознавать.

Она заканчивает обрабатывать царапину, заклеивает пластырем. Потом замечает ссадину на руке, засучивает мне рукав, снова берётся за перекись.

- Айна, достаточно. Это мелочи.

- Для меня не мелочи. - Она не останавливается. - Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

- Почему?

Она поднимает голову, смотрит прямо в глаза:

- Потому что я тебя люблю.

Слова повисают в воздухе. Айна говорит это не в первый раз, но сегодня в её голосе другие интонации. Не просто влюбленность молодой женщины, а что-то глубже. Страх потери, настоящая привязанность.

- Знаю, ты не любишь меня. - Она возвращается к обработке ссадины. - Но я люблю. И наш ребенок - часть тебя. Я не могу позволить, чтобы с тобой что-то случилось.

- Всё. - Айна откладывает аптечку. - Теперь нужно отдохнуть.

- Да. Пойду в душ.

- А поесть? Я могу что-то приготовить...

- Не хочется есть. - Встаю с дивана, чувствую, как тело ноет от ушибов. - Но виски не помешает.

Иду к бару, достаю бутылку Макаллана, наливаю полный стакан. Рука дрожит от злости, виски расплёскивается по столу. Первый глоток жжёт горло, но следом приходит долгожданное расслабление.

Нужно успокоиться. Нужно думать холодно, как учил отец. Но как думать холодно, когда внутри всё горит желанием мести?

Выпиваю стакан залпом, наливаю ещё. Алкоголь обжигает желудок, но притупляет боль и физическую, и душевную.

Айна уходит в спальню. Я остаюсь один с бутылкой виски и мыслями. Отец прав - я размяк. Пока играл в семейные драмы, враги готовили нам смерть. Пора вспомнить, кто я такой.

Пью ещё, и ещё. Алкоголь помогает не думать о том, что сегодня мог стать последним днём моей жизни. О том, что так и не поговорил со Златой. Моя гордячка не отвечает. Но хотя бы мать не стала сбрасывать. Сказала, что она на работе. Нужно вернуть её обратно, нельзя ей оставаться одной.

К тому времени, как бутылка пустеет, голова кружится, мысли путаются. Поднимаюсь с дивана, качаясь, иду в спальню. Раздеваюсь кое-как, падаю на кровать.

Последнее, что помню, как проваливаюсь в темноту.

Но вот очень быстро просыпаюсь от чьих-то прикосновений. Кто-то гладит мою грудь, целует шею.

Сквозь сон думаю моя Злата вернулась. Она бросила всё, простила, и теперь всё будет хорошо.

В полной темноте открываю глаза. По силуэту понимаю, что это не Злата.

- Тамерлан, я так хочу тебя.

И я окончательно прихожу в себя. Рядом со мной Айна Она лежит рядом, совершенно голая и прижимается ко мне.

- Что ты делаешь? Что за херня? - Сажусь и всматриваюсь в темноту.

- Хочу быть рядом. После всего, что случилось...

- Айна, уйди.

- Не хочу.

- Оденься. - Приходится самому вытаскивать её из кровати. - Или тебя силой заставить одеться?

- Почему ты такой грубый. Я просто хочу утешить тебя.

- Как в прошлый раз?

И тут до меня доходит, что в прошлый раз я был в отключке с одного бокала виски, а сейчас выпил в два раза больше и чувствую себя нормально. Я полностью контролирую ситуацию.

Что-то здесь не так.

- Ты мне что-то подсыпала в виски, так ведь?

- Ничего не подсыпала.

- Не сейчас, а тогда. Когда мы встретились в первый раз. Снотворное. Или что-то ещё. Вот почему меня так сильно развезло.

- Что ты такое говоришь? Тамерлан, да как ты можешь думать так плохо про меня.

- Блядь, Айна! - Взрываюсь, только лишь её положение сдерживает меня. - Потому что иначе ты бы не позволил мне быть рядом. Я никогда не собирался изменять жене.

- Всё что было, между нами, правда. И я ничего не подсыпала тебе.

Айна, почуяв, что перешла черту, быстро накидывает халат и пулей вылетает из спальни.

