Сводные. Любовь на грани (СИ) - Риччи Ева

— Не всё, я вам сегодня звонила, — выхожу вперёд и отвечаю, под взглядами: полным ненависти Матвея и разочарованным отчима. — Узнала сегодня, и сразу вам позвонила, вы трубку не взяли.

— В этот момент я уже был убит, — зло смотрит на меня.

— Простите, — всхлипываю.

Ко мне подходит Татьяна Петровна, обнимает, прижимая к себе, просит сына налить воды для меня. Выпив, пытаюсь успокоиться, мне стыдно перед всеми, разрывает от мерзости нашего поступка. Вся ситуация навсегда останется грузом на моих плечах, Царёвы меня осудили и прощения не стоит ждать.

— Я хотела бы всё рассказать, — смотрю на хозяина дома, ожидая разрешения.

— Мы все знаем, не утруждайся, — цинично хмыкает Матвей.

— Не стоит, — говорит Сергей Владимирович.

Сжимаюсь под взглядами и опускаю голову, Татьяна Петровна сажает в кресло и остаётся стоять рядом, а у меня даже нет смелости поднять глаза и сказать спасибо. Я внутри сгорела и умерла.

— Сергей Владимирович, у меня к вам вопрос, — спокойно спрашивает Тимофей, — как так получилось, что ничего не замечали за своей супругой подозрительного? Вы столько лет на судебной должности.

— Дай подумать, с чего начать… — громко выдохнув, начинает рассказ. — Сначала не замечал, вскружил голову роман. А потом были некоторые моменты, которые насторожили…

— Какие? — нетерпеливо поторапливает Матвей.

— Самое первое: нападение на Арину, — отворачивается от сына и упирается взглядом в горящий камин, — правильно ты тогда подметил, мы здесь давно живём, такого ни разу не было. Дал задание Андрею, взять копии с камер, где видно лицо того мужика, стал на него собирать информацию по своим каналам в МВД. И цепочка начала выстраиваться, нанял детектива. Понимаете, как ревнивый муж, любовника искал. Предположить не мог, что будет связано с криминалом.

— А когда ты расследование начал? — задумчиво спрашивает Татьяна.

— Да после медового месяца, прилетели и занялся.

— Значит, не после нападения на девочку. Что случилось на острове? — прищурившись, сложила руки на груди.

— Застал ночью разговаривающей по телефону. Наврала про проблемы в отношениях с дочерью. Только Ирина не знала, что я на террасе простоял приличный отрезок разговора и слышал мужской голос и имя Миша.

— Понятно, если бы не ревность, так и остался слепым. Разочаровываешь, Серёжа! — саркастически хмыкает Татьяна.

— Уточни, в который раз, Тань? — обмениваются злющими взглядами они.

— Сбилась со счёта…

— Отец, давай дальше! — перебивает их Матвей.

— Врала она с самого начала, ну разве что дочь настоящая, — невесело усмехается. — У меня и в мыслях не было проверять, для меня она обычная женщина. Светские мероприятия по просьбе прекратил посещать, дал время привыкнуть к новому статусу. Разрешил ей не заниматься домашними делами. Жаловалась на нашу старушку, настаивала, что Анне Семёновне пора на заслуженный покой. Во всех претензиях у меня закрадывались сомнения, но она мастерски… — замолкает, — подробности опустим, — откашлявшись, продолжает, — мастерски плела интриги про всех, даже про родную дочь. Жена не стеснялась поливать всех дерьмом. Детектив закончил расследование буквально на днях. Узнал про любовника, а также о том, что уволилась с детского сада, и о беременности. Думал, что делать! Аккуратно расспрашивал про отношения с матерью у Арины. Удивился, получив в ответ “обычные”, понял, что девочка с матерью не близки. Всё ложь! Ирина врала обо всем. Начал действовать, сначала поговорить хотел, заставить признаться, думал, ради денег со мной. Как только перекрыл жене денежные счета, с неё слетела влюблённость и, честно сказать, ошалел от увиденного. Совершенно другая женщина. В понедельник подготовил пакет документов на развод, завтра собирался его подать, — усмехается, — но мог и не успеть.

— Поздно ты у неё деньги отнял, киллера она успела заказать, — бросает фразу Матвей.

