– Аглая подождите, – голос Васильчикова остановил ее.
– Да? – утирая влажные глаза, она нервно взглянула на него.
– Вы плачете, что-то случилось? – произнес он с чувством, делая вид, что ничего не знает.
– Жизнь так несправедлива, – пробормотала Глаша. Ее бледное лицо и блуждающие глаза, обеспокоили поручика.
– Вы вся дрожите. Пойдемте, присядем, – предложил Васильчиков, беря осторожно ее за локоток
Васильчиков помог Глаше сесть в укромном уголке, на канапе у окна в чайной, и взял ее ручку в свои ладони. Он отчетливо видел, что с ней происходит. И прекрасно знал, что тому виной. Ведь именно он задумал всю эту трагедию еще полгода назад. Именно он долгое время уговаривал красавицу сестру приехать на отдых на море. Александр, прекрасно знал, что Скарятин слишком падок на красивых женщин, и вряд ли пропустит мимо себя такой совершенный экземпляр как Ксения. Понимая, что и Ксения, так же падка на статных красавцев, Васильчиков точно рассчитал, что рано и поздно, они должны были увлечься друг другом. Зная, что Дмитрий не устоит перед его развратной напористой сестрой, ибо это еще никому не удавалась, Александр ждал почти несколько месяцев, пока Скарятин колебался. Лишь сегодня его враг, наконец, совершил ошибку, и поручик еще полчаса назад с упоением и черной радостью отметил, как его сестра и Скарятин после танца, вместе поднялись по парадной лестнице наверх.
Остальное дело довершить не составило труда. Он заплатил пару рублей слугам, которые на простой вопрос Аглаи, ответили, где можно было найти мужа. И теперь видимо застав Скарятина в компрометирующей обстановке молодая женщина была просто раздавлена. Васильчиков прекрасно видел, что Аглая не из тех женщин, которая будет мириться с неверностью мужа. И естественно сегодняшняя измена Дмитрия повлечет за собой ее неудовольствие. Раздор в семье Скарятиных будет неизбежен и, значит, счастливая спокойная жизнь Дмитрия Петровича закончится. Возможно, его враг даже будет страдать и, наконец, получит по заслугам. Ибо такой наглый выскочка, как Скарятин не заслуживает счастья. Он Васильчиков, наконец, будит упиваться его муками, и снова вернет себе хорошее расположение духа.
– Что случилось? Расскажите, ведь я Ваш друг, – произнес Александр Григорьевич просяще. Ему неприятно было видеть, как на прекрасном личике Глаши отражается страдание. Однако он знал, что сам виноват в ее страданиях. Его лицемерие оттого, что Аглая не знает, кто приложил руку к измене Дмитрия, и оттого что именно он сейчас утешает ее, показалась поручику чудовищным. Однако он тут же подумал, что Дмитрий сам искал повода для измены. Нет ничего предосудительного в том, что он всего лишь помог вывести низменные желания Скарятина наружу. К тому же, по мнению Васильчикова, Скарятин совсем не заслуживал такой чистой, прелестной и любящей женщины как Аглая.
– Такое унижение, – пролепетала она и, достав платок, уткнула личико в него.
– Отчего-то мне кажется, что Ваши слезы связаны с Дмитрием Петровичем, – произнес он коварно.
Она ахнула, не понимая, откуда Васильчиков все узнал и, испуганно подняла на него глаза.
– Он не достоин Вас, – произнес Александр. – Он даже не понимает, каким сокровищем обладает.
– Не говорите так, я люблю его! Но эта женщина… – пролепетала она, и запнулась.
– Он был с другой женщиной? – словно приговор спросил Васильчиков, суживая глаза, дабы Аглая не заметила темный блеск его взгляда.
Она всхлипнула и кивнула.
– Вы должны отомстить! – выпалил он вдруг порывисто. – Неужели его пренебрежение к Вам не заслуживает достойного наказания?!
– Мстить? Как же, это нехорошо, – пролепетала Глаша. Александр стиснул ее ручку в своих ладонях и страстно произнес:
– Я лишь хочу Вам помочь Аглая Михайловна! Вы должны отомстить ему! И той же монетой!
Он придвинулся ближе к ней, склонился к ее лицу.
– Нет, нет, замолчите! – прошептала она словно в бреду.
