Любимый сводный брат (СИ) - Максимова Рина

Знаю, что маму гнетут сомнения. Она хочет быть рядом с любимым мужчиной, и так же хочет позаботиться о любимой дочери.

Слышу, как Мирослав просит маму дать ему трубку.

— Дана? — обращается он ко мне, как только телефон оказывается у него.

— Да? — хрипло отвечаю я.

— Максу сказала уже? — первым делом интересуется он.

— Нет! — резко говорю я. — Да и не хочу тревожить его, сама разберусь. — надеюсь, что Мирослав поведется на это, но уже знаю, что вряд ли это сработает.

— Что за глупости? Он тебе поможет! И еще я сейчас позвоню и вызову к нам домой своего знакомого. Он отличный врач, осмотрит тебя и выпишет всё, что нужно. Оставайся дома и жди его! — мужчине так легко удается разрешить всё, что глубоко в душе я благодарна за его появление в нашей жизни.

— Так ты согласна? Если что, то мы вместе сразу же вернемся домой. — знаю, что он обращается к маме, после чего наступает молчаливая пауза. Мама раздумывает над предложенным вариантом, после чего соглашается.

— Хорошо! Но мне сразу же нужно знать, что и как, как только врач осмотрит её.

Мирослав снова возвращается к разговору со мной.

— Тогда решено. — мягким, но серьезным голосом заключает Мирослав. — Отдыхай, и жди врача.

— Хорошо, спасибо. — я благодарю и отключаю вызов.

Кладу телефон на тумбочку у кровати и устраиваясь по удобней, зарываюсь в теплое большое одеяло. Только моя голова касается подушки, как в мою комнату нагло врываются со стороны ванной комнаты.

— Какого хрена? — рычит Максим. Он одет в пижамные штаны и футболку. Волосы растрепаны, а в руках он сжимает телефон.

Я резко подрываюсь от испуга, и смотрю на него огромными глазами. От такой резкой смены положения перед глазами появляются черные пятнышки.

9 глава

Макс

Заботится о Дане, это лучшее, что происходило со мной за последнее время. Знаю, может это и звучит странно, но осознание того, что мы одни дома, и именно я тот человек, который заботится о ней, следит за тем, чтобы она выпила лекарства, готовит для неё… Всё это будоражит меня.

Прежде, я никогда и ни о ком не заботился, и не думал, что мне может понравиться это. Наоборот, я думал о том, нахрен вообще такое надо? А теперь, я понимаю, что забота это нечто важное и интимное, и я чувствую такую близость с этой девочкой, особенно когда наношу мазь на гладкую идеальную кожу её гибкой спины. Гибкой, потому что она выгибается дугой каждый раз, как я прикасаюсь к ней.

Я не хожу в университет, и не вижусь ни с кем, включая Кару. Всё мое внимание целиком и полностью принадлежит Дане, и я открыто кайфую от того, что она рядом со мной целыми днями, даже если и за стенкой. Хоть я и делаю вид перед ней, что меня это вовсе не волнует.

И чем больше эти чувства захватывают меня, тем больше я понимаю, как мне кажется, я должен поступить. Я собираюсь расстаться с Карой, даже если Дана пока не моя. Потому что все мои мысли вращаются вокруг одной единственной девушки, которая каким-то непостижимым образом, стала центром моей вселенной.

Неделя протекает бесцельно, пока я лежу в кровати, и пялюсь, то в потолок, то в ноутбук.

Во вторник, как и обещала, заходила Аля и провела со мной большую часть дня, и Дима наведался вечером, и благородно предложил отвезти подругу домой, что бы та смогла задержаться подольше.

Макс ходит столбом, и почти не обращает на меня внимание, кроме того, что меряет температуру, кормит, и мажет спину по вечерам. Правда делает он это с каменным лицом, и сразу сматывается с комнаты. Мне же эти моменты даются очень сложно, и я просто до боли прикусываю язык, чтобы не наслаждаться процедурой.

Мы не говорим много с Максом. А с Димой и Алей я общаюсь в основном по телефону. Лида тоже звонила несколько раз и хотела прийти, но на самом деле я в основном чувствую себя такой уставшей, что постоянно мне хочется просто спать.

