- Проходите, пожалуйста. - Говорит мама, и в гостиную входит Халид Байсаров.
Значит, Тамерлан всё-таки прислал за мной младшего брата.
Он выглядит точно так же, как всегда подтянутый, в джинсах и кожаной куртке, с лёгкой улыбкой. В отличие от братьев и отца он не носит костюмы. Он вообще от них отличается. Более заводной и дерзкий. Только сейчас взгляд у него серьёзный, всё бунтарство куда-то исчезло.
- Владимир. - Кивает он папе. - Как ваше здоровье?
- Спасибо, нормально. Выписали сегодня. Смотрю, что-то ко мне в дом зачастили браться Байсаровы. - Папа не особо рад видеть Халида, собственно как и я.
- Пап, сиди, не напрягайся. - Он пытается встать, но я кладу руку ему на плечо.
- Это хорошо. - Халид снимает куртку, вешает на спинку стула. Движения у него спокойные, но я замечаю, как он оценивающе осматривает комнату. - Злата, нам нужно поговорить.
- О чём? - Я крепче сжимаю спинку папиного кресла, словно это может защитить нас обоих.
- Тамерлан просил передать, что самолёт ждёт. Вылетаем через два часа.
- Я никуда не лечу. - Отхожу от кресла, скрещиваю руки на груди.
Халид делает шаг ко мне, но останавливается, видя мою позу:
- Злата, ситуация серьёзная. На отца покушались, на тебя, судя по всему, тоже. В столице сейчас безопаснее.
- Безопаснее для кого? - Голос звучит резче, чем я планировала. Делаю ещё шаг назад.
Мама вскакивает с дивана, нервно поправляет волосы:
- Извините, а что происходит? Злата, ты нам ничего не рассказывала про покушение. - Она подходит ко мне, берёт за руку.
Закрываю глаза, освобождаюсь от её хватки. Не хотела их пугать, пока папа болел.
- Мам, всё хорошо. Только не волнуйтесь. На Руслана Магомедовича было покушение.
- Значит, это правда? По новостям что-то передавали, но я так была занята, что подумала очередные сплетни. А с тобой что было?
- На стройке отеля на меня чуть балка не упала. Возможно, случайность.
- Нет, больше похоже на покушение. - Вставляет своё замечание Халид, садясь на край дивана.
Папа резко поднимается с кресла, качается, но держится за подлокотник:
- Как покушение? На мою дочь?
- Пап, не вставай, тебе нельзя волноваться. - Бросаюсь к нему, но он отмахивается.
- Как мне не волноваться? - Он делает неуверенный шаг к Халиду, опираясь на спинки мебели. - Халид, объясни толком, что происходит.
- У моего отца взорвали машину. Чудом выжил. В тот же день на Злату чуть не упала балка. Это не совпадение.
- Боже мой... - Мама хватается за край стола, её костяшки пальцев белеют. - Злата, почему ты молчала?
- Не хотела вас пугать. Особенно пока папа в больнице. - Подхожу к окну, отодвигаю штору, смотрю на двор.
- И что теперь? - Папа медленно опускается обратно в кресло, тяжело дышит.
- Теперь Злата должна быть под защитой. За этим я и приехал.
- У вас? - Резко разворачиваюсь, скрещиваю руки. - У меня что есть? Дом, где живёт вторая жена моего мужа?
Халид замирает, потом медленно кивает:
- Понимаю, ситуация сложная. Но речь идёт о твоей безопасности.
- Может, и так. Но я устала от того, что за меня всё решают. - Сжимаю кулаки, ногти впиваются в ладони.
Мама быстро подходит к папе, садится на подлокотник его кресла, гладит его по плечу:
- Доченька, а может, он прав? Если действительно опасно.
- Мам, я взрослая женщина. Могу сама решать, где мне жить. - Начинаю ходить по комнате, не могу стоять на месте.
- Но если кто-то хочет тебя навредить? - У мамы дрожит голос, она крепче обнимает папу.
Папа берёт её за руку, сжимает:
- Таня, успокойся. - Потом смотрит на меня. - Злата, остановись. Сядь. Расскажи всё с самого начала. Что за балка? Кто мог это организовать?
Останавливаюсь, сажусь в кресло напротив, но сижу на краю, готовая в любой момент вскочить. Рассказываю про стройку, про то, как чудом уцелела. Осторожно обхожу тему Адама, говорю только, что успела отскочить. Халид слушает внимательно, не перебивает, но я замечаю, как он барабанит пальцами по колену.
