Нил стянул мои шортики вместе с бельем, майку я скинула сама.
Поймала его голодный взгляд, задохнулась.
– Первый раз нежно не будет, - предупредил, считывая мою реакцию.
Что?
Нежно? Медленно?
Кивнула, не понимая, зачем мне это.
Хочу его так сильно, что тело судорогой сводит.
Между ног всё пылает.
Не сдержала стон, когда Нил провёл пальцами по моему влажному лону. Толкнулся внутрь двумя пальцами, вызывая искры перед глазами.
Мужчина надавил на мои плечи, заставляя лечь. Накрыл своим телом.
Резким толчком вошел в меня до упора.
Застонала, царапая его плечи.
Пятками на давила, призывая двигаться быстрее.
В голове одно выстукивало: «Хочу его».
Всегда, неважно как. Чувствовать его, прижиматься ближе. Делить одно желание на двоих, соприкасаться губами в вечном поцелуе. Наслаждаться тем, как его пальцы зарываются в мои волосы, давят на затылок.
Нил задвигался быстро, остервенело. Врывался в мое тело так, будто только этого жаждал всю жизнь.
Это дикая любовь, первобытная страсть.
Она окутывает нас, не отпускает. Толкает навстречу друг другу.
Пальцы Нила кружили на моем клиторе, губы глушили крики.
Молнией прошибло, приближая разрядку. Выгнулась, позволяя усладе наполнить моё тело. Мышцы подрагивали, а внутри всё наполнялось новым приливом возбуждения.
Я только кончила, а снова хочу.
Чувствительное после оргазма тело яро откликалось на движения Хаза. Острее, сильнее всё ощущала. Наслаждалась каждым толчком.
Капля за каплей в меня проникало безумие.
Хаз подобен яду. Заполнил меня, отравил.
Невозможно без него теперь.
Пристрастилась.
Подсела.
– Скучала, Надь? – спросил хрипло, сжал мои бедра, удерживая меня на месте. – Скажи.
– Да, Боже, да!
– Моя куколка.
– Твоя.
Послушно кивнула. Кожа горела и немела одновременно. Языки пламя ласкали грудь и живот, лёгкие забивало пеплом. Задыхалась запахом Нила, хотела большего.
Полностью в нём растворялась.
Меня потряхивало от возбуждения, оно с каждой секундой становилось всё больше.
Жалило изнутри, бесновалось.
Ломало подступающим оргазмом.
– Нил! – его имя со стонами смешивалось.
– Давай, куколка, кончи для меня. Хочу видеть как тебе хорошо.
А я сдержаться не могу.
Меня будто иголками пронзает, выпуская всё желание наружу. Оно пульсирует, разрывает меня. Заставляя забыться в порочном омуте удовольствия.
В ушах шумит от собственных криков, тело в вату превращается.
Меня полностью выживает, в небеса поднимает.
Лёгкость и истома смешиваются, накрывая меня блаженством с головой.
Нил толкается в меня последний раз. Чувствую, как его член подрагивает, а после заливает горячей жидкостью.
Мы часто дышим, мужчина прижимается лбом к моему плечу.
Понемногу реальность перестает кружиться, возвращается.
Хаз прикоснулся губами к моей коже, прикусил сосок, вызывая усталый хрип.
Медленно вышел из меня, оставляя после себя болезненную пустоту.
Я потянулась за одеждой, но мужчина меня остановил. Подхватил на руки, двинулся в сторону ванной.
Почувствовала, как к животу прижался член мужчины, снова в боевой готовности.
Затрепетала, предвкушая оставшуюся ночь.
Хаз слово сдержал.
Действительно, отработал всё то время, что его рядом не было.
За каждый день отсутствия – он мне по оргазму дарил.
Глава 92
Хаз
– И я хочу, - Надя надула губки, следя, как я сделал только одну порцию кофе. – Пожалуйста.
– Рано тебе ещё кофе по утрам хлебать. Должна быть бодрой просто так.
– Я и была. Пока один бандит не ворвался в мой дом…
– Интересно, - хмыкнул, включил машинку. Она загудела, по капле выпуская кофе в кружку. Двинулся к куколке. – И что этот бандюган сделал?
Болтает ногами, сидя на кухонном островке.
На котором совсем недавно я её трахал, не сдерживаясь.
И в ванной было.
