Тень прошлого (СИ) - "Elza Mars"

— Зена… пожалуйста… глубже… — простонала Габриэль, её голос дрожал, прерываясь вздохами.

Она вцепилась пальцами в плечи воительницы, ногти оставляли красные следы на загорелой коже. Зена улыбнулась хищно, но в глазах её теплилась нежность — та, что предназначалась только для Габриэль, её светлой половинке. Она наклонилась ниже, губы обхватили сосок барда, посасывая его жадно, слегка покусывая зубами, пока Габриэль не выгнулась дугой от удовольствия. Рука Зены двигалась быстрее, пальцы входили и выходили в ритме, который заставлял тело Габриэль содрогаться. Большой палец воительницы неустанно тёр клитор — набухший, чувствительный, как спелая ягода. Габриэль чувствовала, как давление нарастает внутри, волнами накатывая жар от живота к груди. Её вагина сжималась вокруг пальцев Зены, не желая отпускать, соки хлюпали тихо, но откровенно, подчёркивая их близость. Зена вынула руку на миг, чтобы поднести пальцы к губам Габриэль — мокрые, блестящие от её эссенции. Бард лизнула их послушно, пробуя свой вкус, солоноватый и сладкий, и это только усилило её возбуждение.

— Ты такая вкусная, моя Габриэль… — прошептала Зена, её голос был хриплым от желания.

Она снова вошла в неё, на этот раз тремя пальцами, растягивая осторожно, но настойчиво. Габриэль закричала, тело её задрожало, бёдра раздвинулись шире, приглашая глубже. Воительница опустилась ниже, её язык присоединился к пальцам — лаская клитор нежно, кружа вокруг него, пока пальцы трахали ритмично, глубоко. Соки Габриэль текли теперь по языку Зены, она глотала их жадно, чувствуя, как бард приближается к краю. Ночь в лесу обволакивала их теплом — воздух был густым от запаха дыма, хвои и их пота. Тени от пламени костра играли на обнажённых телах, высвечивая изгибы бёдер Габриэль, полные груди Зены. Воительница подняла голову, губы её блестели, и поцеловала Габриэль страстно, делясь её вкусом. Языки сплелись в танце, мокром и жарком, пока рука Зены не ускорилась, пальцы вонзались сильнее, растирая стенки внутри. Габриэль задыхалась, её стоны эхом разносились по поляне, но лес хранил их тайну.

— Я… я сейчас… Зена! — выкрикнула она, тело напряглось, как тетива лука.

Оргазм накрыл её волной — мощной, неудержимой. Вагина сжалась вокруг пальцев Зены, пульсируя, соки брызнули, пропитывая всё вокруг. Габриэль дрожала, слёзы удовольствия катились по щекам, она прижималась к Зене, ища опору в её объятиях. Воительница не останавливалась, продолжая ласкать мягко, продлевая экстаз, пока бард не обмякла, тяжело дыша. Но Зена не насытилась. Она перевернулась, укладывая Габриэль на бок, и прижалась сзади, их тела слились в ложбинку. Рука воительницы снова нашла путь между ног барда, но теперь ласки стали нежнее — пальцы скользили по мокрым складкам, кружа вокруг входа, не проникая сразу. Габриэль повернула голову, их губы встретились в поцелуе, полном любви и похоти.

Зена шептала ей на ухо неприличные слова, от которых бард краснела, но возбуждалась заново:

— Я хочу почувствовать тебя снова… тебя изнутри, как ты течёшь для меня… Ты моя, Габриэль, вся…

Её пальцы вошли медленно, один за другим, растягивая, заполняя. Габриэль застонала, толкаясь назад, насаживаясь глубже. Зена лизала её шею, покусывая мочку уха, свободной рукой массируя грудь и соски. Они двигались в унисон, тела тёрлись друг о друга — кожа была скользкой от пота и соков. Лесная ночь дарила им уединение, только треск костра и их дыхание нарушали тишину. Вскоре Габриэль снова была на грани, но Зена хотела большего. Она вынула пальцы и повернула барда лицом к себе, раздвигая ноги шире. Теперь воительница опустилась между ними, язык её нырнул внутрь — глубоко, жадно, лаская стенки. Габриэль схватила Зену за волосы, прижимая ближе, её бёдра дрожали. Язык Зены трахал её, кружа, посасывая клитор, пока пальцы не вернулись, чтобы тереть снаружи. Оргазм настиг Габриэль второй раз — она закричала, тело изогнулось, соки хлынули на лицо Зены, которая пила их, не отрываясь. Наконец, они замерли, обнявшись у угасающего костра. Они лежали, переплетаясь, пока вечер не сгустился в ночь. Габриэль гладила волосы Зены, шепча слова любви, а воительница целовала её плечо, обещая вечную страсть. Лес обнимал их, как любовник, а костёр угасал, оставляя лишь жар их тел.

