Соблазни меня (ЛП) - Такер Кэти

Я выскальзываю за дверь и сворачиваю за угол, прижимая iPad к груди. Ноги ватные, кровь стучит в висках, окончательно лишая меня равновесия. Так и подмывает сбежать и никогда не оглядываться назад.

— Салли? Это правда? — Стены не глушат звук, и в пустом тихом коридоре я отчётливо слышу низкий голос Генри.

— Для меня это новость.

— Это была твоя ассистентка, Генри, — вставляет Белинда, и её самодовольный тон невозможно не заметить.

— Я в курсе, что она была в салоне вчера. Салли согласовала это со мной. — Спокойный голос Генри даёт мне ложное чувство безопасности.

— Да, — подхватывает Салли. — Там было пусто. Ни одного клиента. Не представляю, кто мог пожаловаться.

— А использование кабинета для процедур тоже было согласовано с Генри?

Долгая пауза.

— Я не знала, что они им пользовались. Нет, — наконец признаёт Салли.

— Они провели там почти двадцать минут.

— Кто?

— Эбби и одна из косметологов.

Я зажмуриваюсь, чувствуя, как наворачиваются слёзы.

— Наверное, это была Кэти, это она всё организовала. Её соседка, кажется, девушка с характером. — Салли вздыхает. — Простите, я не знала, я разберусь.

О нет. Из-за меня у Кэти неприятности. Или того хуже — ей грозит увольнение! Кэти и Рэйчел обе уйдут?

— Пока не торопись, Салли. Я сам разберусь с этим, дай мне минутку. — Генри прерывает её.

Я отступаю на несколько шагов, чтобы не выглядело, будто я подслушивала, как раз в тот момент, когда дверь распахивается и выходит Салли.

Один взгляд на меня — и её лицо наполняется сочувствием.

— Пожалуйста, не увольняйте Кэти, это я виновата. Я её заставила, — шепчу я. Это неправда, но я готова на всё.

— Не переживай. Думаю, всё обойдётся. И кстати... — Она указывает на мои волосы. — Выглядишь потрясающе!

Я напряжённо улыбаюсь, жалея, что не могу порадоваться комплименту. Как только она скрывается за углом, я снова подбираюсь к двери.

— В чём ты меня обвиняешь? — Голос Генри звучит ядовито и резко. Я явно пропустила что-то важное.

— Это дурно пахнет, Генри.

— И?

— Просто скажи мне, что ты не трахаешься с ней, — шипит Белинда.

— Я не трахаюсь с ней.

— Я тебе не верю.

— Мне плевать, во что ты веришь.

Я знаю, что он лжёт.

— Это не Нью-Йорк, мы здесь в изоляции. Если станет известно, что будущий владелец Wolf Hotels спит со своей ассистенткой, все сразу начнут болтать. Тебе это нужно? Потому что твой отец узнает, даже если не от меня. И, полагаю, он будет не в восторге.

Что будет, если мистер Вульф решит, что Генри и я спим вместе? Разве его волнует, чем занимается сын? Наверное, да, если это бросает тень на компанию. Судя по тому телефонному разговору на днях, он очень гордится именем Вульфов. Что-то в том разговоре меня смущает, но я не могу понять, что.

Повисает долгая пауза, и затем я слышу вопрос Генри:

— Чем они там занимались так долго?

— Как думаешь, чем? — Белинда раздражённо вздыхает. — Это кабинет для восковой депиляции.

— Двадцать минут?

Мне хочется провалиться сквозь землю. Я почти вижу выражение его лица.

— У меня есть догадка. Возможно, твоя маленькая деревенская девочка начинает раскрепощаться. И если это не для тебя, то наверняка для кого-то ещё.

Шаги приближаются к двери, и я отскакиваю как раз в момент, когда она распахивается. Генри выходит и просто смотрит на меня, на его лице холодная маска. Он явно в ярости.

Белинда появляется следом за ним.

— Встретимся на причале в час? — Её взгляд скользит по мне. Эта женщина ненавидит меня, и дело исключительно в ревности. Это почти смешно, учитывая, кто она и как выглядит.

— Ага, — бросает Генри, даже не поворачиваясь к ней. — И внеси, пожалуйста, в личное дело мисс Митчелл предупреждение за использование имущества отеля в личных целях.

Я бледнею.

