Тень прошлого (СИ) - "Elza Mars"

Она извлекла из сумки свой дневник. Старый пергамент затрепетал, и на чистой странице проступила вязь знаков, в точности повторяющая узор на вратах. Когда Габриэль прижала ладонь к бумаге, металл перед ними отозвался низким гулом, а холодная поверхность двери стала податливой, принимая очертания её пальцев.

— Ты видишь то же, что и я? — спросила она, глядя на Зену.

В её глазах отражалась не только магия, но и бесконечная преданность.

Габриэль медленно поднесла ладонь к углублению. Когда её пальцы коснулись металла, дверь раскрылась, но не наружу — она разошлась в стороны, как трещина в зеркале, открывая проход в темноту.

— Да, — выдохнула Зена, и в её суровом голосе промелькнула редкая нежность. — Это не просто преграда и не дверь. Это зеркало, отражение нас самих.

Как только их общие усилия заставили символы вспыхнуть в последний раз, монолитная стена не просто открылась — она раскололась, словно гладь лесного озера, в которое бросили камень, открывая путь в неизвестность.

Из вязкой тьмы впереди донеслось многоголосое эхо, вибрирующее в самом сознании:

— Вы пришли…

— Вы выбрали…

— Вы стали…

— Вы принесли свою связь…

— Вы обрели истину…

— Вы едины…

— Что бы там ни было, мы встретим это вместе, — Зена крепче сжала руку подруги, делая первый шаг в пустоту.

— Я всегда за твоей спиной, — отозвалась Габриэль, не отпуская её ладони.

Когда они пересекли порог, дверь за ними исчезла, оставив лишь гладкую стену.Тени, стоявшие у башни, медленно растворились, а символы на земле погасли, как будто их никогда и не было. Внутри царила тишина — не мёртвая, а напряжённая, как перед бурей. Воздух дрожал, будто натянутая струна, а каждое движение казалось замедленным. Вдали, в глубине коридора, мерцал свет — не тёплый, а холодный, синий, как лёд.

— Они ждут, — прошептала Зена.

Её меч дрогнул, и багровый свет на мгновение погас, обнажив тьму внутри.

— И мы дадим им то, чего они не ждут, — ответила Габриэль. Она подняла посох, и его свет стал ярче, разгоняя тени. — Мы не сломаемся.

Зена посмотрела на неё. В этом взгляде было всё: боль, страх, любовь — и решимость. Она сжала руку Габриэль, и в этот момент тьма внутри неё отступила. На мгновение. Но прежде чем они сделали следующий шаг, позади раздался тихий, но отчётливый звук — словно кто‑то провёл ладонью по каменной стене. Обе обернулись. В полумраке, у самого входа, Лира остановилась.

— Они не просто ждут, — добавила Лира. Её лицо было бледным, глаза — широко раскрытыми, но в них не было страха. Только упрямая сосредоточенность. На запястье пульсировал символ — уже не просто отметина, а живая руна, переливающаяся тёмно‑фиолетовым светом. — Они боятся того, что вы нашли друг в друге.

— Лира… — Габриэль мягко коснулась плеча девушки, но та лишь решительно качнула головой.

— Я иду с вами, — её голос, хоть и тихий, резал тишину башни. — Не могу остаться позади.

Зена обменялась с Габриэль коротким, многозначительным взглядом, в котором читалось и беспокойство, и невольное восхищение. Королева воинов шагнула к Лире, её доспехи негромко звякнули.

— Это опасно, — произнесла Зена, и хотя слова были суровы, в её глазах скользнула непривычная теплота.

— Опаснее, чем то, что уже внутри меня? — Лира коснулась своего запястья. Символ откликнулся лёгким жжением. — Я чувствую её. Тьму. Она говорит.

— Что? — спросила Габриэль, шагнув к ней. Она мгновенно оказалась рядом, инстинктивно ища защиты в близости Зены и одновременно стараясь поддержать Лиру. — О чём она говорит? — прошептала бард, накрыв ладонью запястье девушки.

— Не словами. Образами. Голосами. Как будто тысячи людей шепчут одновременно. — Лира сжала кулаки. — Но я не поддаюсь.

Габриэль подошла ближе, взяла её за руку. Тёплое сияние посоха коснулось кожи Лиры, и символ на её запястье на миг замерцал иначе — не угрожающе, а словно прислушиваясь.