***

Ночной мрак окутал лагерь, превращая привычные очертания деревьев в причудливых монстров. Габриэль пробудилась от шороха — едва уловимого скрежета когтей по плотной ткани их укрытия. Она накинула на голое тело плащ и, осторожно выглянув, увидела тень, ползущую по земле. Она двигалась не как тень от дерева или человека — она жила. Тень выпрямилась, обретая пугающе знакомые очертания женщины с рассыпавшимися по плечам волосами.

Ветер донёс леденящий шёпот:

— Ты тоже была жертвой…

Грудь Габриэль сдавило спазмом узнавания. Бард замерла. Это снова был голос из её прошлого — голос подруги, которую она не смогла спасти.

— Я не виновата, — едва слышно выдохнула сказительница, сжимая пальцы.

Тень издала сухой, трескучий смех:

— А кто виноват?

Чернота растаяла в лесной чаще, оставив после себя лишь запах тления.

Габриэль вскочила, судорожно сжимая верный посох. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Но Зена спала — или притворялась спящей. Её дыхание оставалось ровным, лицо спокойным, будто тьма не смела к ней приблизиться.

— Ты видела? — прошептала Габриэль, подползая к подруге ближе, ища тепла и защиты.

Королева воинов медленно приподнялась, и в её пронзительных глазах отразилось не только пламя гаснущего костра, но и бесконечная нежность, смешанная с тревогой. Она протянула руку, мягко коснувшись щеки Габриэль, стирая выступившую слезу.

— Видела. Я чувствовала её присутствие, — голос Зены звучал низко и вибрирующе. — Она пыталась пробраться в мои мысли, Габриэль.

— Что это было? — голос Габриэль дрогнул. — Она говорила со мной. Знала моё имя… Называла меня жертвой…

Зена притянула её к себе, обняв за плечи и заставляя сесть рядом.

— Они всегда так. Ищут слабые места. Помню, как в детстве я боялась теней за дверью. Они — те же тени. Только теперь научились говорить. Они используют наши страхи. Наши сомнения. Это их оружие.

— И как нам защититься? — Габриэль подняла глаза на подругу.

— Не позволять им проникнуть внутрь. Мы — это мы. А они — просто тени, — Зена замолчала, её взгляд смягчился. Она ласково коснулась подбородка Габриэль, заставляя ту смотреть прямо на неё. — Мы — это не наше прошлое. Ты — это ты. Моя Габриэль.

Зена медленно наклонилась и накрыла губы девушки глубоким, успокаивающим поцелуем, вкладывая в него всю свою силу и преданность.

Этот контакт вытеснил ледяной ужас, заменив его живым теплом. Когда они отстранились друг от друга, страх окончательно отступил.

— Пока мы вместе, никакие тени не пройдут внутрь, — прошептала Зена, прижимаясь лбом ко лбу Габриэль. — Ложись. Я буду охранять твой сон.

Габриэль сжала посох, чувствуя, как под пальцами проступает узор — едва заметный, но живой. Символы на нём начали светиться, складываясь в незнакомые знаки.

— Зена, взгляни, — прошептала она, придвигаясь ближе к подруге и протягивая ей посох. — Они снова меняются, словно пытаются что-то сказать.

Зена не просто посмотрела — она накрыла ладонью пальцы Габриэль, на мгновение задержав её руку в своей. Кожа воительницы была тёплой, и это прикосновение на миг прогнало ночной холод.

— Это не просто знаки. Это предупреждение. Они знают, куда мы идём. И хотят, чтобы мы сомневались, — голос Зены стал низким, вибрирующим от сдерживаемого напряжения. — Это метка. Те, кто ждёт нас впереди, прощупывают нашу решимость. Они хотят посеять в твоём сердце страх.

— Пусть пытаются, — Габриэль перехватила взгляд Зены, и в её глазах, обычно мягких, отразилось непокорное пламя костра. — Мой путь определяет не этот посох и не их тени. Я иду за тобой, Зена. И это единственное, что имеет значение. Мы идём не потому, что они хотят. Мы идём, потому что должны.