Матабар X (СИ) - Клеванский Кирилл Сергеевич "Дрой"

Арди невольно вспомнил казино «Цапля» и тут же сам себя одернул. Сегодняшний вечер должен был пройти совсем иначе.

Возможно, Спящие Духи его услышали, потому что первые лоты прошли весьма скучно.

Длилось, правда, данное счастье не так чтобы очень долго.

На четвертом лоте Арда позвали работать.

Покупатель с правого мостка, грузный господин с перстнями поверх перчаток, пожелал осмотра. Распорядитель повел ладонью в сторону оценщиков, и указал на Арда.

Нечто, указанное в брошюре как «Инструмент, нуждается в питании» вблизи оказалось компактной установкой, на вид напоминающей простую колбу для хранения алхимических реагентов.

— Лупу, — потребовал Ардан, не оборачиваясь.

Ему тут же передали инструмент, а он даже не взглянул, кому принадлежала услужливая рука.

Юноша склонился над установкой, и зал на минуту перестал для него существовать.

Колба была выполнена из какого-то мутного стекла с явными примесями Эрталайн стружки. Не говоря уже о том, что она была снабжена датчиком внутреннего давления, крепившимся к выносной панели управления размером с обычную книжку. К этой же панели были подведены несколько кабелей и, отдельно, на двух разных уровнях, блестели Эрталайн патрубки.

Видимо колба являлась частью более крупной установки. Но настолько важной, что ее стартовая цена составляла сто семнадцать эксов.

— Ну? — не выдержал господин. Перстни нетерпеливо звякнули о край мостка. — Оно хотя бы работает, Оценщик, или нам пытаются продать дорогую грелку для льда?

Ардан, не поднимая головы, вскрыл панель и внимательно осмотрел пластины с печатями. Весьма тонкая, явно не кустарная работа. Похоже на обработку промышленными станками.

— Работает, — безразличным тоном ответил он. — Вопрос в том, знаете ли вы, что именно покупаете.

— Полагаю, это вообще не вашего ума дело.

— Тогда слушайте, — Ардан провел пальцем в перчатке вдоль контура печатей. — Сдвиг управляющего вектора — одна восьмая, что вызовет каскад ошибок при изменении нагрузки в пределах четырех градусов от рабочего диапазона. Устройство перегреется и выйдет из строя. Это если предохранители выдержат. Если нет, то колба попросту лопнет.

Молчание. Господин явно ничего не понял. Распорядитель вежливо прокашлялся, но с явным намеком, что аукцион не самое подходящее место для лекций.

— Подлинно? Исправно? — коротко спросил он.

— При соблюдении всех условий, вполне, — Ардан повернулся в сторону и добавил чуть тише, только господину. — Но это явно производственный брак.

Господин все равно поднял табличку, а Ардан мысленно запомнил детали его перстней (тратить один из двух кадров на данного франта как-то не хотелось). Возможно, по ним получится впоследствии понять, кто это и зачем ему колба для хранения и компрессии продуктов гниения Лей-материалов.

Ардан не стал задерживаться у кафедры, чтобы не привлекать к себе внимания и вернулся обратно к остальным оценщикам. Среди них, кстати, посохом никто больше не владел. Чего не скажешь о гостях. В общей сложности Ард за минувшие сорок минут насчитал еще четырех обладателей Звездных регалий… которые они, разумеется, этим вечером не носили. Только посохи. Даже гримуары прятали под элементами костюмов.

Пайка Ард заметил только где-то между восьмым и девятым лотами.

Распорядитель Телкартс обнаружился у дальней стены. Замотанный в три шарфа и поднятым воротником. И, несмотря на несколько слоев одежды, он порой зябко ежился, все туже кутаясь в шерстяной пиджак. Он, разумеется, не торговался. Даже не смотрел на лоты. Только на покупателей, порой отдавая короткие распоряжения подходящим к нему работникам в белых масках.

Арди, стараясь не показывать, что смотрит в сторону Пайка, прислушался к его сердцу. То колотилось немного глухо, как сквозь подушку, но все же именно колотилось. И косился Распорядитель вовсе не на входы, откуда теоретически могли пожаловать непрошеные гости. Он косился на собственных гостей.

Человек, являвшийся организатором всего этого вечера, по какой-то причине до дрожи боялся своих же покупателей.