– И все равно я скажу, – не унимался Васильчиков. – Скарятин не достоин такой женщины как Вы. Он никогда не оценит Вас по достоинству. Вы так соблазнительны Аглая. Скажите только слово, и я буду у Ваших ног.
Он придвинул свое лицо вплотную, и она в ужасе осознала, что он намерен ее поцеловать. Его руки умело обхватили ее стан, но она диким взглядом смотрела в его темные горящие глаза.
– Отдайтесь мне, – прошептал Александр у ее губ, обжигая дыханием. – Вы не пожалеете. Я помогу Вам отомстить этому неблагодарному Скарятину.
Напряжение Аглаи достигло пика. Она прокручивала всю эту ситуацию в своей головке. Объятия Ксении и Дмитрия в полумраке библиотеки, слова Александра, который сейчас держал ее в своих объятиях и говорил соблазнительные слова. Она не знала, что ей делать. Она так запуталась все всем. И тут Глаша вдруг вспомнила, что Дмитрий еще два года назад упоминал, что Васильчиков его враг. И лишь мечтает, о том, чтобы испортить ему жизнь. Неужели Александр и сейчас хочет насолить Дмитрию и пытается соблазнить ее, дабы сделать гадость ее мужу. Именно теперь, когда она так уязвима, и так нуждается в утешении, он Васильчиков пошел в наступление и говорил ей о мести в его объятиях. Это было еще чудовищнее, чем измена Дмитрия.
– Нет! – выпалила Аглая и резко оттолкнула его и произнесла. – Вы негодяй! Как Вы можете предлагать мне подобное?!
Вытянувшись словно струна Васильчиков побледнел. Он с минуту смотрел в темные прекрасные глаза молодой женщины, которой страстно желал обладать, и которая оказалась невероятно умна, раз распознала его коварство. Наверняка большинство дам их круга, воспользовались бы его предложением, и постарались бы отомстить неверному мужу подобным образом. Но видимо Аглая была не из тех женщин. Оценив ее мудрость и самообладание, Васильчиков ехидно улыбнулся краем губ и холодно произнес:
– Аглая Михайловна Вы слишком мудрая женщина. Оттого я удаляюсь. Не буду более Вас мучить. Я склоняюсь перед Вашей чистотой.
Васильчиков резко поднялся на ноги и, низко поклонившись, быстро покинул чайную.
Аглая долго сидела одна. Она смотрела перед собой, не зная, что ей делать. Плакать более не хотелось, а ее сердце горело, словно в огне. В какой-то момент, она ощутила, что более не может находиться в этом доме, где отовсюду слышался смех и музыка, и где за кратный миг рухнул ее радужный счастливый мир. Сорвавшись с места, Глаша поспешила через боковые двери на улицу.
Выйдя на свежий воздух, она облегченно вздохнула. Теплый вечер уже зажег на небе звезды, и молодая женщина быстро пошла прочь от особняка. Неосознанно она пошла на запах моря, которое было недалеко, и свежесть которого она ощущала в воздухе. Через четверть часа она достигла берега залива. Спустившись по крутому утесу к воде, она устало уселась на выступающий камень и оглянулась вокруг. Узкая каменистая бухта, была пустынна. Лишь морской ветер шумел листьями деревьев, что росли на высоком утесе. Пара чаек летала над водой. Обхватив колени, Аглая смотрела на темные приливающие волны и тяжело вздыхала. Это место, тишина и покой, синяя темная пучина навеяли ей воспоминания о детстве и юности. Часто убегая из дома в Кронштадте, она вот так же будучи девочкой, подолгу сидела на берегу и вдыхала соленый воздух моря.
Несколько часов подряд, Аглая сидела, не шевелясь и, смотрела на водную гладь. Она думала лишь о поступке Дмитрия. Она перебирала в своей голове, все моменты жизни с мужем, и мучительно размышляла о том, что она сделала не так. И отчего, теперь он увлекся Ксенией. Однако она не находила ничего. Ее любовь к Дмитрию всегда была горяча, а ее речи и чувства искренны. Но видимо было что-то в ней не так, раз ее муж искал общества другой женщины. Вконец измучившись, она закрыла лицо ладонями, и долго горько плакала, ощущая, что теперь ее сердце не сможет быть спокойно.
В какой-то момент, когда уже стало светать, Глаша почувствовала рядом чье-то присутствие. Она медленно обернула голову на звук, и заметила высокого худощавого юношу в бедной одежде, который стоял от нее в десятке шагов.
