Сестра, верни мне мужа! - Николаева Ольга

- Крис, мне кажется, мы тут не совсем вовремя… - Елизавета не сводила возбужденного, горящего взгляда с нас. При этом – пятилась, не позволяя моей дочери заглянуть через свою спину. Мне пришлось даже почувствовать что-то, похожее на благодарность…

- Нет уж. Заходи. Обе заходите! – Макс аккуратно отодвинул меня в сторону, огладил ладонями, убеждаясь, что все мои вещи теперь в порядке, и что ни одна моя грудь не вывалилась из декольте.

- Мам. А чем вы там занимались? – Кристюха, как ни в чем ни бывало, ухватила со стола виноградину, закинула ее в рот, уперлась боком в дверной косяк, и с явным удовольствием на нас пялилась. Казалось, что она прекрасно знала ответ на свой вопрос, и просто кайфовала от того, что заставила родителей смутиться.

- Боже, Кристи! Сколько тебе лет? – Пока мы с Максом лихорадочно соображали, как бы так поудачнее вывернуться – и не соврать, и не говорить правду, - моя сводная родственница оказалась шустрее. Она подмигнула Кристине, заулыбалась во все свои сияющие тридцать два зуба, - пора бы уже знать, что делают взрослые наедине! И не нужно смущать маму и папу! Зачем ты заставляешь их стесняться, ну? Признайся честно, племяшечка! Ты же этого добиваешься? Чтобы родители покраснели?!

- Фу, тетушка. Как ты могла обо мне такое подумать? – Они обменялись шаловливыми улыбками. Мое сердце снова укатилось вниз: эти двое, казалось, уже прекрасно спелись. И понимали друг друга не только с полуслова, но и с полувзгляда даже!

- Ну, как приличная дочь, ты должна была притвориться, что просто ничего не заметила… - Елизавета ткнула пальцем Кристине под ребра.

- А мне, может быть, хотелось, чтобы они поняли: я знаю, что мама и папа – живые люди, а не какие-то святоши. И чтобы они больше не врали мне, что меня им подослал им Боженька, прямо мамочке в живот, а папа там, как будто, вообще никак не участвовал. Мне, между прочим, уже пятнадцать. И не надо меня считать дурой!

- Крис. А ты не могла нам как-то иначе об этом сообщить? А не разглядывать, как я застегиваю штаны?! – Макс молодец. Он опять быстрее меня сообразил, как реагировать. И даже умудрился не краснеть, отвечая дочери.

- Доченька. Ну-ка, выйди-ка сюда. – Меня еще передергивало от отвращения, как только приходилось приближаться к этой стерве, моей сводной сестре. Но сейчас пришлось пересилить себя. – Что это на тебе такое надето?! Почему ты, среди бела дня, разгуливаешь в ночной сорочке, а?!

Она пряталась за спиной Елизаветы неспроста!

- Крис? Поясни? – теперь уже заволновался и Макс.

- Мы сегодня с Лизой пойдем на дискотеку! И я пришла показать вам платье! – Дочь развернулась вокруг своей оси, демонстрируя что-то ультра-короткое, блестящее, переливающееся… Мини-платье, обшитое пайетками, прикрывало только ее живот . Ни ноги, ни руки, ни плечи, ни грудь – ничего не было спрятано. И задница, в общем-то, тоже ничем не прикрывалась.

- Где ты взяла эту ночнушку, дочь?! С каких пор ты ложишься спать в блестяшках, словно елка? И не говори, что это мама тебе такое купила!

- Мне Лиза дала. Сказала, что в клубе все просто сойдут с ума, когда меня увидят!

- Ты никуда не пойдешь в этом! Даже не мечтай! Прямо сейчас – иди и сними этот разврат! И не смей никогда ни в чем подобном показываться мне на глаза!

- Да, Крис. Реально, мы чего-то с тобой переборщили… Давай-ка, пойдем, подберем тебе что-то более приличное…

- Ну, Лиз! А когда?! Когда мне будет можно?! – Теперь дочка обиделась и на эту тварь. И мне сразу стало легче и радостнее. И даже не пришлось думать о том, что Елизавета внезапно перешла на нашу сторону с Максом.

- Скажи спасибо, что в клуб тебе еще не запретили идти! Пойдем, оденемся нормально! И сразу сбежим, да? – Она подмигнула дочери, схватила ее за руку и утащила подальше от нас.

- Ты понял, что сейчас случилось, Макс?

Муж задумчиво почесывал переносицу.

- Наша дочь внезапно показала, что стала взрослой?

