Цвет любви - рыжий!
1
Алиса потянулась, ловя последние лучи ленивого солнца.
Может, мама и права, Италия никуда не денется…
На столе, в деревянной рамке – открытка с видом на море. Это от бабушки, ее подарок дочери, то есть Алисиной маме. Кочевал из комнаты в комнату и нашел наконец свое место.
Алиса попыталась представить себе бабушкино лицо – и не смогла.
Когда же они виделись в прошлый раз? В третьем классе? Нет, наверное, в первом…
Между первым классом и третьим курсом универа – целая жизнь. Какая она теперь, ее бабушка?
А ведь с утра сегодняшний день казался на сто процентов предсказуемым.
На завтрак – капучино и булочка с корицей. На обед – шоппинг: новый купальник, парео и куча милых ненужностей. И перекус в фудкорте. А вечером – пачка чипсов и сериал в компании Ленки.
Чемодан уже мысленно собран. Билеты в Неаполь лежат в истории бронирования. Алису ждут цветастые саронги, куча скачанных книжек, море, запах разогретого солнцем песка и наслаждение свободой…
Она как раз перекладывала вещи, расслабленно мечтая.
Видеозвонок от мамы прозвучал неожиданно и нарушил идиллию.
Алиса вздохнула и ответила с немного натянутой улыбкой:
– Привет, мам!
– Привет, солнышко! Как твое настроение? Отдыхаешь?
Мама звучала слишком бодро даже для себя, и Алиса напряглась. Обычно за таким началом следовало предложение, на которое ей вряд ли захочется соглашаться.
– Отлично, мам. Как раз собираюсь…
– Вот и прекрасно! Слушай, у меня к тебе огромное дело. – Мама выдержала драматическую паузу. – Ты же помнишь бабу Любу?
В памяти Алисы всплыл запах свежей выпечки и сушеных трав. Теплые руки, укрывавшие ее пуховым платком. И черное небо над головой, усыпанное яркими звездами, – таких в городе не бывает.
Но все это было давным-давно...
Бабушка к ним почему-то не приезжала. И к ней Алису родители не отправляли, хоть там и «свежий воздух», и «здоровая еда», и «нет интернета». Ленку вон всю школу на лето сплавляли в деревню. Только сейчас отбилась.
Помнит ли Алиса бабушку?..
– Ну… как бы да… – неуверенно протянула она. – А что такое?
– Бедная она, совсем уже плохо справляется. Спина болит, огород копать тяжело. И вода из колодца, не натаскаешься. Мы с папой хотели нанять ей помощницу – из соседок, так она на порог не пустила. Говорит, справлюсь. Но куда ж ей справиться-то, во столько-то лет... Надо бы помочь. И уговорить ее, чтоб в город переехала, к нам. Ненавязчиво так, между делом. А пока – по хозяйству подсобить. У тебя же каникулы как раз… Уболтай старушку, а? Считай, это твоя практика… Как молодого адвоката… А?
Повисла неловкая пауза.
Вечерний свет, проникая сквозь полупрозрачные шторы, падал на бабушкину открытку. На секунду Алисе показалось, что море ожило. Что по нему побежали волны. Белые пенистые барашки…
Она сморгнула, и иллюзия распалась.
– Мам, ты о чем?! У меня билеты в Неаполь! Через три дня вылет! Мы с Ленкой все спланировали…
– Я знаю, знаю, солнышко. Но что ж поделать, так получается… Бабушка у нас одна. И она нам родная. А Италия… Италия никуда не денется. Это ведь на две недели всего. Поможешь ей, уговоришь, а мы тебе новый тур купим, куда захочешь! Честно-пречестно!
Алиса закатила глаза:
– Мам, я даже не знаю, о чем с ней говорить. Мы чужие люди по сути.
– Вот и познакомитесь! – легкомысленно парировала мама. – Она у нас хорошая! Добрая. Ты помнишь? Пироги печет, вкуснятина. А воздух там… Закачаешься! Тебе только на пользу, а то ты вся бледная, в телефоне живешь. Съезди, Алисонька. Помоги. Для меня. Для семьи. Всего две недели, а?
В голосе матери послышались знакомые нотки: виноватые, умоляющие.
Алиса вздохнула. Ну как устоять перед этим «для семьи»?
Может, она и вправду слишком добрая… Ленка так и говорит. А еще Ленка говорит, что у ее рыжей Лиски все сидят на шее.
