Красный зайчик (ЛП) - Риверс Девин

Последние шесть месяцев были тяжелыми. Мои воспоминания о спасательном полете были в лучшем случае туманными, но Кэл заполнил пробелы. Он отвез меня в засекреченный госпиталь для спецопераций из-за моего щекотливого правового статуса, за что я был ему благодарен, потому что меньше всего мне хотелось снова очнуться в наручниках. Там врачи боролись за мою жизнь. Я получил серьезные внутренние повреждения, и потеря крови была ошеломляющей. Чтобы стабилизировать мое состояние, меня ввели в кому, и на четыре месяца я выпал из реальности.

Кэл убедился, что Кэйлин благополучно добралась до цивилизации, а затем вернулся и не отходил от меня, пока я не очнулся. Сказать, что он вернул мне должок, было бы преуменьшением — я чувствовал, что снова у него в долгу, но он отказывался смотреть на это так. Когда я очнулся, он посмотрел мне в глаза и сказал, что нам нужно кое-что спланировать.

Судя по всему, он навел справки о Купере и «Логове», пока я был в отключке, и ему не понравилось то, что он узнал. Он всегда был бóльшим борцом за справедливость, чем любой из нас, так что если я был готов уничтожить «Логово» ради Кэйлин, он был готов отомстить за всё человечество.

Следующие несколько месяцев состояли из болезненной и интенсивной реабилитации, чтобы встать на ноги и вернуть боевую форму. Я выкладывался по полной. Наверное, даже больше, чем следовало, но я ненавидел то, насколько слабым стало мое тело после четырех месяцев неподвижности. Даже сейчас плечо всё еще побаливало, и у меня осталась легкая хромота, которая никак не проходила, но в целом я чувствовал себя лучше.

«Красный зайчик» начинался как операция только для команды Кэла, но постепенно перерос в полномасштабную операцию с участием более пятидесяти сотрудников ЧВК. Всех предупредили, что это неофициально, но как только они узнали, в чем дело, им было всё равно. Кэл руководил операцией, и он был безжалостен в организации и планировании. Ни одна деталь не была упущена, а когда он не координировал детали операции, он изводил меня предложениями работать с ним, когда всё закончится.

Это было заманчиво. Возвращение к этим парням и планирование операций казалось мне естественным, но я не был уверен в своих юридических обязательствах, когда снова появлюсь на радарах, поэтому продолжал отмахиваться от него.

— Последняя команда прибывает через десять минут, — Кэл вошел в палатку. Наконец-то. С каждым днем я становился всё более нетерпеливым, а потом вчера Кэл сказал, что мы откладываем операцию еще на день, чтобы добавить команду в последнюю минуту. Если бы не тот факт, что в эту команду входил один из лучших специалистов по взрывчатке в индустрии, я бы возмущался громче.

Гэбриэл Гриффин, известный как «Детвинг» (Крыло Смерти), был своего рода знаменитостью в преступном мире спецопераций. Он старался не светиться, но каждый в нашем мире знал, кто он такой, и его имя вызывало здоровую долю уважения и страха.

Он не шел на компромиссы. Он не знал пощады.

О нем шептались, называя ангелом смерти.

Последние несколько лет я слышал его имя только в связи с ликвидацией сетей секс-торговли, поэтому не был сильно удивлен, узнав, что он к нам присоединится. Я был удивлен тем, что им вообще удалось с ним связаться, потому что даже Кэл не знал, как на него выйти, и обычно Детвинг сам приходил к вам, а не наоборот.

— Где, черт возьми, Найт? — спросил Кэл. Он был связующим звеном с этой командой.

— В последний раз видел его в палатке с оружием, — ответил я.

— Типично, — пробормотал Кэл. — Если этот гребаный Пиро сожжет хоть одно дерево, я его повешу.

Трента Найта метко прозвали «Пиро» за его склонность к игре с огнем, и я не винил Кэла — мы не могли рисковать пустить дымовой сигнал и выдать Куперу нашу позицию. Мы специально разбили базу по другую сторону хребта, чтобы избежать обнаружения. Кэл повернулся к выходу из палатки, и мы оба услышали слабый звук лопастей, рассекающих воздух.

Команда из шести человек, одетых в полностью черную тактическую экипировку, с новейшим оружием и техникой, спустилась по тросам с вертолета, прежде чем тот скрылся. Лидером был мужчина постарше, с седыми волосами и аккуратной короткой бородой в тон, а за его плечом стоял Детвинг.

