Сеульский магазинчик потерянных вещей - Хечжон Ким

Свернув за угол, я наткнулась на «Додо Кафе». Раньше здесь был магазин канцтоваров, в котором я покупала все для школы: канцелярские принадлежности, наклейки, милые ластики и многое другое. Старушка, хозяйка магазина, была немного пугающей. Каждый раз, когда я пыталась что-то взять, она кричала: «Ничего не трогай!» Опасаясь, что дети могут что-то украсть, хозяйка поставила зеркало в углу, чтобы его не было видно, и следила через него. Похоже, теперь на месте магазина было кафе.

Когда я открыла дверь и вошла внутрь, в кафе не было посетителей, только бариста стоял за прилавком. Кажется, тот магазин был не таким уж большим – в кафе стояло всего четыре столика. Раньше здесь продавалось так много канцтоваров, что мне казалось, будто магазин огромный, но в реальности все было не так.

– Мне звонили по поводу потерянного пенала.

– А, да.

Бариста наклонился и достал пенал из ящика.

– Вот этот, верно?

– Да.

Это точно был мой Тоторо! Я забрала пенал у бариста. Тоторо оставался все таким же пушистым. На спине была молния, а живот был гладкий, но я всегда клала пенал животом вверх, чтобы белый цвет не испачкался. Тем не менее я пользовалась им больше года, и он все равно стал грязным. У молнии остался коричневый след от маркера. В целом, Тоторо показался грязнее, чем я его помнила. Наверное, потому, что время делало свое дело… Раньше я не задумывалась о том, чтобы постирать пенал.

Внутри пенала было написано мое имя, две группы и номер. Крупными буквами я подписала «1-й год, 6-й класс», а затем зачеркнула и сверху исправила на «2-й год, 5-й класс, 17-й номер». Еще там лежали карандаши, ластик и линейка.

Поблагодарив бариста, я покинула кафе. Я шла, держа пенал с Тоторо в руке, но кое-что показалось мне странным. На нем не был написан мой номер телефона, так как они смогли связаться со мной? Разве в начальной школе предоставляют информацию о выпускниках? Это же личные данные, и они не должны их раскрывать! Нужно спросить, откуда в кафе взяли мой контакт.

Я развернулась и направилась обратно, но кафе на прежнем месте не было видно. На месте заведения находился «Магазин канцтоваров Тончжам». Так… Только что здесь было кафе! Может, оно где-то рядом?

Рядом с магазином канцтоваров располагалась… оптика? Но мгновение назад на ее месте был круглосуточный магазин! Я снова подошла к магазину канцтоваров. Внутри сидела старушка. Та самая хозяйка. У нее была обвисшая кожа на щеках, и дети называли ее «бабушка-бульдог».

– Уроки уже закончились?

Хоть я и стояла, но мой взгляд был на уровне лица старушки, сидящей на стуле.

– Что ты хочешь купить?

– Это, там…

Мой голос звучал странно. И почему рука, держащая пенал, такая маленькая? Я опустила голову и посмотрела на свою одежду. Сегодня утром я надела бежевый тренч, но что это за розовая куртка? Краем глаза я увидела зеркало на стене и подбежала к нему. Оттуда на меня смотрела младшеклассница. А? Кто это? Кажется, я часто ее видела… Боже, это же я! Перед зеркалом стояла ученица начальной школы…

Я осела на пол.

– Эй, ты как? – Хозяйка магазина тут же оказалась рядом. – Что с тобой? Тебе плохо?

Я помотала головой. Самочувствие нормальное… А что, если и вправду заболела? Поэтому мне это все и мерещится. Я подняла голову и снова взглянула в зеркало. На меня по-прежнему смотрела маленькая девочка. Я подумала, что зеркало просто сломано, но с отражением стоящей рядом бабушки все было в порядке.

Подняв с пола упавший пенал, я встала, поспешно вышла и огляделась вокруг. Где я? Место знакомое, вроде именно здесь я шла немного раньше… Но что-то было не так. Старые вывески и магазины. На противоположной стороне дороги – круглосуточный магазин Family Mart, который уже давно сменился на CU [6].

Ладонью я шлепнула себя по щеке. Не больно. Ударила сильнее. Теперь было немного больно. И руки, и щеки, и тело – все было маленьким. Неужели я вернулась в прошлое? Какой сейчас вообще год? Нужно выяснить. Засунув руку в карман, я обнаружила, что телефона там нет! Ведь первый мобильник мне купили только в средней школе…

Делать было нечего, и я снова зашла в канцелярский магазин. Во взгляде бабушки читалось: «Зачем ты вернулась?»

