Клинков 6. Последний хаосит
Глава 1
Полгода спустя. Москва, столица Империи.
Имперская столица встречала рассвет под гулкое пение молитв в храмах и святилищах и под мерную вибрацию магических кристаллов. На востоке, за дымкой лесов, небо медленно растекалось золотом. В первых солнечных лучах вспыхнули купола императорского дворца — позолоченные, с резными орлами и зубчатыми шпилями.
От мозаики крыш поднимался лёгкий пар. Защитные артефакты, разбросанные по всему дворцу, работали на полную мощь, а сами крыши были сотканы из зачарованного стекла, металла и переливающихся самоцветов.
На флагштоках дрожали штандарты с гербом императорского дома — золотой орёл на багровом фоне, в лапах жезл, за спиной расправленные крылья, а под ним надпись древними рунами: «Волей правим — мечом храним».
Внутренний двор императорского дворца был вымощен белым камнем, шов к шву, без единого изъяна. По нему шествовала гвардия — отборные бойцы императорской стражи, закованные в полные доспехи, созданные с нитями чар.
Каждый из бойцов прошёл не только тренировки и жёсткий отбор, но и принёс клятву верности. Воины восьми-девяти звёзд. Где-то они могли возглавлять ударные отряды или целые армии, но здесь они охраняли нечто более важное: императора. Столпа империи, его род, его семью.
Сквозь рассветный туман и сложную сеть витражей и защитных заклинаний был виден Небесный Прогляд — башня-обсерватория, служившая не только для чтения звёзд, но и для слежки за изменением потоков маны в радиусе сотен вёрст. Александр Николаевич Романов — именно он, Александр VI, царь-император, самодержец, вдохнул жизнь не только в Небесный Прогляд, но и в Москву, древнюю столицу Империи. Иностранцы сравнивали её с Римом, но разве мог заморский город в упадке сравниться с возвышающейся столицей магического мира?
Он вдохнул свежий утренний воздух.
Император стоял на балконе Зала Малого Совета — это не были парадные апартаменты, а уединённый, закрытый от лишних глаз павильон с круглыми сводами и портретами предков на стенах. Здесь, в полумраке и прохладе мраморных плит, начиналось утреннее совещание императора и ближников.
Зал был стар, построен ещё во времена прежней династии. Древней и забытой. Забытой по воле Романовых. В конце концов, имперская власть привлекала многих, но именно Романовы держали её на протяжении сотен лет. И Александр не собирался этого менять.
Он прошёл в зал, лёгким движением руки закрыв за собой балконные двери, с любовью провёл пальцами по краю круглого стола из красного дуба, а затем подошёл к главной реликвии зала и сел.
Древний трон, вырезанный из древесины, привезённой с южных рубежей. Подлокотники были инкрустированы защитными реликвиями прежних царствующих магов, а на спинке красовался крупный самоцвет. Пусть Александр Николаевич и был Архимагом, но защитой никогда не пренебрегал — осторожность и рискованность были двумя сторонами одной монеты.
Царской монеты. Золотой. С имперским гербом. Его гербом.
Александр Николаевич вздохнул. Он любил приходить сюда чуть раньше начала совета и смотреть на свою вотчину с балкона. Мало кто знал об этой его слабости. Впрочем, даже здесь он был защищён десятками заклинаний и барьеров. В императорский дворец просто так не попасть.
Сегодня Архимаг и глава рода Романовых был одет в простой кафтан из чёрного шёлка, вышитый золотой нитью, без особенных знаков отличия. Лишь с золотым гербом и тонкой цепочкой с тёмно-зелёным камнем. Он был без короны — здесь, в зале, да и во дворце она ему была ни к чему.
Здесь каждый знал его лицо — молодое, несмотря на сотни прожитых лет. В его чёрных волосах не было седины — в конце концов, у любого Архимага было достаточно знаний и ресурсов, чтобы замедлить старение. Сама магия позволяла это. Тёмно-зелёные глаза смотрели на широкие двери.
