Семейная жизнь за три с лишним месяца до того измотала нервы Скарятина, что в марте он просто поставил ультиматум жене – или они вместе возвращаются на Родину, или он едет один. В России он надеялся оставить Полину на попечение отца и, наконец, пожить свободной жизнью без истерик и недовольства жены. Под предлогом того, что ему надо было навестить матушку, Дмитрий все же уговорил Полину уехать на Родину. И она скрепя сердце согласилась, но всю длинную двухнедельную дорогу до Санкт-Петербурга выливала на Дмитрия свои недовольства. Вот и сейчас в первый же вечер в Петербурге, Дмитрий собрался на бал, чтобы пообщаться со старыми знакомыми, немного отвлечься, надеясь, что Полина останется в доме Сергея Владимировича. Но Полина опять увязалась за ним и всю дорогу причитала, что она тяжела и не сможет танцевать на балу, а Дмитрий, конечно же, будет танцевать со всеми красивыми женщинами.
Пройдя в бальную залу, где гремела музыка, и пары в светлых одеждах кружились по залу, Скарятин остановился в гостиной, где перебросился приветствиями со знакомыми дворянами. Но тут его взгляд, заметил в толпе гостей знакомую фигуру мужчины в зеленой военной форме. Стремглав узнав Николая, Дмитрий устремился к брату, совершенно искренне обрадовавшись неожиданной встрече. Со спины по-дружески хлопнув брата по плечу, молодой человек воскликнул:
– Ники! Сто лет тебя не видел!
Николай проворно обернулся и, увидев перед собой брата во всем черном, радостно улыбнулся ему.
– Дмитрий! Когда Вы приехали?
– Сегодня.
– А Полина Сергеевна? – спросил невольно Николай.
– Осталась дома, – отрезал Дмитрий, и безразлично пожал плечами. – Матушка тоже здесь? – спросил с воодушевлением Дмитрий.
– Нет, мы вдвоем с Аглаей, – ответил просто Николай, и указал взглядом в сторону танцующих в центре зала пар. Дмитрий повернул голову, и его взгляд уже через миг отметил в числе пар молодую изящную девушку в ярко голубом платье с обнаженными плечами и пышными рукавами. Она танцевала с кавалером в модном бархатном сюртуке.
Цензорский взгляд Дмитрия сразу же отметил, что Аглая держалась довольно уверенно, грациозно и пикантно соблазнительно. Будто с детства училась танцевать и находиться в обществе. Ее движения были приятными, умелыми, воздушными и вызывающе чувственными. Наклон ее светловолосой головки с модной кокетливой прической, хрупкая покатость ее белоснежных плеч, довольно выпуклая высокая грудь, и неизмеримо стройная талия, перевязанная широкой атласной лентой, плавные линии широкой юбки и маленькие быстрее стройные ступни ножек в легких туфельках вызвали в душе Дмитрия невольное восхищение и смятение. Он как будто увидел Аглаю в новом свете, как будто она изменилась. У нее словно появились новые качества, которых раньше не было. Он отчетливо заметил, что эта девица, которую он видел перед собой, была не только уверенна в своей неотразимости, но и позволяла окружающим наслаждаться своей красотой. Ее кокетство, нежность и страстность угадывались невооруженным глазом. Дмитрий помрачнел, и резко повернулся обратно к брату.
– Как матушка? – спросил Дмитрий, ища тему для разговора.
– Здорова и как всегда затворница, – пожал плечами Николай.
Дмитрий замолчал. И вновь невольно обернулся на танцующих. Вновь пройдясь прищуренным взглядом по Аглае и ее партнеру, он внимательно посмотрел на брата.
– Вижу, ты позволяешь ей танцевать сколько угодно? – заметил вдруг недовольно Дмитрий, указав жестом на беззаботно танцующую Аглаю.
Николай по-доброму улыбнулся и пожал плечами.
– Я не любитель танцевать, ты знаешь. А Аглае это доставляет истинное удовольствие.
Аглая как раз промелькнула мимо них, и на лице Николая отразилось глупое любовное выражение.
– Вижу, что ты счастлив, – произнес, натянуто Дмитрий. Николай обратил на него взор и, чуть придвинувшись к брату, тихо воодушевленно сказал:
– И не передать, как счастлив. Она просто волшебница, которая делает мою жизнь не просто радостной изо дня в день, но и полной удовольствия и наслаждения.