- Нет, любимый. Нас только что обвели вокруг пальца. И платье это было натянуто не просто так! Мы ведь по поводу дискотеки ни слова не сказали!

- Ну, можешь сказать сестре своей спасибо… - Макс лукаво ухмыльнулся и снова протянул ко мне руки. Так, словно ничего не случилось, и никто нам не мешал предаваться забавам на кухонном столе.

- Нет у меня сестры! Не было, нет, и не будет! И прекрати, пожалуйста, называть так эту самозванку!

Вывернулась из его объятий. Знала прекрасно: чуть дай слабину, позволь и дальше меня трогать и обнимать, и я снова обо всем на свете позабуду! Макс – как зелье, от которого мой разум мутится, плывет, а я сама становлюсь безвольной, послушной куклой.

- И вообще! Ты меня в последние дни так часто соблазнить пытаешься, что это становится подозрительным, дорогой мой муж!

- Это на что ты такое намекаешь? – Он ни чуточки не смутился. Словно не заметил перепада в моем настроении. Снова положил ладони на мою талию, притянул к себе, призывно, играючи потерся пахом о мой живот…

- Ты меня как будто пытаешься отвлечь от того, что в нашем доме поселилась посторонняя тетка? Ты что, заодно с нею?!

- Я заодно с тобой, любимая! И я лучше всех на свете знаю, как поднять твое настроение… Ну, же, Лид, прекращай дуться! – Он снова наклонился, пытаясь меня поцеловать в губы. Едва успела увернуться.

- Знаешь, Максим, раньше я за тобой такого рвения не замечала… А настроение у меня портилось и раньше, не только сейчас… Последние лет десять, кажется, ты совсем так сильно не старался уложить меня в постель…

- Не поверишь, милая… Ты давно меня так не заводила, как сейчас! Смотрю на тебя – и сразу руки чешутся. – Он шаловливо пощекотал меня под ребрами, заставляя млеть, таять и извиваться. Это было слишком хорошо и слишком близко, чтобы снова начать сопротивление.

Странное состояние, похожее на наваждение: мне хотелось убивать свою семью, ненавидеть ее, за то, что так быстро и легко меня предали… И не было сил на это. Я могла лишь снова поддаваться обаянию мужа. Слишком желанного и слишком любимого, чтобы долго на него сердиться…

- Мамочка! Папочка! Мы с Лизой ушли! – Дочь снова заглянула на кухню, неслышно подкравшись откуда-то издалека. – Да не прыгайте вы уже! Я все про вас прекрасно знаем! Мы как раз, вот, свалим сейчас, а вы развлекайтесь!

Из-за ее спины выглянула та, которую Крис уже так радостно и благосклонно называла Лизой… Мой язык никак не мог для этого повернуться…

- Куда вы пойдете? - Я, конечно же, все равно отскочила от мужа на максимально возможное расстояние. – Еще же раннее утро! Кто в такое время ходит по клубам?!

- Мы подумали, что вам нужно дать время, чтобы побыть вдвоем. А мы пока прошвырнемся по магазинам. Прикупим что-то модное для Крис…

- Я недавно покупала ей целый ворох модной, стильной, качественной одежды! Ей не нужно больше ничего!

- А кто спорит? Для скучных занятий в школе племяшка одета идеально! А вот погулять с мальчиками… Боюсь, пацаны не оценят вкус ее мамы… В конце концов, девочке пятнадцать, а не сорок пять…

- Мне не сорок пять! – Злость на эту рыжую крысу снова возвратилась. Еще и с утроенной силой. Жаль только, Макс держал меня сзади за бока, прижимал к телу руки, не позволяя прихватить что-то тяжелое и одним махом избавиться от непрошеной и нежеланной родни!

- Ну, прости… Наверное, тебе тоже не помешало бы сменить имидж…

Крис притворилась, что не поняла, как меня только что оскорбили. Она помахала рукой на прощание и упорхнула. Мы слышали только, как хлопнула входная дверь.

- Максим. – Пока я беззвучно открывала и закрывала рот, он успел отпустить меня, отвернуться и активно заняться уборкой со стола. С таким видом, словно только это его в жизни и волновало. И он совсем не пытался домогаться до меня с утроенной силой….

- Да, милая? – Он набил полный рот остатками бутербродов, и теперь притворялся, что может говорить с большим трудом.

- Ты тоже так думаешь? – Мне было плевать на все эти нелепые уловки. Уперлась руками в бока, нахмурила брови, закусила губу… Поведение мужа все больше и больше меня волновало.