Найт подошел к нему, когда тот приблизился.

— Норт, рад тебя видеть, мужик. Детвинг... — Они пожали друг другу руки, а затем Найт повернулся к нам с Кэлом. Норт поправил свои «авиаторы» и окинул нас холодным, оценивающим взглядом.

— Это Кэл — командир операции, и Вульф, — представил нас Найт. Норт с уважительным кивком пожал Кэлу руку и повернулся ко мне, сделав то же самое.

— Норт, — сказал он, обращаясь к нам обоим. — Моя команда в вашем распоряжении.

— Рады, что вы с нами — давайте проведем брифинг, чтобы можно было начинать, — сказал Кэл. Норт обернулся и махнул рукой своей команде, которая разошлась готовить снаряжение, затем он и Детвинг последовали за нами в палатку связи. Мы собрались вокруг стола со схемами «Логова», и Кэл изложил общий план.

— Мы войдем с трех точек, — сказал он, указывая на входы на карте. — Моя команда займется эвакуацией гражданских через этот южный вход, отводя их к группе в этой зоне сбора. Вульф, Норт — вы поведете две команды для зачистки противника. Состав — бывшие военные и бывшие полицейские. Численность от 150 до 200 вооруженных человек. Тяжелый арсенал оружия, охранники вооружены штурмовыми винтовками и 9-мм пистолетами. Детвинг заминирует это место, чтобы оно обрушилось, взорвалось — в общем, любой хаос, который вы захотите устроить, на ваше усмотрение. Мне нужны ваши планы через... — Детвинг достал из жилета рулон бумаги и развернул его на столе.

— Я заминирую его так, чтобы оно схлопнулось внутрь, установив взрывчатку здесь, здесь... — он указал на несколько дополнительных точек на карте. — Первая фаза — пустить горючий газ через вентиляционную систему, чтобы ослабить подземные конструкции. На заполнение пространства уйдет около пятнадцати минут. Когда я получу сигнал, что все вышли, я подожгу его... — Я увидел, как глаза Найта загорелись энтузиазмом при упоминании об этом. Я знал, что он будет стоять прямо за плечом у Детвинга. — Это быстрая вспышка, две минуты — затем я подорву заряды, и всё, что должно остаться — это кратер. Радиус зоны поражения — около восьмиста метров с востока на запад, почти километр с севера на юг. Возможно, вам стоит расширить зону сбора на километр. Мне понадобится полдня, чтобы заложить заряды, и доступ к вашим компьютерным технологиям для управления вентиляцией. — Он замолчал и выпрямился.

— Сделано, — раздался голос позади нас. — Дайте знать, когда будете готовы выступать. — Я обернулся и увидел Райана МакКинни, или «Госта» — нашего технического гения. Он сидел перед рядом мониторов в другом конце палатки. — Кажется, кто-то уже побывал в их системе. Они там серьезно всё напортачили. Настоящий бардак.

Усмешка тронула мои губы. Это был фирменный почерк Кэйлин.

— Гост настроит тебе связь, Детвинг, и после инструктажа мы отправим тебя туда. Он также позаботится о том, чтобы их командный центр не мешал нам во время операции. Он будет следить за всем и станет главным связным команды по любым вопросам, касающимся наблюдения, доступа и систем. Он будет у нас в наушниках, чтобы держать все команды в курсе, и даст окончательный сигнал на подрыв.

Детвинг коротко кивнул на это, казалось, удовлетворенный планом операции. Кэл сделал паузу и многозначительно посмотрел на каждого из нас, сидящих за столом.

— Купер творит здесь темные дела. Он думает, что делает это ради всеобщего блага: создание технологии, гарантирующей, что солдаты не сломаются под давлением — это благая цель, но он ставит эксперименты на людях и управляет сетью секс-торговли для финансирования своего научного проекта. Мне даже не нужно говорить о том, насколько отвратительна эта часть — мы все в этом солидарны — и хотя, уверен, мы все согласны, что сломаться под давлением — это то, чего все мы хотели бы избежать, Купер не имеет права играть в бога для достижения этой цели. Каждый человек здесь был отобран вручную за свою железную силу воли перед лицом трудностей. Давайте не будем забывать, что мы ломаемся только один раз — всё, что происходит после, лишь делает нас сильнее.