Сестра, верни мне мужа! - Николаева Ольга

- Мы с тобой одни дома. Зачем ты прячешься, Лида? Я же все о тебе знаю. Каждую твою клеточку, каждую родинку, каждую ямочку… - Муж притворился, что ничего не понимает. Прижался к моей спине, провел ладонью – снизу, от подколенной впадины, по бедру, выше…

Срочно пришлось сжимать ноги и уворачиваться.

Точно!

Я же забыла белье надеть! И сейчас стояла тут в одном тонком платье на голое тело! Он не мог не заметить, как предательски выпирают возбужденные соски!

И кого я пыталась обманывать?!

- Ты слишком хорошо меня знаешь, Макс. Потому и прячусь. Только ты не хочешь замечать, как я страдаю!

Отбросила его руки, оттолкнула от себя. Ну, действительно, сколько можно притворяться дебилом?! Потому, что Макс чересчур проницателен! Он не может не знать, что со мною творится!

- Ну, тебе нравится страдать. А я не хочу, чтобы ты этим упивалась. Потому и отвлекаю, как могу.

Психанул.

Обиделся.

Внезапно убрал руки, отстранился – не только телом, душой. Я вживую видела, как он от меня закрывается. Взгляд остыл, улыбка пропала…

- Макс. Пожалуйста. Мне не хватало еще только ссоры с тобой! Ты мне нужен сейчас! Необходим, понимаешь?! Если еще и ты начнешь сердиться – я просто свихнусь!

- А ты не сердись, малыш. Лучше подумай, как мы расскажем дочери о том, как сильно изменился состав нашей семьи…

- Не смей мне больше напоминать про эту самозванку! Я не хочу ничего о ней говорить Кристине! Еще не хватало, чтобы и дочь узнала, что мой отец…

- Что твой отец умер, Лид? Прости, но у тебя не получится это долго скрывать. Крис однажды спросит , почему мы больше его не навещаем в больнице…

- Ты издеваешься. Ты просто надо мной издеваешься, милый. – Только сейчас я поняла, как жутко устала. И уже не хотела ни спорить, ни скандалить, ни возмущаться… Просто упасть и не подниматься больше.

- Я хочу, чтобы ты очнулась. Пришла в себя. Приняла мир таким, какой он есть. И тот факт, что твой отец когда-то изменил твоей матери…

Он тяжело вздохнул и направился в ванную.

- Максим! Ты так об этом говоришь, словно это что-то нормальное! И я не могу из-за этого грустить! – Швырнула ему в спину чистые трусы. Это все, что попалось под руку. Могла бы и чем-то потяжелее пульнуть, да не сообразила!

- Это хреново и грустно. Только мы уже не сможем ничего изменить. – Муж даже не обернулся в мою сторону. И белье свое проигнорировал. Так и пошел в ванную голышом.

Мой мир продолжал рушиться. Одна опора ушла из-под ног, оставив меня наедине с сестрой-подкидышем… Вторая – вот только что отвернулась и закрылась в ванной комнате.

Мне оставалось только одно: собраться с силами, намотать свои сопли на кулак… И снова стать жесткой, неприступной, независимой Лидией Сергеевной. Что мне, в конце концов, привыкать? Раньше я этим занималась, когда рядом не было мужа и отца… Теперь, наверное, придется отращивать броню навсегда. И не снимать ее. Вообще никогда! Даже здесь, дома…

Глаза наливались слезами – горя, обиды, слабости, разочарования… Но я никогда и никому не позволю больше их увидеть! Мне в тот момент казалось, что это не очень и сложно. И что я обязательно справлюсь!

Я ошибалась. Жестоко. И убедиться в этом пришлось очень и очень скоро…

Глава 3

- Что? Пригласить Эту на похороны?! Нечего ей там делать! Она не имеет на это никакого права!

- Мамуля, ты о чем сейчас? – Дочь на секунду оторвалась от телефона, повела бровью, и снова уткнулась в экран.

- Крис, а ты не могла бы вместе с нами обсудить мероприятие?! Это, между прочим, касается твоего дедушки! Единственного, любимого деда! А ты чем занята?

Крис опять повела бровью, но даже не подняла на меня глаза.

- Лида, отстань от ребенка. Еще не хватало ей вникать во все нюансы. Хватит и того, что ей приходится это переживать… - Макс невозмутимо жевал и попивал свой кофе.

