Развод с ледяным драконом. Гостиница беременной попаданки
Глава 1
— Анара, нам нужно серьезно поговорить.
Голос мужа режет воздух — низкий, тяжелый, пускающий дрожь по телу.
Бокал он отставляет в сторону, а пальцы его руки застывают в странном, напряженном жесте.
Я поднимаю глаза от тарелки, и привычный уют нашей столовой вдруг кажется чужим.
Широкие окна скрыты под тяжелыми бордовыми шторами, огонь камина отбрасывает колеблющиеся отблески на серебряную посуду.
На стенах — канделябры, в них коптят свечи, тени дрожат, будто отзываются на слова хозяина замка.
Слуги стоят поодаль, неподвижные и бесшумные, как статуи, но я чувствую — они тоже уловили перемену в воздухе.
Дейран почти не притронулся к еде.
Весь вечер он только хмурился, вертел бокал в пальцах и будто мысленно разговаривал сам с собой.
Я ждала, когда он заговорит.
И вот — настал момент.
Сердце уходит в пятки. Я знаю, что он собирается сказать.
Последние месяцы он стал другим: холоднее, отстраненнее. Все чаще задерживался, и всякий раз, когда я осторожно спрашивала, отвечал туманно: «Дела».
Но я не глупа. Я знала, что это значит. Частые визиты в храм, уклонение от разговоров… он нашел себе другую женщину и теперь вымаливает грехи у драконьего бога.
Наверняка так и есть.
Мне горько и обидно. Двадцать два года рядом, столько пройдено вместе.
Я любила его и верила, что он — моя стена, моя опора, мой дракон, который всегда защитит. И вот теперь…
Я смотрю на него — высокого, широкоплечего, с мощной фигурой воина, выточенной годами боевых походов. Его волосы темные, почти черные, но в них серебрятся тонкие пряди, что только придают ему благородства. Лицо суровое, красивое, словно высеченное из камня.
Когда он поднимает взгляд, в глубине карих глаз вспыхивает ледяная синева — так всегда бывает, когда в нем шевелится дракон.
И от этого взгляда мне становится еще хуже.
Потому что он не смотрит прямо на меня. Смотрит мимо. Будто я уже не его жена, будто мы чужие друг другу люди.
Сердце обрывается.
— Моему роду нужен наследник. Мальчик, — произносит Дейран так, будто ставит точку в приговоре. Голос его гулкий, холодный, и каждое слово падает на сердце камнем. — Ты дала мне двух прекрасных дочерей, Анара. Но магия рода передается только сыну. А у нас его нет.
Я застываю, не в силах поверить в услышанное.
Сначала в голове пустота, но потом мысль вспыхивает, как нож в темноте.
Любовница.
Все это время… именно поэтому он задерживался, избегал разговоров, холодел с каждым днем.
Конечно. Она беременна.
Горечь поднимается изнутри, обжигает горло. Я не узнаю свой голос — он срывается и звучит резко, почти чуждо:
— Так вот в чем дело… Ты хочешь познакомить меня с ней? Со своей новой пассией?
Его брови мгновенно хмурятся, лицо темнеет, и в глазах на миг вспыхивает та самая ледяная синева.
— Не говори глупостей. У меня нет любовницы, — он почти рычит, и слуги у стены, кажется, перестают дышать. — Я бы никогда так не поступил с тобой.
Я моргаю, сбитая с толку, и тут же хватаюсь за край стола, словно он удержит меня от падения. Сердце бешено колотится — не любовница? Тогда что?..
Дейран откидывается в кресле, тяжело выдыхает и наконец раскрывает карты:
— Я посещал храм богов. Активировал алтарь поиска. Истинная пара у меня уже есть — ты, Анара. Но у каждого дракона есть другие пары. Женщины, способные принять семя дракона и родить от него. Я нашел ту, что подойдет. И намерен сделать ее своей женой… на время.
Слова не доходят до меня сразу. Звучат глухо, как сквозь воду.
Он сказал — «нашел ту, что подойдет».
Он сказал — «способна родить от дракона».
Я смеюсь. Нервно, отчаянно, с хрипотцой, будто смеется не моя душа, а кто-то другой во мне.