На пальцах не было колец, лишь рубцы от многочисленных битв. В конце концов, Александр Николаевич был не просто императором, но и воином, который не раз стоял на острие атаки. Он прошёл не одну военную кампанию, прежде чем унаследовал титул от отца, как и положено старшему сыну и нынешнему монарху.
Он спокойно подождал, пока в зал придут его ближники и верные советники. Император пропускал мимо ушей почтительные приветствия и думал о запахе, что почувствовал на балконе.
Угли на юге и севере тлели — в конце концов, вассалы постоянно грызлись друг с другом за деньги, честь, власть и личные амбиции. Но именно с востока тянуло дымом и зарождающимся пламенем пожара.
Он вынырнул из раздумий и приступил к заседанию. Здесь, в малом зале, скрытые от посторонних глаз, собрались верные ему люди. Его помощник и друг — канцлер Орест Гавриилович, лысый мужчина со шрамом, пересекающим правый глаз и щёку. Магистр, талантливый маг и управленец с тяжёлым взглядом и подёргиванием правого века. Не от нервов, а от старой раны.
Был здесь и Архимаг Зиновий Никонорович Громов — глава рода Громовых и владелец Кладовочки. Именно ему принадлежала идея одного из самых прибыльных предприятий Империи. Он, в отличие от императора, ничуть не стеснялся седины в волосах и, казалось, носил её как предмет гордости. В конце концов, поговаривали, что Громовы были наследниками дара от самого Перуна и до сих пор почитали его как отца-основателя.
Был в зале и худощавый казначей Матвей Ефимович, и воевода — выдающийся воин десяти звёзд, Клим Глебович Долинский, грозный боец, никогда не снимающий панцирную броню. Плечистый, с медвежьими лапами и голосом, от которого дрожало даже стекло. Он командовал дружиной императора многие годы и был верен больше любого Романова.
Рядом с ним забавно смотрелся Платон — человек без фамилии, пробившийся наверх из простого люда, один из поверенных императрицы и тайных советников самого императора.
Совет начался с дел денежных — торговли и налогов. В конце концов, именно они позволяли императору всегда оставаться на вершине. Иначе как бы смог род Романовых поддерживать свою силу? Три Архимага, включая самого Александра, в живущем поколении, больше десяти Магистров, несколько десятков бойцов десяти звёзд, личная охрана, элитная гвардия, древние артефакты, доставшиеся не только по наследству, но и добытые потом и кровью. И бесчисленное количество вассалов — князей, герцогов, графов, баронов… и, конечно же, народ.
Род Романовых был не просто правящим, а связующим звеном, держащим Империю в кулаке. Но даже так находились желающие бросить императору вызов. Скорее тайно. Впрочем, ныне они были скорее заняты местными конфликтами, и Александр Николаевич планировал оставить всё именно так. И всё это было невозможно без капитала.
Деньги сменились дипломатическими визитами и последними новостями на международном фронте. Здесь уже засиял не казначей Матвей Ефимович, а канцлер Орест Гавриилович и личный советник императрицы Платон. Донесения были точными и короткими.
Народное восстание и династийная нестабильность в Европе. Впрочем, Старый Свет не раз переживал их, переживёт и в этот раз. Визит османских дипломатов и новые связи на Востоке.
Многие из этих тем обсуждения будут подняты на собрании в Боярской Думе — совете избранных, вершине власти для выдающихся магов и воинов. Туда могли попасть лишь Магистры и Архимаги, а также выдающиеся воины десяти звёзд.
Большинство государственных вопросов обсуждалось на собраниях Думы — не только внешняя политика, но и внутреннее устройство, законы и религия. Вот только, в отличие от малых советов, проводимых императором с ближниками, Боярская Дума собиралась в полном составе редко. Нужен был особый случай.
И запах с востока подсказывал императору, что такой случай неизбежен.
И повод этот был бы связан не с уже начатыми и развивающимися родовыми конфликтами, о которых говорил Долинский.
— За последнюю весну, — прогремел голос воеводы, — в Северном княжестве так и не сработали дипломатические усилия. Пречистовы, как более древний род, продолжают давить Ивлевых.
