Рук и бунтарка - Крю Кейт

– Нет. К сожалению, не похож.

А значит, он совершенно точно не вписывался в тип людей, с которыми я обычно общаюсь. По крайней мере, так мне казалось раньше. Потому что Эллиот, как выяснилось, тоже был очень далек от образа милого и невинного мальчика.

Я снова оглянулась на мужчину, идущего по улице. Что было лучше: поехать с безумцем на мотоцикле, который выглядел так, будто вполне способен меня убить, но при этом предлагал выбраться отсюда? Или рискнуть и остаться с этим странным типом на пустынной улице?

Я ведь всегда хотела, чтобы в моей жизни было больше приключений. Разве поездка на заднем сиденье мотоцикла незнакомца не подходила под это описание?

– А как… вообще на него садятся? – спросила я.

Он кивнул на подножки, наблюдая через плечо, как я ставлю ногу и пытаюсь забраться. Тут же потеряв равновесие, отступила назад, к счастью, устояв на ногах.

– Ты держишься за мои плечи, чтобы сохранить равновесие, а не падаешь назад, как чертов олененок, – заорал он.

– Я не знала, можно ли тебя трогать! – заорала я в ответ. Затем снова оглянулась – мужчина был уже близко. – Черт возьми…

– Твою мать. Садись сейчас же, – голос мотоциклиста стал резким. – Тебе придется трогать меня куда больше, так что да, предполагаю, что руки на мне – это нормально.

Я уперлась ладонями в его плечи, поднялась на подножку и перекинула ногу.

– О… это как сесть на лошадь, – сказала я, пытаясь устроиться на крошечном сиденье.

Он наклонил голову вперед, и я почувствовала, как его трясет.

– Ты смеешься надо мной? – спросила я.

– Просто… – он выдохнул, – мне еще ни одна девушка не говорила такого в момент, когда седлала меня.

– Я не оседлала тебя, – возразила я, выпрямляясь на своем узком сиденье.

Он завел байк: громкий рев прокатился по мне вибрацией. Затем он резко дернул что-то, и мотоцикл рванул на пару сантиметров. Из меня вырвался крик, и я рухнула вперед, вцепившись в него.

– Да, – перекричал он рев байка. – Ты буквально на мне. Обними меня за талию или держись за бак. За меня можно держаться, пока мы не останавливаемся и не переключаем передачи – тогда упирайся в бак, чтобы удержаться. Не сжимай меня так, будто хочешь выжать из меня жизнь, иначе я высажу тебя и пойдешь пешком. Если что-то не так – постучи по мне, и я остановлюсь. Не заставляй останавливаться из-за того, что тебе страшно. Держи это при себе. – Он усмехнулся. – И если схватишься ниже пояса – это уже твоя чертова проблема. У меня уже несколько месяцев не было девушки на заднем сиденье байка, и я гарантирую: ты кое-что почувствуешь.

– Вау. Правил тут, оказывается, немало. И насчет того, что ты ублюдок, я, кажется, была права.

Он повернулся ко мне.

– Абсолютно, – подтвердил он. – Безопасность прежде всего, Бунтарка.

Он резко опустил мне визор.

– А теперь держись.

4

Рук

На самом деле я понятия не имел, куда именно ее везу, но был уверен: рано или поздно она сама скажет. Я направился обратно в сторону центра, свернув направо, к богатым кварталам, а не налево, в сторону моего дома.

Не было ни малейшего шанса, что она из моего района. И дело было не только во внешности или манере держаться – Эллиот ни за что не стал бы встречаться с кем-то, кто не купается в деньгах. Я был уверен, что он уже давно шарится у нее в сумке, а она даже не догадывается об этом.

Не прошло и пары минут, как она постучала по моему плечу, и я даже не стал скрывать стон раздражения. Все равно она его не услышала. Я свернул на одну из пустынных улочек и заглушил байк.

– Здесь тебя высадить?

Она сняла шлем, и темные волосы рассыпались по плечам. Губы были темно-красными, помада чуть смазалась, самую малость. И я задался вопросом, не успел ли Эллиот начать действовать этим вечером. Но это все равно не объясняло, какого черта он потащил ее на ту опасную улицу. Там не было ничего, на что стоило бы посмотреть, и уж точно не было причины рисковать жизнью красивой девушки.

