Матабар X (СИ) - Клеванский Кирилл Сергеевич "Дрой"

— Я же говорил, — премьер-министр, сверкая единственным глазом, вытащил изо рта курительную трубку в форме Гагары и постучал ею по картонной папке. — Я говорил, Павел, что твоя идея абсурдна. Нам стоило отдать приказ Эдварду и разобраться с этой проблемой в ее зародыше.

Олег Закровский вернул трубку в рот и потер культю, оставшуюся от левой ноги. Рядом, к его стулу, был приставлен деревянный тубус протеза ноги, крепившейся за несколько ремешков к обвязке вокруг бедра.

— Полковник? — Император повернулся ко второму собеседнику.

Без всякого преувеличения можно было смело заявить, что в данный момент в кабинете Императора находилось три самых могущественных человека всей Империи Новой Монархии. А следовательно, одни из самых могущественных людей вообще на всей планете.

Полковник повернулся к премьер-министру, поднялся взглядом по его густым, пышным усам, напоследок мазнув им по лысине в форме подковы.

— Капрал, как и всегда, — Полковник со вздохом откинулся на спинку стула и скрестил пальцы домиком на своем чуть уменьшившемся, но все еще заметном животе. — демонстрирует уникальный навык с разбегу нырнуть в кучу навоза и выползти наружу благоухая садовыми цветами.

— Он пересек границу с Фатией, — напомнил герцог Закровский. — Может быть для тебя это ни о чем не говорит, но…

— Напомню тебе, Олег, — внезапно перебил Полковник. — Что не ты один здесь ведешь свой род от времен Галесса, не ты один обладаешь герцогским титулом, но, при этом, ты, уже давно, не имеешь никакого отношения к Черному Дому.

— Ты…

— Кхм, — издал короткий звук Император и, вынимая изо рта простую, мятую сигарету, стряхнул пепел и перелистнул страницы доклада. — Полковник.

— Да, мой Император.

— Нужны какие-то объяснения, — Павел ненадолго поднял на, де-факто, главу своей второй канцелярии взгляд черных глаз.

— Все укладывается в рамки нашей операции, — голос Полковника даже не дрогнул. — Мы похитили сына князя Оваранди с целью внесения смуты. В нашей логике планирования до тех пор, пока у нас находится его сын, Эклас Оваранди, то, по весьма очевидным причинам, князь Оваранди будет мешать своему двоюродному брату и дальше выполнять функции подручного Тазидахиана. Увы, данная карта уже отыграла свое.

— Отлично мешает, Полковник, — ухмыльнулся премьер-министр. — Просто, я бы даже сказал, великолепно.

— Мы заранее предполагали, что он попытается изменить данную ситуацию, — вновь не моргнул и глазом Полковник. — Ему потребовалось полгода подковерных интриг, подкупов, распыления своего внимания, как и всего своего аппарата, чтобы использовать ключевой ресурс всей Фатии в Шамтуре. Который он потратил впустую.

— А если бы не впустую⁈

— То мы бы спокойно обменяли его сына на любого заложника, — так же буднично пожал плечами Полковник. — И, все равно, остались бы в выигрыше нейтрализовав в Шамтуре их самый опасный из клинков. Беспроигрышная для нас ситуация, учитывая, что полгода уже были потрачены Фатией, их отношения с Тазидахианом подмочены, а остальные дворяне и приближенные к трону Фатии уже преисполнились слухами о том, что мы на такое способны. И, самое главное, не станем сомневаться в том, чтобы повторить.

Все трое одинаково не смотрели на строку «жертвы» в докладе, где значилось: «47 погибших, 211 раненых, в том числе 16 калек».

— Их защита будет утроена! — не сдавался премьер-министр.

— Физическая — разумеется, но здесь… — Полковник легонько постучал себя по виску. — … здесь они еще долго будут в полной нашей власти.

— Ты несешь какой-то бред, Полковник.

— Скорее ты, Олег, застрял в эпохе тридцатилетней давности, когда все можно было решить, наняв продажную девушку с отравленным кольцом или стрелка, который выстрелил бы в кого-нибудь с высокой крыши. А потом самих исполнителей тихо удавить и выбросить в железном гробу в море, чтобы не нашли.

Герцог Закровский прищурился, но не стал продолжать спор. Как минимум на данную тему.

