Олег Вещий. Иллюстрация В. П. Верещагина. Санкт-Петербург, Российская империя, 1890 г. (Российская национальная библиотека.)
Историк А. А. Шахматов допускал, что в Начальном своде [266] Олег назывался князем — в Повести временных лет он говорит Аскольду и Диру: «Не князья вы и не княжеского рода, но я княжеского рода» [267]. Олег предъявил Аскольду и Диру настоящего наследника Рюрика Игоря, а потом убил обоих, заняв киевский престол.
Советская историческая наука считала Олега первым исторически достоверным русским князем, а Рюрика — лишь «легендарным основателем династии». Некоторые исследователи полагали, что это летописцы вставили Олега между Рюриком и Игорем, а на самом деле Олег вообще не был связан с Рюриковичами. Но в русско-византийском договоре от 911 г. Игорь не упоминается, а вот Олег именуется великим князем. Византийцы, как известно, были очень щепетильны в отношении титулов, и получается, что Олег принадлежал к отдельной династии.
Историк Г. Ловмянский [268] считал Олега смоленским князем, а его связь с Рюриком — позднейшей компиляцией. Писатель С. Э. Цветков [269], оспаривая скандинавское происхождение Олега Вещего, выдвинул другую гипотезу. Цветков считает, что содержащиеся в договоре с Византией титулы Олега «светлый князь», «наша светлость» не были характерны для Древней Руси и Рюриковичей — и титулы свидетельствуют о славянском происхождении Олега. Цветков уверен, что Олег был русином и правил в Прикарпатье. Там же жил и глава славян «свиет-малик», буквально — «свет-князь», о котором писали арабские источники. Об одном и том же человеке речь? Мы не знаем — доказательств нет.
Щит Олега на вратах Царьграда
Все помнят цветистую историю из Повести временных лет о походе Олега Вещего на Царьград (Константинополь): русы поставили свои корабли на колеса и под парусами по полю подошли к городу. Греки испугались и сдались, а Олег в знак победы повесил на городские ворота свой щит.
Серьезные историки — от Шахматова до Лихачёва — относились к данному эпизоду как к красочной легенде. В летописи точно указана дата — 907 г. Фееричная военная победа описана в Повести временных лет, и мы знаем, что Олег в этот год заключил в Константинополе очень выгодный мирный договор. В подробнейших византийских хрониках, однако, о военном походе Олега в тот год нет сведений, хотя детально описан и поход арабов в 904 г., и другие, гораздо менее значительные события. Кораблей на суше на колесах под парусами и вражеского щита на вратах Константинополя византийские (а также арабские и западноевропейские) хронисты просто не могли не отметить. Однако ж нигде ни слова.
Некоторые историки полагают, что создатель Повести временных лет приписал Олегу поход Аскольда, состоявшийся на 40 лет раньше, подбавив от себя подробностей. Летопись создавалась спустя два века после описываемых событий, и путаница вполне объяснима.
Смерть от коня своего
Если Олег был варягом, то его непременно должны были упоминать скандинавские источники. История героя одной из саг оказалась очень похожей на предсказание волхвов Олегу о смерти от любимого коня (а его действительно ужалила змея, выползшая из конского черепа).
Герою исландской средневековой саги об Одде Стреле [270], сыну знатного викинга, колдунья предсказала смерть от его коня. Одд убил скакуна, закопал в прибрежном песке и отправился в путешествие. Пережив множество приключений, Одд вернулся на родину и на морском берегу споткнулся о конский череп. Едва ткнул копьем, как из черепа взвилась змея и ужалила Одда в ногу выше лодыжки.
Яд подействовал сразу — нога распухла до бедра; Одд ослабел и не мог самостоятельно идти. Добравшись с помощью свиты до берега, он сказал: «Вам следует теперь поехать и вырубить мне каменный гроб, а кто-то пусть останется здесь, сидеть подле меня, и вырежет рунами тот рассказ, который я сложу о деяниях своих и жизни» [271].
Сага об Одде Стреле была создана не ранее XIII в. на основе устных преданий. Сегодня невозможно уверенно сказать, вдохновились ее авторы историей гибели русского князя или отразили в своем тексте древние скандинавские предания. (Очень похожую историю, кстати, рассказывают и про рыцаря Роберта де Шурланде, приближенного короля Эдуарда I Английского, правившего в 1272–1307 гг.)
Лингвист Шахматов считал, что в Древнейшем своде 1039 года (наличие которого ученый сам же и предположил) Олег умер вовсе не на Руси, а «за морем» — о чем свидетельствует Новгородская летопись, а сообщение о смерти в Киеве является позднейшей вставкой [272].
Если принять эту версию, то речь может идти о неудачном походе на Каспий в 912–913 гг.: русы попали в засаду, и многие погибли. Арабский путешественник Аль-Масуди [273] писал, что русами командовали два великих правителя — Ал-дир и Олванг (имя очень похоже на «Олег»).
Вещий Олег и Илья Муромец
Олега Вещего считают прототипом сразу двух былинных богатырей: Ильи Муромца и Вольги Святославича. Фольклорист М. Г. Халанский [274] полагал, что имя «Илья» образовалось от «Олег».
Лубок «Сильный и храбрый богатырь Илья Муромец». Из альбома «Русский народный лубок 1860–1870-х гг.». Из собрания Отдела искусств, эстампов и фотографий Мириам и Айры Уоллак Нью-Йоркской публичной библиотеки. Нью-Йорк, США, 1868 г. (The New York Public Library Digital Collections.)
Вольга Святославич (или Волх Всеславьич) мудрый и хитрый, как Олег. Поход богатыря в Индию соотносили с походом князя на Царьград. Да и родился Вольга от змея — княжна Марфа Всеславьевна случайно наступила на него и забеременела. Правда, Олег от змеи умер, но исследователи усматривают определенные параллели.
Считается, что былина о Вольге и немецкие сказания об Илиасе Русском [275] восходят к одному источнику — старинным дружинным песням об Олеге Вещем.
Историк В. Я. Петрухин [276] полагает, что легенду о гибели Олега и его прозвище Вещий внесли в летопись монахи, чтобы показать невозможность языческого предвидения будущего. Имя «Хельги» восходит к древнескандинавскому helgi, heilagr («священный», «сакральный», «посвященный богам»), что по значению близко к «вещий». Петрухин предположил, что перевод сделан при освоении имени Хельги-Олег в славянской среде. Есть версия, что Хельги-Олег — это еще и жрец или конунг, глава некоего культа.
Основательница Русского государства
Единственная всем известная женщина-правительница в Древней Руси — княгиня Ольга [277]. Ей пришлось управлять государством после гибели мужа, князя Игоря. Сам же он вошел в историю, поскольку за него отомстила его великая жена.
Согласно летописной версии, в 945 г. Игорь собрал всю дань с древлян, но потом передумал и вернулся, чтобы получить еще. Древляне не стерпели — убили князя. Ольга хитроумно отомстила за супруга [278] и стала править при малолетнем сыне Святославе. Став взрослым, он часто оставлял столичный Киев и прославился военными походами, во время которых его мать выполняла дома княжеские обязанности.