Или не всех? Может только одного?

Арди заметил, на кого из прочих Пайк косился намного чаще.

Распорядитель Телкартс неизменно возвращался взглядом к сухому человеку в неброском наряде, стоявшему у колонны со скучающим видом родителя, наблюдавшего за детской возней. Он, кстати, не пил. А большинство лотов пропускал, даже не поворачивая головы к кафедре.

Но стоило распорядителю произнести «требователен к условиям хранения» (что являлось шифром для биологических материалов из Мертвых Земель), и господин неизменно поднимал палец. И держал его поднятым ровно до тех пор, пока, невзирая на цену, лот не становился его собственностью.

На одиннадцатом лоте Ардан решил проверить насколько сильно был замотивирован данный господин.

Так что «господин Тарев», повинуясь скучающей воле несуществующего затворника, от лица которого выступал, поднял табличку против неизвестного… пусть будет… «Доктор».

— Четыреста пятнадцать эксов! От господина под номером одиннадцать! Раз!

Что могло стоить таких денег? О, сущая мелочь, всего лишь спинной мозг, причем в идеальном состоянии, Бледного Тадака. Так называлась виверна, обладавшая очень неприятной способностью генерировать свободный выплеск Лей-энергии. Что-то вроде миниатюрной и в десятки раз ослабленной Лей-вспышки природного происхождения. Но все еще достаточной, чтобы не оставить и шанса даже Синему магу, пусть и первой триады лучей.

Доктор даже не думал опускать палец.

— Четыреста тридцать эксов! От господина под номером сорок три! Раз!

Ардан поднял табличку второй раз и четырежды крутанул ее вокруг оси. Минимальный шаг ставки на данный лот составлял пятнадцать эксов, так что конечная сумма:

— Четыреста девяносто эксов! От господина под номером одиннадцать! Раз!

На сей раз Доктор, все же, удостоил Арда заинтересованным взглядом. Секунды две он изучал «господина Тарева», а затем поднял обе руки и показал восемь пальцев.

— Восемьсот эксов от господина под номером сорок три! Раз! Два!

Ардан опустил табличку. Учитывая, что стоимость данного лота в странах, где к торговле органами Аномалий относились проще, чем в Империи, достигала всего пятисот эксов, то Доктор явно не обладал верхним пределом бюджета.

Пальцы сами собой нашли дужку очков. Мягкий щелчок исчез в движении неотличимом от будничного жеста человека, поправляющего оправу.

— Здесь редко встретишь новые лица, — произнес женский голос за плечом. — Иносказательно, разумеется, учитывая наш неизменный маскарад.

Арди, всеми силами копируя Иолая Агрова, обернулся так, будто его только что обхамили, попутно оскорбив всю его родню, а мимоходом еще и оплевали только что начищенные туфли.

Рядом стояла дама в коктейльном платье. Изящная и немного хрупкая, о чем свидетельствовали обнаженные, тонкие запястья. Почти девичьи. И только характерные изменения кожи подсказывали, что госпоже уже к тридцати. А еще, что очевидно, она не носила перчаток…

— Господин?

— Одиннадцатый номер, — представился Ардан.

— И чьи же интересы представляет господин Одиннадцать?

— Своего нанимателя.

Судя по движениям маски, госпожа улыбнулась. Она попыталась подойти к нему ближе, но Арди, словно невзначай, выставил перед ней основание посоха. Просто поставил тот на полу между ними двумя.

Данная ситуация начинала его беспокоить. Что могло понадобиться этой госпоже от наемного оценщика, по совместительству представившего даже не собственные, а чужие финансовые интересы.

— Ну разумеется. Вы… позвольте, угадаю, с севера? Учитывая то, что вы первым делом осмотрели не сами пластины, а сочленения. Признаюсь, весьма поражена, что вы смогли так быстро определить брак. И особенно быстро для того, у кого такие молодые и такие необычные глаза.

Ардан едва было не задохнулся. Профессор Конвел родом как раз с севера! И да, подходы к работе со Звездной-механикой и инженерией действительно немного отличались по стране, что неудивительно, учитывая размах Империи. Вот только, чтобы разбираться в них требовалось немалое количество опыта и часов, проведенных в лаборатории.