Красный зайчик (ЛП) - Риверс Девин

Я моргнула, чувствуя себя дезориентированной, словно мне и правда всё это приснилось. Я стояла там и глазела по сторонам, когда наконец заметила Крэйвена — без рубашки, в одних боксерах, — расхаживающего по моей кухне.

Без рубашки.

На моей кухне.

На моей кухне... варит кофе.

Я точно спала. Он обернулся и заметил меня; его взгляд скользнул вниз к пистолету, а губы дрогнули в усмешке. Внезапно мне стало неловко от того, что я держу его в руках, и я покраснела.

— В какой-то момент нам нужно будет это обсудить, — сухо сказал он, отвернувшись и заканчивая наливать две чашки кофе. — Хотя, признаюсь, видеть тебя сейчас с пистолетом в руках, с растрепанными после секса волосами и ногами от ушей — это что-то со мной делает. — Он подошел, осторожно вынул пистолет из моей руки и заменил его кружкой кофе.

Я просто уставилась на него.

— Что ты делаешь? — спросила я, когда наконец снова обрела дар речи. В ответ его рука скользнула мне на затылок, он наклонился и поцеловал меня. На вкус он был как кофе и секс. Потребовалось всего несколько мгновений, чтобы внутри меня поднялась волна эйфории, и я машинально подалась к нему. Когда он отстранился, я чуть не упала. Он ухмыльнулся, глядя на мое шокированное и ошеломленное лицо, прежде чем повернуться обратно к кухне, чтобы забрать свою кружку.

— Я не знал, как ты любишь. — Он прислонился спиной к столешнице. — Я про твой кофе, — самодовольно добавил он.

В нем не было ни капли сомнения — настоящий хищник, застолбивший свою территорию. Он смотрел на меня поверх края кружки взглядом, который прожигал меня насквозь. Я вошла на кухню, бросила в кофе маленькую ложечку коричневого сахара и стала медленно размешивать. Я чувствовала, что он пристально наблюдает за мной.

Я увидела, как по заднему дворику промелькнула тень, и замерла. Он заметил это, подошел, поставил свою чашку и обнял меня со спины, прижимая к себе.

— Это мои люди, — сказал он мне в шею. — Они будут поблизости до тех пор, пока я не удостоверюсь, что Купер больше не представляет угрозы.

Я открыла рот, чтобы возразить, но меня окутал его пьянящий одеколон, а его губы вытворяли чудесные вещи с моим плечом. Я поняла, что мне стало легче от мысли, что Купер не сможет снова застать меня врасплох. Я сделала глоток кофе, и часть моей тревоги испарилась.

— Значит ли это, что ты тоже будешь поблизости? — спросила я, стараясь звучать непринужденно, но всё равно услышала в своем голосе абсурдную надежду. Он усмехнулся, коснувшись моей кожи, и его зубы нежно прикусили меня. По всему телу пробежала дрожь, и я откинулась назад, опираясь на него.

— Ты моя, хочешь ты этого или нет, дорогая, — хрипло произнес он.

— Даже если по доброй воле?

Потому что я вдруг поняла, что не хочу возражать ни против чего, что бы он ни захотел со мной сделать. Он замолчал, его руки крепче сжали меня, а затем замерли. Я не видела его лица, но мне хотелось знать, что там написано. Я отставила кофе и заерзала в его объятиях. Когда он понял, что я пытаюсь повернуться, а не вырваться, он ослабил хватку; я снова прижалась к его груди и посмотрела на него снизу вверх. Его руки соскользнули на мою поясницу, и он посмотрел на меня. Он выглядел так, словно пытался скрыть свои истинные чувства, но у него это не получалось, и у меня перехватило дыхание от той нежности, которую я уловила в его взгляде, пусть даже на краткий миг.

— Я всегда буду испытывать твои границы на прочность, любовь моя, — наконец сказал он, пронзая меня взглядом. Он поднял руку и провел большим пальцем по моей нижней губе. — Я понял, что ты — стихия, еще когда увидел тебя впервые, но теперь... теперь, когда я по-настоящему знаю, какая ты сильная женщина... — Его пальцы приподняли мой подбородок, хватка была твердой; он опустил свои губы к моим и остановился в миллиметре от них. —...быть тем, кто заставляет тебя распадаться на части — это самое близкое к божественному, что я когда-либо познаю в этой жизни, и я планирую продолжать. Так что, по доброй воле или нет? — решать тебе.

— Возможно, со мной не всегда будет просто, — выдохнула я.

— О, детка, я на это рассчитываю, — ответил он.

