Оксана Алексаева
Развод в 45. Я буду жить
Глава 1
Монстры существуют?
Надежда
– Бабушка… Бабуль… – тонкий голосок внучки вырывает меня из глубокого сна. Открыв глаза, наблюдаю испуганное личико Вари, которая стоит около меня и крепко прижимает к груди игрушечного медведя.
– Милая, что случилось? – шепчу я, чтобы не разбудить мужа. Кстати, муж… Заметив пустую половину кровати, на которой должен спать Гена, неприятно удивляюсь.
– Бабушка, мне страшно. Не могу уснуть… – лепечет малышка, поджав губки. Включаю ночник, чтобы успокоить девочку. – Там за стенкой монстры… Они… Издают странные звуки. Ох, ох, ах, ах, – малышка театрально закатывает глаза и шумно дышит, пытаясь изобразить то, что она, якобы, услышала. – Ещё и стучат так громко…
– Милая, монстров не существует. Все, что ты могла услышать, не более, чем плод твоей фантазии, – пытаюсь успокоить любимую внучку, провожу ладонью по нежному личику.
Моя дочь попросила забрать Варю с ночевкой на пару дней. Они с мужем уехали в тур выходного дня, и я с радостью согласилась побыть с Варенькой. Моя внучка – моя самая главная отдушина. Я безумно люблю проводить с ней время, маленькая любознательная малышка помогает мне отвлечься от тяжелых мыслей о моей страшной болезни.
Варя часто остается у нас в гостях. И посреди ночи она прибегает ко мне тоже не впервые. Но вот отсутствие мужа в моей постели заставляет задуматься.
А что если…
Он и есть тот самый монстр?
Но в доме только я, он, Варя и…
Наша домработница.
Так-так. Что-то внутри тревожно кольнуло.
Я очень надеюсь, что все то, что описала мне внучка – всего лишь её разыгравшаяся детская фантазия. Но… Думаю, стоит проверить. Так, на всякий случай.
– Бабуль, но я правда слышала, – стоит на своем Варенька, а я беру ее за руки и помогаю взобраться на кровать.
– А где дедушка? – Варя, обнаружив пропажу Гены, распахивает глаза ещё шире. – Бабуль, а вдруг его захватили монстры?! – шепчет она тихонько, дрожа от ужаса.
Прижимаю малышку к себе и целую в щечку.
– Нет, милая. Дедушка… Его вызвали на работу, и ему пришлось срочно уехать. Так что монстры здесь не причем, – игриво поддеваю внучку за кнопку носа. Конечно, пришлось немного приврать, так как я и сама пока не в курсе, где прохлаждается Гена посреди ночи.
– Знаешь, что? Давай я схожу в ту самую комнату, откуда ты слышала звуки и проверю, есть ли там в самом деле монстры, – уверенно заявляю я. Мало ли. Может, у меня под носом и в самом деле монстры живут, а я и не в курсе?
– Бабуль, а вдруг они тебя съедят? – Варя хватает меня за руку, не давая уйти.
– Не переживай, Варь. Помни, что я тебе сказала. Монстров не существует. Я просто проверю и вернусь буквально через пару минут. А дальше… А дальше я прочту тебе сказку и побуду с тобой, пока ты не уснешь. Хорошо?
В ответ Варя сдавленно кивает, прижимая мишку ещё крепче к своей груди. Если бы не отсутствие Гены, я бы, конечно, никуда не пошла. Но здесь, похоже, дело серьезное.
Чтобы Варе не страшно было оставаться в комнате одной, включаю свет и мультики.
– Я скоро, – посылаю Варюшке воздушный поцелуй и выхожу из спальни.
В нашем доме у Вари есть отдельная комната. Она находится в конце коридора. А соседствует с ней та самая, где ночует домработница.
Сердце сжимается в тревоге. Мои закравшиеся сомнения рисуют нехорошие картинки. И когда я подхожу ближе и в самом деле слышу стоны… Что-то внутри с треском надламывается. Сердце больно сжимается, и меня накрывает ледяная волна неприятных мурашек.
Выходит, Варе ничего не послышалось и не показалось. За её стеной и в самом деле происходит оргия, и малышка, в силу возраста, включила свою фантазию.
Ну нет. Не может быть.
Нет, нет, нет и ещё раз нет. Пытаюсь отмахнуть одну настойчивую, но не очень приятную мысль.
