Bloodborne: Песочный человек (СИ) - "Лемор"

Старый охотник поднял взгляд, удивлённо оглядывая толпу и даже собственных подчинённых. Те, кажется, почувствовали, что с их лидером было что-то не так.

— Мастер Лога…

Палач едва успел отскочить. Лидер ковенанта замахнулся оружием, испуганно направив двуручный топор на ученика.

— Аннализа! Это ты! Я знаю, что это ты!

Старый охотник начал судорожно мотать головой. Лица протестующих и собственных учеников начали искажаться, то и дело принимая облик ненавистной королевы.

О, он видел! Она вновь требовала склонить перед ней голову, словно дикое животное!

Логариус зарычал и только теперь толпа, а вместе с ней и остальные охотники начали понимать, что что-то очень сильно пошло не так. Поднялась паника, крики, и без того буйная толпа начала толкаться, пытаясь сбежать.

Палач же контролировал себя всё меньше, прямо на глазах начав терять самообладание.

Внутренний з верь брал верх и это стало очевидно всем.

— Ты мог сделать так, чтобы он не успел отрубить мне голову, Песочный человек…

Хриплый голос закованной в цепи королевы, чья шея прямо на глазах срасталась с головой, был слышен лишь одному существу в толпе.

Хозяин паба на это лишь улыбнулся… чуть шире.

— Думаю, нам нужно поторопиться, дорогуша. Скоро он придёт в себя и точно обратит внимание на твою пропажу.

— Придёт в себя? — переспросила недовольно женщина. — Закончи это! Обрати его в чудовище, и я…

Королева оборвала себя на полуслове. Песочный человек резко повернул голову, уставившись на неё тёплыми, золотистыми, нечеловеческими глазами.

— Он придёт в себя, но прошлого доверия в Церкви к нему больше не будет, — спокойно произнёс Артур. — Из-за тебя я и так подставился. Мы можем обсудить его судьбу позже. Пойдём, не будем задерживаться здесь.

Это была не просьба, а приказ. Королева сжала зубы, послушно направившись сквозь толпу вслед за мужчиной, чувствуя, как звенели тяжелые цепи. Странный песок, пролетевший сквозь Логариуса, открыл замки, но не все.

Таким образом добрый Песочный человек показывал своё отношение к ней и вместе с тем её место: он позволил лидеру палачей отрубить ей голову; он освободил её, но так, чтобы она осталась закованной в тяжелые цепи, из-за которых едва перебирала ногами. Темпа Песочный человек не сбавлял, а, казалось, наоборот набирал его.

— Почему… почему никто не обращает на меня внимание…

Со своей довольно выделяющейся внешностью, в звенящих цепях, даже на забитых людьми улицах она легко может оказаться в центре нежелательного внимания.

— Не думай об этом, королева, — до раздражающего бодро ответил Артур. — Побереги дыхание, до паба ещё далеко…

Это была правда: добралась женщина до старого, порочащего одним своим видом весь аристократический род паба тогда, когда сил у Аннализы уже практически не осталось. Она вся промокла от пота, едва стоя на ногах. Дыхание сбилось, её прекрасные светлые волосы слиплись, в некоторых местах и так пострадавшее за недолгое время заключения платье стало напоминать лохмотья.

Даже недельная горячая ванна из любимых трав и масел не могла так легко смыть с неё весь пережитый ужас!

Но могло кое-что другое.

* * *

Я не пытался показывать королеве своего расположения. Она не раздражала меня в привычном понимании этого слова, по игре я знал, что она была способна и на вполне человеческую заботу, но и какой-то симпатии особой она у меня тоже не вызывала.

Из-за потенциальной выгоды сотрудничества я готов был закрывать глаза на многие вещи, что, впрочем, нисколько не мешало мне… скажем так, показывать, что на деструктивное поведение закрывать глаза я не стану.

Как и выходить за определённые рамки шалостей тоже, даже если Мария хотела обратного.

— Добро пожаловать в паб «Песчаная Чаша», что закажешь?

Цепи с щелчком упали, полностью освобождая королеву.