– Впервые слышу Ники, чтобы ты говорил, словно поэт, – съехидничал Дмитрий, упорно смотря на брата и отчетливо читая в его глазах счастливое выражение.
– Если бы я знал раньше, какой она будет женой, я бы женился на следующий день после знакомства.
– Послушать тебя, так Аглая это просто сокровище.
– Да я так думаю, – с воодушевлением продолжал Николай. – Она никогда не спорит со мной, а если что-нибудь просит, то всегда с уважением. Каждый вечер она играет для меня на фортепьяно или поет. Но больше всего я люблю, когда она садится рядом и ласково прижимается ко мне и просто молчит, а ее нежные ручки, ласкают мои волосы. Она ни разу не повысила голос на дворовых, и почтительна с матушкой, а ты знаешь характер матушки. Ее доброта и нежность сразу же располагают к себе людей. Ты знаешь, сначала ее воспринимают свысока, из-за ее рождения, но уже через полчаса люди проникаются к ней, и говорят о ней только хорошее.
После этих слов у Дмитрия окончательно испортилось настроение. Зависть к брату вползла в его сердце, ибо он прекрасно знал о покладистом характере Глаши. Он прекрасно помнил, какой она может быть в интимные моменты. Видимо и впрямь его брату повезло с женой. А вот ему Дмитрию нет. Полина была полной противоположностью Аглаи, и явно не могла называться хорошей женой. И мысль о том, что именно он сам Дмитрий сделал свою жизнь невыносимой и безрадостной, тут же завладела его существом. Ему безумно захотелось найти в Глаше хоть один недостаток и указать на него брату, однако это оказалось не так просто.
– Красивая жена привлекает много внимания, и всегда ветрена, – вымолвил мрачно старший Скарятин.
– Это не про Аглаю. У меня даже повода нет усомниться в ее неверности, поверь Дмитрий, – усмехнулся Николай и вновь обратил влюбленный взор на жену. Он продолжил почти шепотом, не спуская горящего взгляда с Аглаи. – Ты знаешь, я даже не представлял раньше, что можно так желать женщину. Ее страстность, нежность… и желание угодить доставляют такое наслаждение, что по ночам от нее невозможно оторваться…
От досады поджав губы, Дмитрий переводил злобный взгляд с Николая на Аглаю и обратно, и ощущал, что брат словно издевается над ним. Перед его глазами тут же всплыла Полина в длинной ночной сорочке, под одеялом, с отвернутым от него лицом, на котором было написано трагичное выражение. А при его приближении лицо Полины становилось, словно у мученицы, которая лежала на дыбе, а не ждала мужа на ночь.
– К тому же на днях она призналась… что любит меня… – добавил Николай. Это оказалось последней каплей. Дмитрий сжал кулак, пытаясь сдержать себя и не дать черным пагубным мыслям вырваться наружу. Николай вновь обернулся к брату и сказал. – Я все о себе, да о себе. Расскажи как Полина? Где Вы были?
Дмитрий напрягся и, смотря в сторону, безразлично заметил:
– Полина тяжела. К лету, наверное, у меня будет сын.
– О дак это великолепная новость! – воскликнул Николай. Однако сумрачный и бьющий взгляд брата тут же навел Николая на мысль, что не все так хорошо как он решил.
– Знаешь Ники, мне не так повезло с женой, как тебе, – заметил вдруг трагично Дмитрий и печально посмотрел на брата. – Красота Полины, да ее имя – единственные ее достоинства как оказалось.
– Не говори так, – опешил Николай.
– Ты знаешь, я уже не раз пожалел, что так необдуманно женился. Мало того что она капризна и постоянно терзает меня своей ревностью, она еще и холодна, как лед. Говорю об этом только тебе, ибо ты мой брат, и мы никогда не скрывали ничего друг от друга.
Оба на миг замолчали. Николай стал задумчивым, ища, чем бы ободрить брата, на лице которого явно читалась злость и недовольство.
– Но возможно ее ревность оттого, что она чувствует, что ты не любишь ее? – заметил Николай. Дмитрий криво усмехнулся и отчего-то подумал, что в свое время он не любил Аглаю, но она никогда не позволяла себе предъявлять ему претензии, даже когда он не ночевал дома, как это теперь постоянно делала Полина.
