Татка. Деревенские каникулы - Хэй Эрин

— Ой, ну что же мы так и будем тут стоять, что ли?! Давайте в дом!

Дядя Гоша открыл было рот, но, увидев, как Кирилл помотал головой, потемнел в лице, пожал плечами и кивнул. Все двинулись к калитке, и Таня поплелась за ними, подхватив по пути скинутые туфли, чем ошеломила Кирилла ещё больше. Он только сейчас заметил, что она шла босиком и вообще выглядела неважно: оцарапанная коленка, испачканное лицо и руки, вымазанный в грязи нос, ноги по щиколотку в пыли, а узкая юбка чуть разошлась по шву.

— Что с тобой? — спросил Кирилл.

— Ой, ты не представляешь! — затараторила Таня, жалуясь на свои злоключения. — У меня машина сломалась! Шина лопнула, я чуть не перевернулась! Не знаю, как вообще жива осталась! А дорога пустынная, связь не ловит, пришлось тащиться пешком до Александровки, понимаешь?

У ворот девушка остановилась как вкопанная, глядя на оскалившегося пса.

— Барон, место! — командным голосом рявкнул Кирилл, а дядя Гоша увёл лохматое чудовище в сарай и запер там.

— Можешь не бояться.

Отец Кирилла почему-то продолжал хмуриться, но Таня не понимала причины. Да и, в конце концов, какая разница? Может, у человека просто плохое настроение?

— А с туфлями что? — Кирилл кивком указал на её многострадальную обувь.

— Ох... — Ещё сильнее расстроилась Таня. — Сначала я угодила в коровью лепёшку, потом мне пришлось убегать от демона в обличье разъярённого гуся. А потом я споткнулась и упала.

— Так давно не была в деревне, что забыла, как надо обращаться с гусями? — усмехнулся дядя Гоша. — Схватила его за шею и отбросила подальше!

Оставив на веранде рваные кроссовки, мужчина прошёл в дом. Кирилл тоже разулся, а Таня потрясённо рассматривала его обувь от известного бренда, пусть потёртую и заношенную, но оригинальную, а не реплику. Уж в этом Таня разбиралась. Сам же молодой человек был одет в старые джинсы и выцветшую футболку.

— А мы на сенокосе с утра были, устали как проклятые, — пояснила тётя Галя, когда они с Кириллом прошли в дом. — Мужики сейчас баню истопят, а я на стол накрою. Думаю, ты ужинать с нами будешь. Наверняка ты голодная, а в вашем доме вряд ли что-то есть.

Таня поначалу хотела отказаться от приглашения, но, рассудив, решила согласиться. Неизвестно, в каком состоянии находится их баня, да и как топить её, девушка не знала. Она видела, как это делала бабушка, но уже не помнила. Да и с питанием вопрос надо будет решить. Одно дело, когда машина под рукой — никакое расстояние не страшно, хоть до Рязани поезжай и закупайся в супермаркетах, а теперь это не так-то легко сделать. Придётся пользоваться местным сельпо. Вспомнив о машине, Таня совсем приуныла, но Кирилла уже рядом не было. Тот вышел во двор, и она видела в окно, как ловко он колол дрова.

Потом позже, распаренная и отмытая до блеска, она сидела за столом, одетая в выданный ей безразмерный халат с огромными белыми ромашками на голубом фоне. В бане Таня разобралась быстро, откуда наливать холодную воду, а откуда горячую. Шампуня любимой марки под рукой не оказалось, и ей пришлось воспользоваться «Рецептами тётушки Аглаи». Впрочем, вода, что лилась тут, была настолько мягкой, что, наверно, для мытья волос можно было бы использовать хозяйственное мыло, и всё равно они остались бы нежными и шелковистыми.

— Так что там с твоей машиной случилось? — спросил за ужином Кирилл.

— Сломалась в километрах десяти отсюда, — пояснила Таня. — Связи не было, не смогла вызвать помощь.

— Связь и в деревне не на каждом шагу есть, — пожал плечами Кирилл.

— И что же делать?

— На почте есть стационарный телефон. Позвоним оттуда. Только уже завтра. Сейчас поздно.

— А с моей ласточкой ничего не случится? — заволновалась Таня.

— Места у нас глухие, как ты успела убедиться, — усмехнулся Кирилл. — Вряд ли кто-то кинется разбирать её на запчасти.

Таня вздохнула, надеясь, что её друг прав.

— И что, ты так и шла пешком на этих своих булавках, невидимках или как их там, до самой деревни? — вклинился в разговор дядя Гоша.