В четверг днем, я все же встала с кровати и захотела сама себе приготовить обед. Макс как раз куда-то вышел, а он меня не оставлял почти всё это время. Не знаю, может это его повод прокосить учебу, но даже если мы не в одной комнате, я постоянно слышу, как он шатается по дому, и это действует на меня успокаивающе.

Может, прямо сейчас, он на встрече с Карой. Кстати, все эти дни она не заявлялась сюда, и это не может не радовать.

В тёплых махровых носках и халате, я плетусь на кухню, чтобы что-то съесть. Если все эти дни меня в основном заставлял есть Макс, то сейчас, когда горло уже прошло, я, как говорится, «наверстываю упущенное».

Я открываю холодильник, и начинаю обыск с самой нижней полки.

— Что твоя голова делает в холодильнике, а не на подушке? — за моей спиной очень близко раздается голос Макса, и он пугает меня настолько, что я резко выпрямляюсь, при этом ударяюсь макушкой об одну из полок холодильника.

— Аааа. — вскрикиваю и тянусь к месту удара. Это больно, и я тру ушибленное место.

— Дай посмотрю. — строго говорит Макс, ставит пакеты на стол, и откидывает мои руки. Своими ладонями он бережно прикасается к моей голове, и рассматривает сверху вниз.

— Горе луковое. — ворчит парень, — сильно болит? — теперь он уже заглядывает мне в глаза, при этом все еще не отпуская.

Я теряюсь в карих омутах, которые поглощают своей глубиной, и не могу ничего сказать. Вместо этого слегка киваю и отвожу взгляд, на кое-что не менее интересное и привлекательное, пакеты с едой.

Вызволяюсь из хватки Максима, и начинаю разбирать покупки, в поисках чего-нибудь вкусненького.

— Смотрю аппетит приходит в норму. — констатирует Макс, складывая руки на груди и облокачиваясь задом на столешницу.

Овощи, мясо, фрукты…

— Тортики? Ты купил эти маленькие вкусные тортики? — сейчас я буквально готова расцеловать Макса за такой правильный выбор продуктов. — И чипсы? И еще много всякой неполезной ерундовины, но такой вкусной, что я готова съесть это прямо сейчас.

— погоди немного. Это все пойдет на киномарафон. — заявляет парень, забирая у меня из рук всю такую желанную еду.

— Эээй… — бурчу я. — что за киномарафон? — я все таки краду кусок тортика, и успеваю его откусить прежде чем, он заберет его.

— Вредина. Киномарафон, который я собираюсь сегодня устроить. Так как, большую часть времени я провожу дома, приглядывая за «сестренкой» — крайнее слово он сопровождает знаком кавычек в воздухе, и при этом делая раздраженное лицо. — я пытаюсь хоть как-то развлечь себя.

— Что мы будем смотреть? — говорю я с набитым ртом, пока наслаждаюсь своим десертом.

— Мы? — Максим смотрит на меня, приподнимая правую бровь, — хочешь присоединится? — его голос звучит очень хитро, и я чувствую подвох, но все же отвечаю.

10 глава

Я пробуждаюсь ото сна и сладко потягиваюсь, когда лучи уже вовсю раскалывают полумрак в комнате.

Сразу осознаю две вещи: я проспала очень долго, и так хорошо я спала именно в комнате Макса. Которого, кстати, здесь уже нет.

Привстаю и картинки вчерашнего вечера кружат в моей голове. То, как Макс спал на моей груди. То, как обнимал меня своей сильной рукой. Как прижимался своим теплым телом. И то… как я солгала Диме.

Стыд догоняет меня очень быстро. Я не иду в гостиную, чтобы проверить дома ли Макс. Только надеюсь, что он не в ванной, когда сползаю с кровати, и как вор на носочках крадусь в свою собственную комнату.

Попадая в комнату, я быстро переодеваюсь. Натягиваю джинсы и футболку, которая на два размера больше меня. Её я купила с мамой на рынке года два назад. Я люблю носить дома удобные легкие вещи, и эта футболка была в самый раз.

Слышу стук в дверь, но Макс не входит.

— Через две минуты за столом в гостиной. — оповещает голос Макса за закрытой дверью.

— хорошо. — машинально отвечаю я и замираю на месте. Его голос прозвучал так весело. Я не знаю, как вести себя теперь, после вчерашнего вечера. Почему же ночью все кажется проще? Будто в ночи я теряю голову от присутствия Макса, а на утро просыпаюсь ото сна.