- Значит, ты успела отскочить сама? - Уточняет папа, подавшись вперёд.
- Да. - Стараюсь не моргать, когда лгу.
- Молодец. Всегда говорил - у тебя хорошая реакция. - Папа встаёт, но сразу качается. Хватаюсь за его руку.
- Пап, осторожно. Тебе ещё нельзя резко вставать.
- Да ладно, я не стеклянный. - Но опирается на мою руку. - Просто ноги ещё слабые после наркоза.
- Сколько дней ты лежал? - спрашиваю, помогая ему дойти до окна.
- Пять. Думал, неделю продержат. - Папа смотрит во двор, где играют дети. - А как твой Тамерлан? Сильно напуган?
Вопрос застаёт врасплох. Папа всегда мог читать меня как открытую книгу.
- Не знаю. Какое этот и имеет значение?
- Но если он брата сюда прислал, значит всё серьёзно. Я хотя твоему мужу не доверяю, но тобой думаю он не стал бы рисковать.
Молчу несколько секунд. Халид делает вид, что изучает картину на стене, но я знаю, он слушает каждое слово.
- Ты же не хочешь согласиться с ним.
- Твой муж меня сильно разозли, жаль мало ему врезал. Но, если тебе правда грозит опасность, то тут мы тебя не защитим. Вот о чём я переживаю.
- С чего вы вообще взяли, может на стройке был несчастный случай.
- Нет, Злата. Всё слишком серьёзно. Если бы была ерунда, я бы никогда не поднял свой зад и не приехал сюда. Поверь, в Лондоне мне было лучше. Не хочу вмешиваться в ваши личные дела с братом, но знаешь, что я думаю?
- Что?
- Что ты до сих пор его любишь. И это тебя пугает больше всего остального. Поэтому не хочешь возвращаться.
- Неправда. - Протестую, но я то знаю, что Халид прав.
- Ты боишься его простить.
- Этого никогда не будет.
- Тогда так и скажешь ему. - Папа берёт мою руку. - Злата, ты стала сильнее. Я вижу. Ты больше не та девочка, которая соглашалась на всё ради сохранения брака. Потому что даже сейчас ты задаёшь вопросы. Раньше просто молчала и терпела.
Честно не знаю, что делать.
Мне нужен развод.
Сбежать, конечно, хорошо, но я хочу получить свободу. И поставить жирную точку в наших отношениях с Тамерланом.
- Халид, а как вы считаете, кто мог организовать эти покушения? - Спрашивает папа.
- У нас есть подозрения, но пока точно не знаем. - Осторожно, не в даваясь в подробности отвечает Халид, поднимается, засовывает руки в карманы.
- То есть враги есть, но кто именно - неясно?
- Именно.
- Тогда вопрос, почему вы уверены, что в Москве Злата будет в безопасности? - Папа останавливается прямо перед Халидом.
- У нас больше возможностей для защиты. Скоро все виновные будут наказаны.
- Так, Халид думаю хватит подробностей.
Мне даже знать не хочется как семья Байсаровых наказывает виновных.
- Владимир,
- Простите, не хочу тебя задеть. - Папа поднимает руку, останавливая возражения. - Но моя дочь пять лет была замужем, и за эти пять лет я ни разу не слышал о покушениях. А как только она приехала к нам, на неё сразу покушаются? Может, проблема не в том, где она находится, а в том, с кем связана?
Мама вскакивает, подбегает к папе, берёт под руку:
- Володя прав. Может, лучше Злата останется здесь, подальше от всех этих разборок?
Халид останавливается посреди комнаты, долго смотрит на меня:
- А если я скажу, что есть обстоятельства, которые могут изменить ваше решение о разводе?
- Какие обстоятельства? - Делаю шаг к нему.
- Не мне об этом говорить. Но Тамерлан очень хочет рассказать всё лично. Это не уловка, Злата. Мой брат правда что-то выяснил насчёт его… - Он осекается, хотел назвать её женой, но передумал. - Айны.
- Меня это не волнует. Поезд уже ушёл.
- Злата. - Мама подходит сзади, кладёт руки мне на плечи. - Выслушай мужа, а потом принимай решения.
- Бывшего мужа. - Освобождаюсь от её рук, отхожу к окну.
- Вы ещё не развелись. Может, он хочет извиниться? Исправить ошибки? - Мама следует за мной.