– Нет, – сказала она. – Но раз уж мы все равно рядом… Ты не против заехать в маленькую пекарню за углом? Они работают допоздна, а я хочу печенье.

– Ты только что попросила меня… остановиться и купить тебе печенье?

– Нет. Я хочу, чтобы ты остановился, чтобы я купила себе печенье.

– Ты что, считаешь меня своим шофером? Мальчиком на побегушках? Ты всегда просишь парней, которые держат тебя под дулом пистолета, свозить за перекусом?

– Парни, которых я обычно прошу отвезти меня за сладким, делают это с радостью и без вопросов.

– Я уверен, что парни, о которых ты говоришь, готовы сделать для тебя многое без вопросов.– Я усмехнулся.– Есть длинный список вещей, которые я сделал бы для тебя, не задавая ни одного вопроса. – Он наклонил голову. – Но заехать за гребаным печеньем – в этот список не входит.

Она нахмурилась, слезая с байка.

– Ну знаешь что, Рук? Мы уже здесь, так что я сейчас обойду угол и куплю себе печенье. А ты можешь либо сидеть тут и ждать, как хороший маленький грабитель, либо уехать и оставить меня здесь, либо пойти со мной. Но у меня был просто отвратительный вечер, и я хочу чертово печенье, – сказала она, чуть ли не плача.

Такой всплеск эмоций, наверное, стоило ожидать. Но до этого она была напугана, и к такому я сейчас точно не готовился. К тому моменту, как до меня дошло, что именно она сказала, девчонка уже скрылась за углом кирпичного здания.

– Эй! – рявкнул я, догоняя ее.

Она даже не сбавила шаг, так что я схватил ее за руку, заставив остановиться.

– Какого хрена ты знаешь мое имя?

Она пожала плечами, пытаясь выглядеть расслабленной, но у нее это не получалось. Половину своей жизни я потратил на изучение языка тела. Это здорово облегчает и запугивание людей, и выход из неприятностей, когда ты знаешь, о чем они на самом деле думают.

И я знал – она все еще напугана.

– Твой друг позвонил, а я ответила. Ты был в шлеме.

– Эйден?

– Да.

– Я его убью.

– Почему? Не хочешь, чтобы люди, которых ты пытался ограбить, знали твое имя?

Я усмехнулся.

– Не особо, нет. Что еще он сказал?

– Что ты сегодня не в духе и что мне стоит подольше держать тебя вне дома, потому что он не хочет с тобой возиться.

– И ты решила, что печенье – отличная идея?

– Я хотела его до того, как ты попытался меня ограбить, так что это показалось логичным.

Она резко развернулась, распахнула дверь пекарни и зашла внутрь. Мне чертовски не понравилось, что я пошел следом, но мне нужно было знать, что еще наговорил Эйден. Надо было понять, насколько сильно придется его избить за то, что он рассказал незнакомке.

Она подошла к прилавку, чтобы сделать заказ, и я встал позади нее. Маску я так и не снял, и девушка за стойкой быстро перевела взгляд обратно на Бунтарку, явно избегая моего взгляда.

– Двойную порцию того же, что берет она.

Бунтарка отошла в сторону и посмотрела на меня снизу вверх, расправив плечи.

– Что, теперь ты думаешь, что я еще и платить буду? – спросил я.

– Ты держал меня под дулом пистолета! – возмутилась она. – Меньшее, что ты можешь сделать, – купить мне печенье.

Глаза девушки за прилавком расширились, а рот приоткрылся.

– Я вообще-то не пытался ее ограбить, – сказал я, вытаскивая наличку и протягивая больше, чем нужно. – Я пытался ограбить ее парня. – И кивком указал на деньги. – Сдача твоя. Если не будешь вызывать полицию.

Похоже, из-за этой истории и моего внешнего вида девушка испугалась и согласно кивнула.

– Без проблем, – пропищала она. – Сейчас принесу.

– Спасибо! – крикнула Бунтарка, отталкивая меня. – Не будь таким грубым.

– Это не я бегаю и во весь голос рассказываю о преступлениях, которые совершаю.

– То есть ты совершил больше одного преступления?

Я нахмурился.

– Сегодня? Да. Это было не очевидно? И если ты начнешь трепаться о моих делах, я буду менее добр.