Бледная, болезненно худая (предполагаю, что всегда и заключение с последующими «трудностями» к этому не имеют никакого отношения), довольно миниатюрная, со светлыми, практическими белыми длинными волосами, королева Нечистокровных одним своим видом могла вызвать желание защитить и уберечь.

Если бы не взгляд надменной суки, что всем своим видом показывала своё превосходство, она могла бы вызывать ещё больше симпатии просто за счёт своей внешности.

Никто не просит её полностью скрывать то, что она думает про простой люд. Это наоборот было бы ненужным лицемерием, которое могло вызвать как недоумение, так и лишние подозрение с предубеждениями. Обоснованными. Пусть сейчас и было уже не средневековье, его эхо ещё какое-то время будет преследовать этот мир, что нужно было учитывать.

Но раз за разом тыкать простакам в то, кто они и что можешь в любой момент с ними сделать, и грань будет пересечена.

Всегда очень важно создать образ, что может принести как можно больше выгоды, и Аннализа не справилась с этим. Не посчитала нужным справляться.

И всё же, совсем потерянной она не была: взгляд женщины был вполне осознанным, я видел и чувствовал, как внимательно она рассматривала меня, как внимательно бегала взглядом по пабу, каким хмурым взглядом скользнула по Таламусу и мелькающей Лили.

— Не могу поверить, что попалась на твои уловки, Песочный человек, — задумчиво констатировала Аннализа, проведя рукой по шее, на которой ещё оставался небольшой шрам после обезглавливания. — Я уже сожалею об этом…

Я не стал на это что-либо отвечать, лишь улыбаясь.

Женщина, сохраняя надменность, села за стойку.

— Алкоголь. Ты обещал мне. Я хочу испить его.

— Хочешь расслабиться после тяжелых будней? Ха-ха, конечно, один момент!

Я рассмеялся, и мой смех явно напряг Аннализу. Кажется, ненавистный Логариус нисколько не пугал её, она понимала его. Понимала мотивы и желания. Я же был для неё чем-то непонятным, а потому пугающим.

Впрочем, это было и неудивительно.

Отойдя буквально на минуту, уже совсем скоро я вернулся, протянув самую обычную старую кружку. По выражению лица женщины я мог сказать, что она чувствовала лёгкую тошноту из-за самого факта того, что собиралась испить из чего-то… столь недостойного её, но это чувство продлилось недолго.

Странный, практически неощутимый аромат, что исходил от эля, вызвал у женщины не менее странный, хриплый вздох.

Аннализа неожиданно вытянула руку, схватив меня за воротник, без лишнего стеснения принюхавшись ко мне, после чего, надменно фыркнув, вновь села и уверенно сделала глоток эля, зажмурившись.

— Подлый, мерзкий, омерзительный, отвратительный…

— Вижу, тебе понравилось.

Как мило.

Женщина открыла глаза, услышав мой полный ласки голос.

— Твоя кровь самая сладкая из всех, что я когда-либо пила, — негромко пробормотала королева. Её клыки удлинились, глаза наполнились кровью, начав сиять. — Не думаю, что смогу с такой же жаждой и дальше пить кровь охотников. Нет ужаснее чудовища тебя, Песочный человек…

Королева опустила взгляд на эль, сделав ещё глоток, на этот раз более жадный, желанный. До этого собираясь соблюдать какие-то рамки, она вцепилась в кружку так, что та затрещала.

Наблюдая, как женщина жадно пьёт эль, осушая ёмкость прямо на глазах, я хмыкнул.

Всё же, неправильно называть её просто проклятым чудовищем. Предполагаемая кровь королевы Ярнам могла изменить её сущность, но её сознание ушло от человеческого недалеко.

— Женщины тяжелее переносят алкоголь, дорогуша. Я бы на твоём месте держал себя в руках.

Аннализа поставила пустую кружку, жадно облизав губы.

— Я не жалею о том, что решила прийти лично, — облокотилась на стойку женщина, внимательно меня рассматривая. — Ты жаждешь верности королевы? Ты получишь её, но ценой своей крови. И кое-чего ещё.

Королева Нечистокровных ненадолго задумалась.

— Моя порочная кровь. Она растворилась в тебе? Ты пил её? Почему я не чувствую её в тебе?