— Значит, любовницы нет, — выдыхаю, качая головой. — Но ты нашел другую женщину… Чтобы она стала твоей женой и родила от тебя?
Мой смех тут же обрывается, а руки сами сжимаются в кулаки.
— Но вот проблема, милый, у тебя уже есть жена. Есть дети, после рождения которых, помнится, ты уверял, что их пол совершенно не важен. Тебе не нужен был наследник много лет, но что же изменилось сейчас?
— Мы проведем развод, — как ни в чем не бывало продолжает он. — По бумагам. Чтобы я смог заключить другой союз, а рожденный мальчик официально был моим сыном. Но ты все так же останешься моей женой. Когда Ленора родит, все вернется на круги своя. Все будет, как прежде. А моего сына… ты вырастишь, как родного.
Ленора…
Он уже знаком с ней.
А еще не зачатый наследник уже обретает в мыслях дракона плоть и кровь.
Я дергаюсь, словно от пощечины, и язвительность сама срывается с губ:
— Ах вот как? А куда ты денешь его мать, Дейран? Откупишься от нее? Или просто отнимешь ребенка, словно он вещь?
— Мне нужен сын, — резко обрывает он. Голос — хлесткий, беспощадный, а в глазах нет ни капли колебания. — Ты не можешь дать мне его. Я нашел решение.
Гнев вскипает во мне, и слова рвутся наружу, как горячая лава:
— Решение? Да это предательство, Дейран! Это измена не только телом — душой. Ты уничтожаешь нас. Все, что мы строили двадцать два года.
Он стиснул челюсти, и жилы натянулись на шее.
— Я не могу иначе, Анара. Я обязан.
Я вскидываюсь, чувствуя, как сердце рвется в клочья:
— Я не стерплю другую женщину. Просто не смогу!
И вдруг он срывается, больше не в силах сдерживаться. Повышает на меня голос.
— Роду нужен наследник, а ты уже стара и не сможешь его родить!
Эти слова пронзают меня насквозь. Лед и огонь смешиваются в груди, дыхание сбивается. Я будто перестаю слышать шум пламени в камине, завывание ветра за окном, тиканье настенных часов — все исчезает.
Остается лишь этот нож, вонзенный им в самое сердце.
Уже стара и не сможешь родить.
Уже стара в сорок два года.
Он не смягчает удара — напротив, его лицо каменеет еще сильнее.
— Тебе придется это принять. Другого выхода нет.
Я поднимаюсь, сжимая кулаки так, что ногти впиваются в ладони. Голос дрожит, но каждое слово — словно удар молота:
— Почему же? Есть еще один выход. Мы и правда разведемся. Но только по-настоящему!
Глава 2
— Развод… — все еще звенит в голове, словно удар колокола, и я почти физически ощущаю тяжесть этого слова.
Я иду прочь из столовой быстрым шагом, не оглядываясь.
Сердце колотится, дыхание сбивается.
Я знаю: если останусь — скажу что-то, чего уже не смогу взять обратно. Он был на пределе ярости, и я… я испугалась. Не его — нет, Дейран никогда не поднял бы на меня руку.
Я испугалась того, что мы оба можем окончательно разрушить все, что строили двадцать два года.
В спальне тихо, только огонь в камине потрескивает, и несколько свечей догорают в канделябрах. Тяжелый полог над кроватью, шелковые покрывала — все это будто чужое, далекое. Контраст с криками и обвинениями за ужином слишком резкий, и от этого боль становится только глубже.
Я сажусь за косметический столик. Прокручиваю на пальце кольцо — массивный золотой обруч с прозрачным, как капля льда, бриллиантом.
Символ брака.
Символ клятв, верности, жизни, прожитой вместе.
Сколько раз я любовалась им, вспоминая день, когда муж надел его мне на палец…
А теперь руки подрагивают, и блеск камня кажется холодным, как насмешка.
Я медленно снимаю кольцо. Кладу рядом со шкатулкой. Пустота, которую оставляет его отсутствие на пальце, обжигает сильнее, чем любая рана.
В зеркале — женщина. Не молодая, но и не старая. Я хорошо выгляжу.
Золотистые волосы аккуратно уложены, лицо ухожено, черты мягкие. Я знаю, что все еще красива. Но глаза… там усталость и боль.