Его рука опустилась и шлепнула меня по заднице. С моих губ сорвался то ли вскрик, то ли вздох, когда я подпрыгнула и прижалась к нему вплотную, а затем его губы накрыли мои.

Несколько часов спустя, когда он действительно сдержал свое обещание заставить меня снова и снова распадаться на части в его объятиях, я вышла из ванной и нашла его в своем кабинете. Он хмуро смотрел на лист бумаги, который держал в руках.

— Я не знал, что «Логово» спонсирует испытания на людях, — мрачно произнес он. Я подошла ближе и увидела, что он держит распечатку заметок, сделанных во время одного из экспериментов. Это было невероятно жутко, и, к сожалению, таких было много.

— Купер хочет сделать людей невосприимчивыми к слому под давлением, — сказала я. — Вот почему он хочет вернуть меня. Не для «Логова» — он хочет, чтобы я помогла ему создать эту технологию.

— Ты бы смогла это сделать?

— Да почему все меня об этом спрашивают? — в отчаянии воскликнула я. — Я бы предпочла умереть. Я пытаюсь остановить его с тех пор, как выбралась, но это оказывается сложнее, чем я думала.

Крэйвен положил бумагу и провел рукой по лицу.

— Знаешь... всё, что ты говорила во время коктейля, теперь обретает смысл, — сухо пробормотал он. — Неудивительно, что ты поняла, что тот мужик — лжец. Ты, блядь, технический директор компании, о которой он говорил.

— Мой папа и правда служил в армии, если тебе от этого легче, — с легкой улыбкой сказала я.

Он покачал головой, а затем посмотрел на меня.

— Что тебе нужно? — просто спросил он. Я непонимающе уставилась на него.

— Что ты имеешь в виду?

— Что тебе нужно, чтобы уничтожить Купера?

— Всё не так просто... — начала я.

— Дело вот в чем, — перебил Крэйвен. Он прислонился к моему столу и скрестил руки на груди, став абсолютно серьезным. — Купер будет продолжать охотиться за тобой до тех пор, пока либо не преуспеет и не утащит тебя обратно в эту адскую дыру, либо не приложит руку к твоей смерти. Я не хочу ни того, ни другого, поэтому спрашиваю еще раз — что тебе нужно?

Проблема заключалась в том, что мне действительно нужна была помощь. Даже с моими техническими навыками и армейскими связями, самостоятельные действия занимали слишком много времени; и чем больше времени я тратила, тем больше жизней разрушал Купер, и тем дольше мне приходилось жить в страхе, что он снова появится в моем доме.

— Я не собираюсь делать ничего из этого законными методами, — предупредила я. Он ухмыльнулся и мрачно рассмеялся.

— Детка... оставь грязные разговоры на потом.

Улыбка тронула мои губы.

— Мне нужна тактическая группа. Мой контакт из ЧВК на задании, а человек, к которому он меня направил, целую вечность тянет с ответом. У меня есть все данные, о которых только можно мечтать, но сейчас мне нужен тот, кто проникнет туда и физически прикроет эту лавочку.

— И убьет Купера, — сказал Крэйвен.

Я посмотрела на него таким же темным взглядом, как и его собственный.

— В идеале — да.

— Сделаем.

— Что?

Он оттолкнулся от стола и направился на кухню.

— Кстати... кто такой Грэм? — спросил он, когда я последовала за ним. Смена темы была резкой, но я догадалась, что он увидел информацию о Грэме в моем кабинете. То немногое, что я смогла о нем найти, тоже было в тех кипах бумаг.

— Я попала с ним в авиакатастрофу, и в итоге он спас меня из «Логова».

Крэйвен обернулся и недоверчиво уставился на меня.

— Воу, воу... авиакатастрофа?

Я вздохнула, подошла к холодильнику и достала две бутылки пива. Открыла их и пододвинула одну Крэйвену.

— Думаю, мне лучше начать с самого начала.

Я рассказала ему всё про авиакатастрофу и Грэма. Я рассказала о том, как мы изначально наткнулись на Купера, но пропустила время, проведенное в «Логове», так как он и так много об этом знал, и перешла сразу к тому, как Грэм меня спас. Я ненадолго запнулась, когда рассказывала о тех нескольких днях в бегах, но Крэйвен, казалось, и сам быстро всё сложил в единую картину. Всё время, пока я говорила, он внимательно слушал, его лицо оставалось непроницаемой маской. Он даже не притронулся к своему пиву, и я понятия не имела, о чем он думает. Затем я рассказала ему о перестрелке и о том, как нас спас Кэл, а когда я дошла до части об убийстве Вандала, его взгляд обострился. Я описала ему подробности, и он ухмылся.