Я смотрю, как она торжествующе удаляется, жду, пока она скроется за углом, и тут же начинаю умолять Генри.

— Пожалуйста, не увольняй Кэти.

Он начинает шагать взад-вперёд, уперев руки в бока, не говоря ни слова. А когда наконец начинает говорить, это совсем не то, чего я ожидаю:

— Это для Майкла? — шипит он.

Мой рот открывается от неожиданности.

— Нет!

Он будто взвешивает это единственное слово, его взгляд скользит по мне.

— Увидимся у меня дома около пяти, — говорит он уже спокойнее. — Разберись с текущими делами.

Через секунду он исчезает, оставляя меня одну в коридоре.

Глава 20

Я всегда ненавидела колготки.

Они вызывают зуд и сковывают движения, и, без сомнения, к концу дня на них обязательно появляются затяжки. В детстве мама заставляла меня надевать их в церковь, даже в самые жаркие летние дни. Говорила, что ходить с голыми ногами неприлично. Только язычники так делают. Видимо, мама и те, кто придумывал дресс-код в Wolf, в чём-то сходятся, потому что одно из требований для женщин — носить колготки с форменной одеждой. И я всё ещё их ненавижу. Настолько, что, сидя в гостиной Генри, я сняла их с громким облегченным вздохом. А обтягивающую юбку, в которой невозможно бороться с натяжной простынёй? Скинула и её пятнадцать минут спустя, получив наконец возможность свободно ползать по королевскому матрасу, потому что чёртовы уголки этой негодной резинки сегодня отказываются держаться.

Я не беспокоюсь о том, чтобы сразу одеться. Я видела, как лодка с Генри, Белиндой и дюжиной гостей уплыла. Его не будет пару часов, и в моей белой блузке, едва прикрывающей трусики, с волосами, собранными в небрежный пучок, уборка его коттеджа стала в сто раз легче, быстрее и комфортнее.

Закончив, я задвигаю прикроватную тумбочку и выключаю пылесос. В коттедже снова воцаряется тишина. Я вздыхаю, потирая затекшую шею.

— Это новый взгляд на униформу?

Я взвизгиваю и оборачиваюсь. В дверях спальни стоит Генри, с его пальцев свисают те самые колготки, которые я оставила на диване. Его обычная холодная маска исчезла, но я не могу разобрать тёмный, задумчивый взгляд, который её сменил.

Лицо мгновенно вспыхивает.

— Твоя лодка уплыла! Ты был на ней! Почему ты так рано вернулся? — Гул пылесоса заглушил звук открывающейся двери. Наверное, мне стоило нырнуть за юбкой, а не стоять тут, как оленю в свете фар, но, кажется, хуже уже не будет.

— Я не знал, что должен предупреждать ассистентку, чтобы она была полностью одета, прежде чем вернуться домой, — сухо отвечает он, свободной рукой ослабляя галстук и бросая его на комод.

— Эта форма не подходит для уборки. Если ты хочешь, чтобы я тут прибиралась, выдай мне униформу горничной, — слабо защищаюсь я, пряча одну голую ногу за другой. Нет оправдания тому, что, вернувшись, ты обнаруживаешь личную ассистентку полуголой в своих апартаментах.

Чёрт, чёрт, чёрт. Я снова облажалась. Не удивлюсь, если он наконец уволит меня. Я это заслужила. Хотя... почти уверена, что не уволит.

Он прикрывает за собой дверь, и из-за этого простого движения живот сжимается от нервного возбуждения и предвкушения. В том, что меня застали полураздетой в комнате Генри, есть что-то невероятно эротичное.

— У одного из гостей на лодке случилось семейное ЧП. Я уже поговорил с кем планировал, поэтому решил сойти, когда мы вернулись. Да и одет я не совсем для прогулки на катере.

Он медленно приближается, пока между нами не остаётся пары шагов. Снимает пиджак и бросает на кровать. Я глубоко вдыхаю, опьянённая его парфюмом. Это так непрофессионально.

— Прости. Это больше не повторится, обещаю. Как и история с душем. — Я сглатываю. — И со спа.

Интересно, распространяется ли соглашение о конфиденциальности на такие неловкие ситуации? Неужели всё лето будет чередой подобных моментов?

— Ах да, история со спа. — Он обходит меня, медленно кружа вокруг, как хищник. По спине пробегает дрожь. — Скажи, что ты делала в том кабинете с Кэти Монтгомери?