Смотрю ей вслед и понимаю, что она не так проста, как казалось. И, возможно, гораздо опаснее, чем я думал.

Глава 30

- Злата, тебе лучше послушать меня. - Понимаю, что Каримов прав, но внутри всё противится, кипит от сопротивления.

Я медленно передвигаю ноги, но Адам крепко держит меня, не даёт упасть и тащит к машине. Его люди распахивают нам дверь внедорожника, но я оглядываюсь вокруг, словно ищу того, кто только что устроил покушение. Или просто не могу себя заставить сесть в машину. Только сейчас до меня доходит, что я могла умереть. Прямо сейчас могла лежать под той балкой с проломленным черепом.

- Что не так? Почему ты мне не доверяешь?

- С доверием у меня проблемы, Адам. Ты сам сказал, что мир, в котором я живу, благодаря семье Байсаровых, очень опасен. Вдруг ты мне враг?

- Я точно не враг, хочу лишь помочь. Твоего мужа тут нет, поэтому кто тебя защитит? Сама подумай. - Адам говорит серьёзно, без намёка на игру или флирт. - У меня есть люди, отвезу тебя в безопасное место. Можешь остаться у меня, пока всё не уляжется.

- Мне нужно домой, я не могу остаться у тебя.

- В чём проблема?

- Ты понимаешь, как это выглядит?

- Понимаю. Но альтернатива у тебя мягко скажем не очень.

Его слова эхом отдаются в голове. Смерть. Ещё утром я думала о разводе, о новой жизни, о том, как начать всё сначала. А теперь думаю о том, как вообще остаться в живых.

- Мне нужно время подумать.

- Времени нет, Злата. - Адам смотрит на часы. - Каждая минута промедления увеличивает риск.

- Тогда отвези меня домой. К родителям.

- Ты правда этого хочешь?

К Адаму подходит один из его людей, высокий, с каменным лицом, и что-то сообщает. Слышу лишь упоминание фамилии Байсаровых. Лицо Адама ничего не выражает, лишь на секунду мне кажется, что в глазах промелькнул страх. Ему явно сообщили какие-то плохие новости.

Ладони становятся холодными. Достаю телефон из сумки, чтобы позвонить маме, предупредить, что еду домой. И вижу экран, усыпанный уведомлениями.

Четырнадцать пропущенных звонков. Все от Тамерлана.

Точно что-то случилось. Четырнадцать звонков за пару часов - это не нормально. Что-то случилось.

- Адам, что случилось? - У меня снова голос дрожит. Только бы всё было хорошо. - Почему ты молчишь? - Показываю ему экран. - Тамерлан звонил четырнадцать раз.

- Злата, кое-что случилось. Но ты не волнуйся. Все живы.

- Живы?

- Да, на Руслана было совершено покушение. Тамерлан там тоже был.

Меня снова ведёт, шатает из стороны в сторону. Прикрываю глаза, чувствую, как бы не свалиться в обморок. Ныряю в машину, потому что не могу стоять. Мне нужно успокоиться и взять себя в руки.

- Ты в порядке. - Адам садится рядом и протягивает бутылку с водой.

У меня случается самый настоящий испуг и приступа паники. Уже второй за час. Сердце готово разорваться на мелкие кусочки. Мне страшно. Страшно за того человека, которого когда-то любила. Возможно, до сих пор люблю, хотя и не хочу в этом признаваться. Мне сложно признать, но та паника, которую я чувствую, открыла неприятную правду: равнодушной к Тамерлану я так и не стала. И, возможно, никогда не стану.

Набираю номер мужа. Он отвечает сразу, буквально после первого гудка.

- Злата, почему не отвечаешь? - В его голосе слышу панику. Тамерлан всегда контролировал ситуацию, всегда был уверен в себе. А сейчас он звучит как человек на грани срыва.

- Я в порядке. Тамерлан, что случилось?

- На отца покушались. Взорвали его машину. Он жив, если бы мы случайно не отошли от машины. - Тамерлан не заканчивает фразу, но я понимаю. Они оба должны были погибнуть.