— Шпильках, — подсказала ему тётя Галя, но тот, сморщившись, отмахнулся.

— Нет, меня Маша Иванова подвезла, — сообщила Таня.

Она сейчас с удовольствием уплетала жаренную на сале картошку и овощной салат, заправленный деревенской сметаной, вприкуску с домашними лепёшками, стараясь не думать, сколько калорий она поглощает.

— Ой... — Таня вспомнила рассказ бывшей одноклассницы. — А это правда, что в восьмом классе вы поехали в Москву, увидели меня на ВДНХ, махали мне, а я даже не подошла?

— Правда, — кивнул Кирилл с самым серьёзным выражением лица.

— Мне так неудобно, — пробормотала Таня. — Я вообще ничего не помню. Мы поэтому перестали общаться? Извини, я, наверно, вас просто не узнала. Там же обычно такое столпотворение. Ты бы мне написал, объяснил...

— Нет, — отрезал Кирилл. — Не поэтому. Но что теперь говорить о прошлом? Сегодня переночуешь у нас, а завтра посмотрим, что с домом и что с машиной.

Глава 7

Ночь прошла в целом спокойно, Тане даже удалось ненадолго задремать на диване в гостиной. Вообще, в этом доме многое поменялось с того времени, когда она была здесь в последний раз. Комнат стало больше, как минимум на одну, да и сами комнаты казались ей просторнее. А ещё появился душ и тёплый туалет, хотя вся семья после сенокоса предпочитала по старинке мыться в бане. Но тут Таня могла их понять, вспоминая, как после горячего пара расслабились все мышцы, даже те, о которых она и не подозревала, и она почувствовала себя будто заново рождённой. Под душем такого эффекта не добьёшься.

Замотавшись в необъятную сорочку, выданную ей тётей Галей, и с тоской думая о своём шёлковом пеньюаре, Таня уснула, чтобы через несколько часов подскочить от оглушительного петушиного крика. Сев на диване, она встревоженно заозиралась по сторонам. За окном едва забрезжил рассвет. Однако никто из хозяев не проснулся. Из ближайшей комнаты доносился храп дяди Гоши. Сунув голову под подушку, Таня снова попыталась уснуть, но посторонние звуки всё равно просачивались сквозь перо и пух, к тому же ещё и дышать стало трудно.

Так Таня и промаялась до утра, засыпая и просыпаясь, поочерёдно слушая то храп, то петушиное пение. Окончательно её разбудил звон посуды и доносящийся из кухни запах жаренной на шкварках яичницы. Кутаясь в халат с ромашками, она как заворожённая поплыла на аромат горячей пищи. В Москве Таня привыкла завтракать овощным салатом, омлетом, приготовленным на пару из одних белков, и тостом к кофе, а здесь будто сам воздух возбуждал аппетит.

Завтрак прошёл в непринуждённой обстановке, только дядя Гоша постоянно на неё посматривал с плохо скрываемым неодобрением во взгляде, тётя Галя всё хлопотала по хозяйству, а Кирилл рассказывал об их планах на сегодня.

— Сначала откроем тебе ставни, потом решим вопрос с автомобилем, — заявил он.

Так они и поступили. Таня, одетая всё в тот же безразмерный халат и обутая в резиновые шлёпанцы, которые оказались ей большими и норовили соскочить при каждом шаге, шла к дому бабушки, с опаской выглядывая из-за спины Кирилла, но злобный гусь, напугавший её вчера, так и не попался им на пути. Кирилл прихватил с собой пластиковый кейс с инструментами и по приходе принялся отдирать гвозди и снимать доски с заколоченных окон.

— Почему здесь всё выглядит так, будто ни за домом, ни за участком никто не присматривал много лет? Я точно знаю, что моя мама исправно переводила деньги кому-то, — спросила Таня, когда последние гвозди были выдернуты, а последняя доска снята и аккуратно сложена около сарая.

— Я всех подробностей не знаю, — пожал плечами Кирилл, хмуро оглядывая заросший участок и просевшее крыльцо. — Насколько мне известно, дед Петя и баба Нюра действительно присматривали несколько лет за домом.

— Ну да, Копыловы, я помню их, — подтвердила Таня.

— Вернее, не они сами, а дядя Денис, их младший сын, — уточнил Кирилл. — Но года два назад дядя Саша, их старший сын, забрал родителей к себе. У деда Пети инсульт вроде случился, да и баба Нюра постарела. Видимо, дядя Денис забил на это дело, в отсутствии надзора. Сама знаешь, какой он необязательный.