— Посмотрите сюда, — вместо этого он потянулся, перелистнул страницу и ткнул на фотографии. — Весьма выразительное творчество, неправда ли? Ледяные столбы с кровавыми тушами. Надеюсь вам не надо напоминать, на что это все похоже.

На риторический вопрос никто, разумеется, отвечать не стал. Всем троим достаточно хорошо были известны уроки истории, чтобы не увидеть однозначного сходства между новым «украшением» Имперско-Фатийской границы и тем, какая участь дожидалась проигравших противников Арора Эгобар и Темного Лорда четверть тысячи лет тому назад.

— Когда эти фотографии разлетятся по Империи, а они разлетятся, — Закровский вновь постучал трубкой по папке. — Мы увидим очередной вал поддержки Конклава и их бредовых идей.

— Тогда, надо полагать, что Тавсеры, поддерживаемые твоими немалыми усилиями, — Полковник бросил на герцога быстрый, короткий взгляд. — Получат еще чуть больше финансирования из неназванных источников, верно?

— Напомню тебе, Полковник, что пока Тавсеры и Конклав борются друг с другом, то идеи, которые и без них живут в нашем обществе, то эти самые идеи не мешают рядовым гражданам, — отмахнулся трубкой премьер-министр. — И я бы, поверь, с радостью выслушал твои мысли, как можно уничтожить и тех и других, при этом не подняв общественной смуты, и, попутно, не навредив нашей подготовке к возможным неблагоприятным исходам переговоров.

— А я напомню тебе, Олег, что хоть и не согласен с тем, что Корона финансирует и одних и других, стравливая их между собой, но признаю, что это пока все еще меньшее из зол, — Полковник достал из кармана сигару и, забрав со стола нож, откусил кончик. Премьер-министр уже чиркнул спичкой по коробку и поднес Полковнику. — Спасибо… так вот. Внутренние смуты и брожения мыслей это по твоей части, Олег. Постарайся сделать так, чтобы Конклав не сильно раздувал данную тему. Полагаю, герцог Абраилаал не откажется от очередной твоей… поддержки.

— Полагаю, что тебе не требуется учить меня, как делать мою работу.

— Тогда, полагаю, что ты можешь применить данную фразу сам к себе и не учить меня, как мне распоряжаться вверенной мне рукой Империи.

— И…

— Господа, — Император отвлекся от одного из листов, подшитых в папку.

Премьер-министр и Полковник тут же замолчали и оба смиренно кивнули в сторону правителя Империи. Но, судя по всему, премьер-министр никак не собирался отпускать данную тему, потому как:

— Павел, пожалуйста, послушай меня, тебе следует…

Олег Закровский не успел договорить. На него медленно поднялись два черных глаза на лице, изрезанном шрапнелью и истертом ветрами и песками пограничья.

— Не забывайтесь, господин Закровский, — мерно, будто чеканный шаг на плацу, прозвучал голос Императора. — Полагаю, это вам следует исполнять то, что я говорю, а не наоборот.

Олег Закровский ненадолго прикрыл глаза.

— Простите меня, мой Император, — склонил он голову. — Я выбрал неправильные слова, чтобы дать вам совет.

— Которому я всегда рад и благодарен, Олег, — голос Императора вновь смягчился. — но капрал, как и ты, как и Полковник, как и еще четыре сотни миллионов душ, это мои подданные, и мне решать, что с ними делать.

— Если капрал сам себя таковым считает, — премьер-министр вдохнул облачко дыма. — не могу понять твоей уверенности, Павел, в том, что капрал Эгобар находится на нашей стороне.

— Капрал Эгобар всегда будет находиться на стороне Империи, — без тени сомнения парировал Павел. — И я начинаю уставать тебе об этом напоминать, Олег. И, до тех пор, пока он приносит стране больше пользы, чем неудобств, мы можем закрыть глаза на некоторые… фривольности в том, каким именно образом он это делает. Что, спешу напомнить, распространяется куда больше, чем на одного только капрала Эгобара.

— Я просто все еще не понимаю причину, зародившую в тебе такую уверенность.

— Тебе, для твоей работы, и не требуется, — спокойно отрезал Император и снова повернулся к Полковнику. — Мы уверены в том, что учения, на которые пришлось отбыть Гранд Магистру Илье Кнасскому никак не связаны с данным событием?