- Я что, одна в этом доме должна нервничать и беспокоиться?! Кажется, это дом моего отца! И мы в нем живем все вместе! Могли бы хотя бы изобразить, что горюете о нем! Хотя бы из чувства благодарности!

- Мам. Дед бы нас по-любому на улицу не выгнал, ты же прекрасно знаешь. И чего теперь притворяться, а?

- Он… Он… Кристина, ты живешь в огромном, прекрасном, благоустроенном доме! А могла бы сейчас ошиваться в какой-нибудь коммуналке! Ты хотя бы это понимаешь?!

- А где, кстати, эта Лиза проживает, Лидусь? Не в коммуналке, случайно?

-Знать не знаю. И знать не хочу. – Как он, черт побери, умудряется завтракать с таким аппетитом? Жует и глотает, и видно, что делает это с удовольствием! А мне ни один кусок в горло лезть не хотел. Казалось, что я жую какую-то пресную вату…

- А не мешало бы уточнить, мамуль… - Дочь меланхолично засунула в рот кусочек сырника.

- Крис, а тебе не мешало бы не говорить с набитым ртом! Тебе сколько лет уже, в конце-то концов? Мы кого тут вырастили? Взрослую воспитанную леди или какую-то быдловатую гопницу?!

- А ты не уходи от ответа, мамочка. Я бы, на твоем месте, очень сильно интересовалась, где наша родня живет… - Крис отложила в сторону телефон. И с неожиданным интересом уставилась на меня.

- У нас больше нет родни, доченька! У нас была семья: дедушка, папа, я и ты. Теперь дедушки не стало. И нас осталось трое.

Я оставила попытки позавтракать. От одного только вида пищи начинало тошнить. Вывернула все, что лежало на моей тарелке.

- Мам. Ну, ты же сама говорила: нужно уметь принимать нашу жизнь. Даже если она нам совсем не нравится… - Крис очень загадочно накрутила на палец прядь волос.

- Крис. Ты в школу сегодня идешь. Почему опять лохматая? Ты заниматься будешь или трясти своими кудрями над партой?! - Заметалась по кухне в поисках резинки или заколки, чтобы срочно собрать ее пышные, густые волосы в прическу. Шевелюра Кристины всегда была поводом радости и гордости, моей и дочери… Но не в школе же ею гордиться, в конце концов?!

- Мамуль, я с такой прической уже три дня ходила. И тебе все нравилось. А теперь, вдруг, что-то стало не так? – Вся в отца. Такая же умная и сообразительная. И когда она научилась вот так меня подрезать?!

- Крис, тебе уже пятнадцать. И я уже как-то привыкла верить, что тебе хватит ума и ответственности не нарушать правила… - Заколки на кухне, конечно же, не было. Да ее там и не должно было быть! Я сама бесконечно гоняла Крис, когда она оставляла свои вещи не на своих местах… Пришлось снимать свои шпильки и срочно сооружать прическу на голове у дочери. – И, пожалуйста, вернись домой в таком же виде! Не вздумай все это распускать, как только выйдешь за порог!

- Мам, а все-таки… Ты слишком далеко ушла от темы… - Дочь послушно сидела, не двигаясь, и позволяя делать со своей головой все, чего мне в тот момент хотелось. Процесс причесывания всегда ее гипнотизировал и делал из моей характерной, ерепенистой девчонки послушную маленькую принцессу.

- Нет. Мы обсуждаем твой внешний вид.

- Нет. Я предлагаю тебе пригласить к нам тетю. Ай! Мам! Больно же! Ты меня хочешь оставить лысой?! – Крис вся скукожилась, втянула голову в плечи. – Зачем так сильно дергать?!

- Потому что не надо вслух произносить такую дрянь! – Я слегка ослабила шпильку. Она буквально впивалась в кожу на ее голове. – Как тебе такое, вообще, могло причудиться?!

Оставила прическу Кристины в покое. Волосы отлично держались. Еще бы, я их почти зацементировала, создав идеальный гладкий пучок. Правда, теперь нужно было самой укладываться заново…

- А что, мамуль? Тебе же не хватает меня одной для воспитания? Второго ребенка ты не хочешь…

- Крис, я много раз тебе объясняла… - Дочь зацепила за больное. Второй ребенок… Это могло бы быть счастьем… Но мы не могли себе этого позволить…

- Лид, а кстати, не нужно вот прямо так отметать идею. Это может быть очень здорово… - Теперь Макс оторвался от ленты новостей и биржевых сводок. Лучше бы и дальше туда пялился!