Красный зайчик (ЛП) - Риверс Девин

Я знала, что он сделает это, но двадцать с лишним против двоих — а я была скорее как половинка — это были плохие шансы. Остаток дня Грэм проверял всё оружие и боеприпасы, чтобы они были готовы к бою, затем устроил меня возле коридора со штурмовой винтовкой и патронами, и мы стали ждать. Он встал у окна, и мы ждали.

И ждали.

И ждали.

Солнце село, а в лесу по-прежнему было тихо.

Ни один из нас не спал, хотя он и говорил мне попытаться. Не знаю, как он ожидал, что я смогу отдохнуть, когда Купер мог появиться в любой момент и забрать меня обратно в ад. Даже мои сны не были безопасным местом. Но ночь прошла без происшествий. Грэм не выглядел напряженным или обеспокоенным. Он несколько раз обошел дом, но в остальном оставался на своем посту у переднего окна с пистолетом в руках.

Ближе к утру Грэм посмотрел на меня, метавшуюся за перевернутым столом.

— Да что он там так долго возится? — проворчала я.

— Куда-то торопишься? — спросил он, и я услышала в его голосе нотки веселья.

— Нет... но это ожидание меня убивает.

— Дождь, должно быть, сильно его замедлил, — спокойно сказал Грэм. Мне следовало помнить, что он бывал в ситуациях и похуже этой.

Прошло еще несколько часов, и вдруг Грэм резко выпрямился, услышав звук, уловимый только им. Он поднял руку, приказывая мне замереть, и я присела за столом, схватив винтовку, повернувшись к задней двери. Я напрягла слух, пытаясь уловить то, что услышал он, но ничего необычного не было. Он выглянул сквозь щели в досках.

— Он здесь, — пробормотал он. Страх пронзил меня ледяной, стремительной волной, заставив содрогнуться. — Он посылает троих к задней двери — они проводят быструю разведку. — Я заметила, как изменился язык тела Грэма, и поняла: он засек Купера.

— Эй, в доме! — крикнул Купер, его самоуверенный голос разнесся по лужайке перед домом. — Мы пришли на вечеринку! Точнее, мы пришли испортить вечеринку, но вы же знаете... — Я почти видела, как он пожимает плечами. — Вульфман, ты заставил нас побегать последние несколько дней. Когда это ты стал таким хорошим следопытом?

Он был ужасно болтлив, а затем я услышала скрип досок на задней веранде и поняла, в чем дело. Он пытался нас отвлечь. Матрас всё еще частично закрывал вход в коридор, но я могла видеть, как чья-то тень пересекла свет, падающий сквозь дверной проем.

— Задняя веранда, — тихо сказала я.

— Помни, что я говорил, — пробормотал он. — Береги патроны.

Я кивнула, но теперь понимала, что он имел в виду, потому что мне до смерти хотелось выпустить весь наш арсенал в эту дверь. Я крепче сжала винтовку и была наготове.

— Я бы действительно предпочел, чтобы всё прошло легко! — непринужденно продолжил Купер. — Рискуя прозвучать ужасно избито: отдай ее, и никто не пострадает, и мы сможем жить дальше.

Тишина затянулась: очевидно, Грэм не собирался ему подыгрывать. Я увидела, как он поднял пистолет, но Купер, должно быть, тоже его заметил.

— Ладно, думаю, я получил свой ответ, — сказал он, и теперь его тон был твердым, как сталь. Должно быть, он нашел укрытие, потому что Грэм не стрелял.

— Приготовься, — выдохнул Грэм.

30

ГРЭМ

Купер был мудаком, но не идиотом. Он окружил дом, точно знал, где именно я нахожусь, и знал, что задняя дверь — наше слабое место. Единственное, чего он не знал, — это сколько у нас огневой мощи, но я сомневался, что его это волнует, учитывая, что в его отряде было по меньшей мере двадцать пять человек против одного: он бы не стал считать Кэйлин угрозой. Я и сам в этом сомневался. Она едва держалась на ногах и не имела никакого опыта стрельбы.

Я услышал, как с грохотом распахнулась задняя дверь, и под чей-то вопль разорвалась граната. Я уже смотрел в прицел и нашел свою первую мишень. Я уложил его и пригнулся, уходя с линии огня, когда пули изрешетили окно, у которого я стоял.

— Трое сзади, один готов, — сказала Кэйлин дрожащим голосом.

Я снова выглянул в окно и нажал на курок, убив еще одного. Я услышал, как выстрелила винтовка Кэйлин, и она ахнула.

— Я попала в одного, — задыхаясь, произнесла она. — Но оба всё ещё за дверью.