— Уже понял, когда утром в мой кабинет вошёл оперативник УБОП — Константин.

— Вы не хотите рассказать, как до расследования додумались? — вопросительным взглядом окидывает собравшихся Сергей Владимирович.

— Ничего удивительного, на Ирину твою посмотрели и решили все узнать о ней. Ты же не удосужился супругу проверить. Сережа, пятьдесят скоро, а ведешь себя на двадцать, — отчитывает Алевтина Петровна.

— Я извиняюсь, что прерываю вашу семейную беседу, но нам пора. Сергей Владимирович, жду вас завтра в девять у себя.

— Кому нам? — высокомерно подняв бровь, спрашивает старушка.

— Синицина Арина Александровна, вы задержаны по делу “о соучастии в покушении”. У вас есть право на защиту и на адвоката. Пожалуйста, следуйте за мной.

— Подождите, что происходит? Царёв? — шипит Татьяна.

— Тань, не мешай, это их работа, — равнодушно отвечает.

— Понятно, — кинув яростный взгляд на хозяина дома, переводит внимание на Константина. — На сколько девочку задерживают? Я могу поехать с вами?

— Арина арестована на сорок восемь часов, до выяснения обстоятельств. Этот срок может быть продлён судом в определённых случаях, если необходимо дополнительное время для проведения расследования.

— Какая статья, говорите? — серьёзным тоном задаёт вопрос Алевтина Петровна. — Нужно для понимания, какого адвоката к вам отправлять.

— Степень уголовной ответственности и возможные наказания определяются судом и зависят от обстоятельств дела, роли каждого участника и других агрегирующих факторов, — снисходительно говорит оперативник.

— Ясно, не хотите отвечать на поставленные вопросы, ждите Астахова. Я в вашем клоповнике девочку не оставлю.

— Сын, останься с Матвеем. Мы с Ариной в полицию. Беспредел! Нашли крайнюю! — возмущается Татьяна.

Шок, уголовная ответственность… обвинение… соучастие? Это мне? Сижу и у меня вакуум, голоса доносятся через раз, в тумане, чувствую, как начинаю сползать по креслу. Меня утягивает в спасительную темноту и тишину. Перед тем, как провалиться в бездну, встречаюсь с любимыми глазами, в которых пустота… безразличие… Нет там ничего... Как же больно и страшно…

ГЛАВА 57

АРИНА

Дорогу до полиции не помню, все как в тумане. Кто-то сильной ладонью успокаивающе гладил по голове, я прижималась к мускулистому мужскому плечу. Фоном слышала строгий голос Татьяны, отдающей распоряжения по телефону, пронзительный вой сирены полицейской машины, проникающий сквозь шум в уши. Пришла в себя окончательно в кабинете Константина. Третий час в полицейском отделении, допрос серьёзный. У меня забрали телефон, хорошо, что не надели наручники, как особо опасной преступнице. В мобильном что-то проверяют, мне периодически показывают фотографии незнакомых мужчин, спрашивают контактировала ли с ними. Заставляют вникать в выписки счетов, там большие суммы на снятие. На меня напирают и предлагают сотрудничать с органами.

Следователь настаивает, что знала про планируемое убийство. Михаил дал показания против меня, заявив про якобы изначальный план: мать спит с Царёвым старшим, а я — с младшим. Показали фотографии меня в машине матери в тот день, когда она договаривалась с киллером. Я вспомнила, тот день, мать настояла, чтобы я поехала с ней в больницу. Понятно, сделала специально, до меня дошли её слова, что в стороне не получится остаться. Ирина Алексеевна — страшная женщина, собственную дочь не пожалела и подвела под статью. Сегодняшнее число выбрано не случайно, как и день переговоров с киллером: они забавлялись, выбирая важные даты семьи Царёвых. До сих пор не могу поверить в происходящие: всё кошмарный сон, хочется забиться в уголок и просидеть остаток жизни. На пятом часу допроса просто отказывалась реагировать и отвечать на вопросы: сижу и гипнотизирую стрелки часов на стене за спиной следователя. Они помогают удерживать сознание на плаву: я напугана и жутко устала. Из меня выкачали силы.

— Арина, советую не тратить время и дать чистосердечное признание. Михаил уже заговорил, сейчас заговорят остальные задержанные. И для тебя будет лучше, если расскажешь раньше них.