«У ее Лиски». Ну конечно, на шее у Ленкиной Лиски сидеть должна только Ленка! Алиса фыркнула от этой мысли.
– Ладно… – обреченно вздохнула она. – Но потом…
– Ура! Спасибо, родная! Я знала, что на тебя можно положиться! Я тебе на карту скину. Но ты лучше обналичь, там безналом-то где платить… Билет тоже скину, на поезд, на завтра. Спасибо, ты мой лучший помощник!
Мама пощебетала еще чуток и быстро попрощалась, словно боясь, что дочь передумает.
Напрасно. Алиса, конечно, легкая… но не до такой же степени.
К тому же… Что-то в этом было. Она пока не могла понять, что…
Явно не грядки с картошкой (или что там у них в деревне). Что-то другое. У Алисы непонятно с чего вдруг приятно заныло под сердцем. Необъяснимо, но так сладко. Зачем сопротивляться?! Да и тоже… какое-то приключение. Необычное.
Она поедет! В деревню, в глушь, к бабушке!
2
Вот так ее планы перевернулись с ног на голову.
Зато с Ленкой все всегда стабильно. Вечером они сидели перед теликом, с огромной пиццей «Пепперони» и бутылочкой «Просекко».
– Ну я не знаю, – философствовала Ленка, откусывая кусок пиццы. – С одной стороны – да, попала. Прощай, Неаполь! Коктейли, смуглые красавчики… С другой – а ты глянь, как похоже на ромком! Милое такое начало… Городская злючка-карьеристка приезжает в деревню, влетает в брутального фермера с добрыми глазами, находит себя и забывает про айфон...
– Я не злючка! – возмутилась Алиса. – И там одни пенсионеры да коровы. Никаких брутальных фермеров, только брутальные старушки с тяпками. И куры.
– Скучновато, да... Прям как меня в школе засылали… Ну тогда… ты просто отдохнешь от нас. Поспишь, воздухом подышишь. Расслабишься. А я пока без тебя съезжу. Все красавчики – мои! – Ленка подмигнула. – Серьезно, Лиска, не загоняйся. Две недели – и ты свободна. А мамина благодарность будет безгранична… Тур она уже обещала. Потом еще и новую сумку выклянчишь. Хочешь «Гуччи»? Оригинал!
Алиса подавилась куском пиццы.
– «Гуччи» за две недели в огороде? Сомневаюсь я чот в такой конверсии, – хмыкнула она. – Лет пять отрабатывать…
Но идею на заметку взяла и решила попробовать. Не «Гуччи», конечно, но вот насчет «Стратберри» или «Вандлера» стоит подумать… Ленка найдет выгоду в самой безнадежной ситуации.
Они просидели до двух ночи, болтая обо всем на свете.
Когда подруга ушла, в квартире воцарилась тишина.
Алиса вздохнула и решила уже собрать чемодан. Только теперь не в Италию, а в деревню. Джинсы, футболки, ветровка, пауэрбанк, пижамки и так далее. Славно, что книжки уже накачала – единственная надежда на спасение от скуки. Там небось и с интернетом проблема…
Наконец, с чемоданом было покончено.
Вдруг Алисе послышались странные звуки. Сначала щелчок, потом треск. С улицы, что ли? Петарды? Она прислушалась. За окном бормотал о чем-то своем ночной мегаполис.
Может, с кухни? Она снова прислушалась, а потом и принюхалась – повеяло незнакомым.
Зашла на кухню, огляделась. Вроде бы все как было…
И тут ее взгляд упал на подоконник.
Там, в маленьком глиняном горшке, боролся за выживание кустик мяты. Обычная мята, из многолетних. Мама принесла, давно еще. Сказала, что привезли от бабушки. Мол, та просила, даже настаивала. «Пусть постоит, тебе же не жалко, а старушке приятно».
Алиса поливала кустик изредка, больше по привычке. Пучок бледно-зеленых листочков влачил жалкое существование. Но выбросить рука не поднималась. Протягивала к нему руку… и поливала, а не выбрасывала.
А сейчас… Да это вообще невозможно!
Мята раскинулась пышным ярко-изумрудным куполом, буквально лопаясь от сочности. Да она с полметра высотой!
Стебли стали толстыми и упругими, а листья – крупными, резными, испещренными темными прожилками. От них исходил сильный, дурманяще-свежий аромат. Он наполнял всю кухню, перебивая даже запах недавней пиццы.