— В тебе живёт свет, который Тьме не по зубам, — тихо сказала Габриэль, глядя Лире прямо в глаза. — Ты сильнее, чем думаешь.

— У Тьмы нет шансов, пока мы стоим плечом к плечу, — добавила Зена. — Мы все сильнее, чем думаем, — она встала к ним плечом к плечу. — Вместе.

Её голос стал ниже, предназначаясь скорее Габриэль, чем Лире. Она слегка сжала пальцы на плече подруги, передавая ей ту уверенность и любовь, которую редко обрекала в слова. Они двинулись дальше по бесконечному коридору. Древние камни башни, казалось, впитывали их присутствие.

Символы на стенах застыли, словно зачарованные этой странной связью между тремя женщинами.

— Эта башня привыкла к боли, — заметила Габриэль, задерживая руку на холодной кладке. — Настало время напомнить ей о чём-то другом.

Там, где касались её пальцы, оставался мягкий золотистый след, будто она вписывала новую историю поверх старых проклятий. Зена, не сводя глаз с Габриэль, обнажила меч. Сталь откликнулась не холодным блеском, а чистым, лучистым сиянием, отразившим тепло их союза.

— Пусть этот свет станет для них погребальным костром, — Зена на мгновение переплела свои пальцы с пальцами Габриэль, прежде чем перехватить меч поудобнее.

Лира внезапно замерла, вглядываясь в густой мрак впереди. Сердце предательски пропустило удар. В конце коридора проступили очертания фигуры — болезненно знакомый силуэт отца. Но в его неподвижности, в том, как неестественно склонилась голова, не было ничего человеческого. Это было что‑то, принявшее его облик.

— Он ждёт нас, — едва слышно произнесла Габриэль, и Зена почувствовала, как пальцы подруги слегка дрожат, переплетаясь с её собственными.

— Пускай ждёт, — Зена остановилась на мгновение, чтобы заглянуть в глаза Габриэль, и нежно коснулась её щеки тыльной стороной ладони. — Теперь ему придётся иметь дело с нами обеими. С тем, кем мы стали вместе. Покажем ему, кто мы на самом деле.

Они двинулись дальше — втроём. Рука в руке. Свет и тьма. Любовь и борьба.

В этом жесте было всё: годы странствий, пролитая кровь и то негласное обещание, которое они давали друг другу каждое утро. Рядом с ними чувствовалось присутствие третьей спутницы, но их личная связь была тем самым нерушимым бастионом, который защищал их от холода подземелий.

Три души сплелись в едином ритме, но именно между воительницей и сказительницей пульсировала та особая искра, что ярче любого факела. Они знали: пока их ладони соприкасаются, никакая тьма не сможет просочиться внутрь. Впереди, за тяжёлым сводом, открывался финал их пути. Но вместо долгожданного покоя перед ними раскинулся призрачный, затянутый вечным туманом Город Теней — место, где само время, казалось, остановилось в предвкушении их прихода.

Часть 12. Город теней

Город был пуст. Дома стояли с разбитыми окнами, улицы покрывал слой пыли, а в воздухе висел запах тления. Ни птиц, ни ветра — только тишина, тяжёлая, как камень.

— Здесь не осталось ни одной живой души, — Габриэль непроизвольно придвинулась ближе к Зене, ища защиты в её привычном присутствии.

— Живых — возможно, — Зена едва заметно коснулась пальцами плеча подруги, успокаивая её, и указала на странные тени, скользившие вдоль стен.

Эти пятна мрака двигались вопреки законам света, отделяясь от камня и живя собственной жизнью. Одна из теней внезапно замерла и обрела зыбкие человеческие черты.

Промозглый шёпот пронёсся над улицей:

— Вы опоздали…

Тень растаяла в воздухе, оставив после себя лишь горький, удушливый аромат ладана.

— О чём это существо говорило? — Габриэль переплела свои пальцы с пальцами Зены, чувствуя, как по её телу пробежала дрожь.

Зена сжала её ладонь в ответ, заглядывая в глаза возлюбленной с нескрываемой тревогой и нежностью.

— Я не знаю, Габриэль. Но нам нужно найти центр города. Там ответы.

— Или новые вопросы, — Лира, шедшая за ними, едва слышно вздохнула.

Символ на её запястье больше не причинял боли. Теперь он пульсировал мягким светом, отбивая такт, в точности повторяющий ритм её сердца.