Эти двое были умными и не хотели больше рисковать с растяжками. Мне следовало заминировать весь коридор, но было уже слишком поздно. Я услышал выстрел в коридоре, и Кэйлин вскрикнула, когда пули впились в стену. Она поспешно отползла назад, и я услышал, как ее винтовка выстрелила еще несколько раз. К ее чести, она не выпустила всю обойму, но я всё равно поморщился от того, сколько патронов она истратила. Сейчас Купер прощупывал нас. Я посмотрел вдоль коридора и увидел, как двое мужчин продвигаются в заднюю комнату. Я быстро подошел к ней.

— Прикрывай парадный, — прошипел я.

Я медленно двинулся по коридору. Затем завернул за угол в заднюю комнату и быстро прикончил обоих мужчин. Я мельком выглянул наружу, но пули впились в дверь, и я отшатнулся, отступая обратно по коридору. Я бросил быстрый взгляд на Кэйлин, чтобы проверить, как она. Она тяжело дышала и выглядела запаниковавшей.

Прошло время, и я снял еще нескольких.

Кто бы ни высунул голову, я тут же брал его на мушку. Но Купер не был дураком и понимал, что если продолжит в том же духе, то потеряет численное преимущество. После того как мы не стреляли ни в кого почти час, я знал, что его следующим шагом будет штурм.

С обеих сторон дома разверзся хаос. Люди пошли на штурм переднего крыльца одновременно с задним. Я уложил спереди столько, сколько смог, прежде чем мне пришлось обернуться, чтобы помочь Кэйлин. Я выдернул чеку из гранаты и швырнул ее в заднюю комнату. Затем снова обернулся и снял людей, бросившихся к входной двери. Я услышал, как винтовка Кэйлин снова выстрелила, но у меня не было времени оборачиваться. Что-то с грохотом врезалось в переднюю дверь, и я пустил очередь сквозь дерево. Я бросил нашу последнюю гранату в заднюю комнату как раз в тот момент, когда увидел, как другая закатилась в центр нашей. Я бросился к Кэйлин, повалив ее за стол в тот момент, когда прогремел взрыв.

В ушах звенело, я уже и забыл, насколько это отвратительное чувство, и вскочил на ноги. Глаза Кэйлин были огромными от страха, но она не выглядела раненой. Я встал и выстрелил вдоль коридора, но передняя дверь с грохотом распахнулась, и в переднюю комнату хлынули люди.

Кэйлин была на ногах, беспорядочно стреляя. Я шагнул навстречу штурму, застрелив двоих, прежде чем они навалились на меня, и мне пришлось перейти в рукопашную. Я швырнул одного в стену, почувствовал, как что-то впилось мне в спину, обернулся и едва увернулся от ножа в лицо. Я использовал инерцию нападавшего и направил удар его ножа в того самого парня, с которым только что дрался. Я с боем пробился к Кэйлин, схватил ее за руку и прорвался в первую комнату по коридору; затолкав ее внутрь, я с силой захлопнул дверь и запер ее, выигрывая нам короткую передышку. Дверь содрогалась от ударов — они выбивали ее, и я увидел, как появилась трещина. У нас было мало времени.

Я тяжело дышал, а бок и спина горели огнем.

— Ты истекаешь кровью, — пронзительно вскрикнула она. Я проигнорировал ее.

— Тихо, — прошипел я. Когда ко мне вернулся слух, я услышал восхитительный звук. Облегчение разлилось по моему телу. — Слышишь?

— О боже мой, — сказала Кэйлин.

Лопасти. Лопасти вертолета.

Пожалуй, это был самый сладостный звук, который я когда-либо слышал.

Затем я услышала, как разлетелась дверь, и в комнату закатилась дымовая шашка.

Следующие несколько минут превратились в хаос и борьбу за выживание. Люди Купера ворвались в комнату, и я уложил нескольких, стараясь держаться рядом с Кэйлин. Мне вышибло дух, когда на меня набросились четверо и впечатали в стену. Звон в ушах вернулся, и я опустился на одно колено; время словно замедлилось. Дым начал рассеиваться, и я увидел силуэты, движущиеся сквозь пелену. С ревом я вскочил на ноги. Тяжело дыша, я выхватил пистолет и снял троих одного за другим. Чей-то кулак вонзился мне в бок прямо над пулевым ранением, я крякнул, когда меня пронзила боль, и снова рухнул на колени. Я перехватил летящий мне в лицо кулак, выкрутил руку вниз, а затем выстрелил этому человеку в шею. Затем что-то обрушилось мне на висок, и я завалился на стену.