Эвелина в два раза младше Гены, он ей в отцы годится. Может, девушка тайком привела кого-то в дом?
Вполне возможно. Вдруг у неё есть парень и им негде проводить время…
Допустим.
Но…
Стоп.
Тогда вопрос – а где Гена?
Раздается снова сдавленный протяжный стон. Женский стон. А следом тихое шиканье:
– Эва, потише, нас могут услышать…
Ага. А вот и Гена, собственно.
Пропажа обнаружилась.
Глава 2
Монстры будут наказаны
Надежда
Застываю в ужасе. Это не может быть правдой. Но внутренний голос шепчет:
«Ты ведь знаешь, что это реально».
Он проводит ночи не со мной, а с ней – с этой молодой, беззаботной домработницей, которую он сам же нанял. Их шепоты становятся всё громче, переплетаясь с хриплыми вздохами. Я чувствую, как у меня замирает сердце.
Прижимаюсь ухом к холодной деревянной двери. Сердце колотится где-то в горле, перекрывая все остальные звуки. Из спальни доносится приглушенный смех. Его смех. Тот самый, который когда-то был музыкой для моих ушей, сейчас режет, как осколок стекла.
Внутри все сжимается от боли. Знаю, что не должна подслушивать, но не могу удержаться. Мне нужно знать. Нужно убедиться.
– Надо же, пока твоя больная жена спит как убитая, мы с тобой так круто проводим время… Это добавляет ещё больше острых ощущений, – хихикает дрянь, которую я приняла в своем доме как родную. Предоставила ей работу, крышу над головой. С силой сжимаю кулаки, отчего ногти больно впиваются в кожу. В груди болит ещё сильнее.
– Эва, помни, что за стенкой спит моя внучка. Она могла нас услышать, – строго отчитывает её тот, кого я считала своей опорой и поддержкой. Именно в этот момент она рушится, превращаясь в жалкие обломки. Чувствую, как земля уходит из-под ног. Меня словно лишили равновесия. И теперь я бессмысленно шатаюсь из стороны в сторону, как та самая детская игрушка – неваляшка.
– Да я вроде бы не сильно громко… Ген, ну я разве виновата, что ты меня так сильно заводишь? – приторным голоском щебечет Эвелина, которая появилась в нашем доме так внезапно, сразу после того, как мне поставили диагноз.
Какое же подозрительное совпадение. Тогда я даже не думала об этом.
«Спит, как убитая…»
Да, я принимаю снотворное, чтобы хоть немного отдохнуть от боли. От боли физической. Но та боль, что разрывает меня сейчас, гораздо сильнее.
Меня начинает тошнить. Ком подкатывает к горлу. Понимаю, что эта тошнота вызвана не следствием очередной химиотерапии. Меня тошнит от предательства близкого человека. Того, кого я считала родным. Того, в ком я видела свой свет. И была уверена, что он будет со мной рядом до конца моих дней, пусть их осталось не так много.
Мне сорок пять, и каждый день – это борьба, жизнь, полная боли, химии и бессонницы. Я борюсь с раком, предаюсь надежде и страху одновременно. Он видел меня в самом уязвимом состоянии – и все равно изменяет.
Подло? Очень.
Слезы, как вода из крана, начинают стекать по моим щекам. Это смешанные чувства: боль, гнев и горечь. Я хочу закричать, выплеснуть всё наружу, но не могу.
Я сильная. Была сильной. Пока не случилась болезнь, которая знатно меня подкосила.
А теперь… Ещё и предательство мужа. Подлое, гнусное, жестокое.
Слов нет. Кажется, вместе с изменой мужа умирает какая-то весомая часть меня.
– Ген, я уже так устала прятаться… Когда это все закончится? – голос мерзавки стихает до полушепота, но я все равно слышу её обиженный голос. Даже представляю себе, как она складывает руки на груди и обиженно надувает пухлые губы.
– Эва, потерпи немного, – голос мужа мягкий, заботливый. Словно она для него значит намного больше, чем я.
Интрижка? Несерьезное увлечение? Нееет…
– Я итак привел тебя сюда под прикрытием домработницы. Так что, считай, я итак всегда рядом…
Так вот оно что. Как изобретательно, Гена. Ты превзошел самого себя.
– Ага. Но я уже замучилась потакать твоей старухе! Здесь убери, тут помой… Спина отваливается!