А после в кровать забрались – и было потрясающе.
Куколка – секс в чистом виде. Постоянно её хочется. Сидел со знакомыми, дела решал, а в мыслях сюда уносило. Где моя девочка сидела в одиночестве.
Примчал, как только последнюю подпись поставил, к черту сон и гулянку, в честь успешной сделки. Кто вообще о сне думает, когда его дома ждут?
Моя девочка, нагло ворующая мою кружку с кофе.
Пригубила, поморщилась, оставила в сторону.
Забросила руки на мои плечи, потянулась к губам.
– Этот бандюган залюбил меня до беспамятства, - прошептала, на секунду прижавшись поцелуем. – Представляешь какой нахал?
– Я уверен, что ты с ним справилась.
– Да?
– Да. Оглушила своим криком.
– Нил!
Возмутилась, ладошкой ударила по животу.
Спрыгнула на пол, окончательно присвоила мою кружку, направилась к выходу.
Раздвижная дверь отъехала в сторону, Надя выскочила в сад.
Забралась с ногами в плетеное кресло, посмотрела на меня в нетерпении.
Вздохнул. Забрал новую порцию кофе, нашел пачку сигарет и прихватил плед.
Замерзнет же.
– На, - бросил на её колени плед, сел в соседнее кресло. – Всё тихо здесь?
Вытянул ноги вперед, откинулся на спинку.
Уже светает, где-то назойливо каркали вороны, разрезая утреннюю тишину.
Покрутил сигарету в пальцах, щелкнул зажигалкой.
А Надя всё молчала.
Повернулся к ней, замечая, как та уложила подбородок на колени.
Хмурая, чуточку злая.
– Что? – спросил, впиваясь взглядом в девчонку. – Выкладывай.
– Арендодатель – мудак. У нас кондиционер не работает, я пыталась договориться, чтобы починили. Но он меня завтраками кормит. А, и напротив нашего гаража тоже паркуются, ноль реакции.
– Разберусь.
Пообещал и тут же увидел, как взгляд у куколки зажегся.
Посмотрела на меня, как на вершителя судеб.
С*ка.
Для такого готов ещё раз через ад пройти.
Каждого у*бка, что на моем пути стоял, убрать.
Чтоб моя куколка во мне защитника видела.
Человека, который со всем разобраться может.
– В любом случае, на днях переедем, - сообщил. – Ты же хотела на башню свою посмотреть?
– В Париж? Ты же не планировал туда.
– На пару дней смотаемся. В музеи себя затащить не дам. Сама пойдешь.
– Ясно. Дай угадаю. У тебя встречи там? Меня сплавишь, а сам будешь работать?
Без обиды спросила, с лёгкой улыбкой.
Сразу мой план раскусила.
Маленькая умненькая девочка.
Слишком хорошо меня изучила, чтобы теперь вестись на такую примитивную ложь.
Честно кивнул, но возражений не услышал. Затянулся сигаретой, выпустил дым. Понял, что слишком расслабился. Рефлексы приглушились, всё внутри приспало.
Впервые столь тихо было.
Спокойно.
– Как твои родители? – зашел издалека. – Все ещё грезят посадить меня за решетку?
– Нет, что ты, - улыбнулась, когда опустил ладонь на её бедро, провёл по обнаженным ногам. – Никто тебя не хочет посадить.
– Неужели?
– Да. Мама хочет, чтоб ты просто сгинул, а папа мечтает тебя пристрелить. Но срока тебе никто не желает.
– Ах, какие милые родственнички мне достались.
Одна проклинает, второй убить хочет, Люба треплет что в голову взбредет.
Лишь Вера на нашей стороне.
Представил, как мой отец бы на это отреагировал. Он никогда не одобрял бизнес, в котором я погряз. Но счастья мне желал. Надю... Принял бы сразу, а может, советовал бы девчонке бежать от меня подальше.
Отец сразу бы понял, что куколка для меня – навсегда.
Не причуда и не временное явление.
Вплелась в мою жизнь, словно так и должно было быть.
Не верю ни в Бога, ни судьбу – но что-то в ту ночь подсказало именно в её дом забраться.
– Я готов к переговорам с твоим отцом, - усмехнулся, представляя реакцию Сергея, когда я снова на порог его дома заявлюсь. – Он убирает ружье, а я возвращаю ему дочь.