– Извините. Какое сегодня число?

– Десятое мая.

– А год? – снова спросила я.

– Какой-какой, две тысячи пятый же! Разве не знаешь?

Две тысячи пятый год был восемнадцать лет назад, когда я училась во втором классе начальной школы. Примерно тогда и пропал мой пенал с Тоторо. Выйдя из канцелярского магазина, я замерла в полном недоумении. Это сон? Или иллюзия? В прошлое никак нельзя вернуться. Неужели люди, проходящие мимо, реальны? Я подошла к какой-то женщине и схватила ее за руку.

– Что случилось? – удивленно спросила она.

Я, не сказав ни слова, убежала. Да, люди были настоящими.

Раздумывая, куда пойти, я решила сначала зайти в туалет в торговом центре. Зайдя в кабинку и сев на унитаз, я открыла пенал: внутри были только карандаши, ластик и линейка. Заглянув в рюкзак, который был у меня за спиной, я увидела учебники для второго класса, тетради и бутылку с водой. Похоже, возвращение в прошлое было реальностью.

Я умылась. Что же делать? И зачем было идти за этим пеналом… Разве такое возможно – снова стать девятилетней! Может, это всего лишь временное помрачение? Точно, это всего лишь иллюзия, и я смогу вернуться к нормальной жизни. Я посидела там еще немного, но тело не изменилось. Но оставаться в туалете надолго я не могла, пришлось выйти.

Куда же теперь идти? Скоро на работу, но не могу же я идти в академию в таком виде! Хотя подождите… Раз сейчас 2005 год, мне никуда не надо. Значит, стоит вернуться домой? Но куда? С того времени мы несколько раз переезжали.

Я направилась к нашему старому дому. Номера подъезда и квартиры почти забылись, но стоило войти во двор, как все прояснилось. Сто третий подъезд! Точно, он был слева от главных ворот. Тогда мы жили на четвертом этаже, и я поднималась по лестнице, если лифт долго не приходил.

Я подошла к двери квартиры. Номер четыреста три… Какой же был код? Забыла! Кажется, мы всегда использовали дни рождения членов семьи. Я ввела свой – нет. Дни рождения папы и брата тоже не подошли. А мама? Дверь с пиликаньем открылась.

Я вошла внутрь и позвала маму, но никто не ответил. Когда я училась во втором классе, она работала. В коридоре стояло несколько пар обуви: мамины кроссовки, папины туфли, тапочки брата и мои. Мама всегда просила нас убирать лишнюю обувь, но мы ее не слушали. Судя по ее кроссовкам, она тоже об этом забывала.

В гостиной стоял бежевый кожаный диван, который все еще выглядел неплохо. Со временем искусственная кожа облезла, и его выбросили. Когда же это было?

Я прошла через кухню и зашла к себе в комнату. Там, у стены, стояла моя кровать и письменный стол. Я все еще пользовалась этой мебелью. Положив рюкзак, я сняла куртку и легла на кровать прямо в свитере. Может быть, когда проснусь, все будет как обычно?

Мой сон был кем-то прерван.

– Ю Хэвон. Хэвон, просыпайся.

– Мама? – Я встала, потирая глаза. – Я опаздываю на работу?

– Что за чушь ты несешь?

В этот момент кто-то еще вошел в комнату и позвал ее:

– Мам, почему ты не пускаешь меня поиграть? Я же всего десять минут прошу!

Кто этот ребенок?

– Я же сказала, нет! В будние дни играть не разрешаю! – Мама повернула голову и сердито посмотрела на вошедшего.

– Ну почему? Все остальные ребята играют!

– Какие такие ребята? Кто играет?

Чертыхнувшись, мальчик вышел из моей комнаты. Мама закричала вслед:

– Ю Чживон, что за выражения?

Ю Чживон? Мой старший брат? А… Похоже, я все еще не вернулась в настоящее.

Я встала с кровати и вышла в гостиную, где мама ругала брата. Его страсть к играм не угасла и по сей день… Неужели я навсегда останусь девятилетней? Как же вернуться обратно? Я тяжело вздохнула, и в тот же миг мама резко обернулась, встретившись со мной взглядом.