Жар юга, холод севера, скитания в компании бродячих артистов. Мелкое хулиганство. Не знаю – зачем, ведь деньги были. Может, это было лишь попыткой заполнить пустоту в душе.
Мне было все равно куда идти и что делать, раз мой дом был разрушен.
О самом страшном мысли я отгоняла. Верила, что отец жив. Не тем существом был высший сидхе, чтобы его так легко можно было уничтожить. Отец хитер и умен и на каждый план противника у него своих десять.
Мои скитания продолжались какое-то время, пока не произошло ещё одно важное событие.
То самое, которое встряхнуло за шкирку, спустило с небес моей глупости и привело сюда. В Мойэраати. В приграничный город у моря, где уживались маги и твари...
***
– Эй, адептка, так и будете спать? Вам удобно или принести кушетку, первый курс? – Отрывистый резкий голос за спиной привел в чувство.
Вырвал из воспоминаний. Я уже давно не там. Прошлое прошлому, сопли подотри, лесса!
Темноволосый мужчина с нашивками преподавателя смерил меня внимательным взглядом.
Густые волосы убраны косу, в глазах – искры морских волн. И, самое ужасное, – заострённые уши, крепко прижатые к черепу. Не просто заострённые, а с едва заметными зеленоватыми перепонками.
Ихин-ши! Морской лорд!
По телу прошла неприятная дрожь.
– Простите, тирлесс-мастер, обдумывала практическое домашнее задание! – Я поспешно склонилась.
Давайте же, уходите. Я просто ещё одна глупая мечтательница, которая вместо учебы думает о балах и женихах... Я вам неинтересна! – молила мысленно.
И сегодня удача оказалась на моей стороне.
Мужчина медленно кивнул, щуря слишком большие для человека и немного вытянутые в уголках глаза.
В них пенилось море и сходились в буйстве стихии. От него веяло водой и солью.
– Меньше мечтайте – и больше думайте, лесса. Напоминаю, что после десяти вечера первый курс должен сидеть в общежитии. И не советую вам доверяться драконам. Они могут легко довести до беды...
Он исчез так же внезапно, как и появился.
А я осталась. Сжимая кулаки и дрожа от вечерней прохлады.
Вид на город с высоты птичьего полета утратил свою привлекательность.
Этот незнакомый профессор откуда-то знал о моем знакомстве с чешуйчатыми. Впрочем, он вполне мог видеть, как те утащили меня в первый раз на "беседу" у всех на виду. Что преподавателю какой-то отвод глаз? Чем-то ему наши общие дела не понравились.
С ума сойдешь от этих нелюдей.
Но пусть у меня хвостов и чешуи нет, я так просто сдаваться не намерена!
Я должна быть здесь до тех пор, пока не смогу убедиться, что меня никто не ищет. И что отец жив.
Такая малость, право слово! Так что, господа твари, вы меня не выдворите. Я уже здесь и больно кусаться не буду – всего лишь и нужно, что, не имея магии, как-то этой самой магии обучиться.
И не такое бывало, леди и джентльмены, когтистые и пушистые.
Я возьму в узду свои злость и недоверие. Освоюсь в этом мире. И расправлю крылья.
Ведь, кажется, только сейчас я поняла, что не хочу терять это призрачное ощущение свободы. Что иногда на мир нужно глядеть широко распахнутыми глазами и слушать сердцем. А не верить чужим словам и не впитывать чужие предубеждения.
Я довольно улыбнулась про себя, одернула юбку и устремилась вниз по лестнице, во двор.
И нет, немолодой уже, уставшей женщиной я себя не ощущала. Та, другая я... она обрела мир и покой.
А Льяна Тархи, дочь сидхе, продолжала жить. И пусть опыта в этой новой жизни пока не хватало – это дело наживное.
Наверное, я слишком сосредоточилась на своих мыслях. Впервые за долгое время расслабилась, поверила, что выход из ситуации существует. Что как бы ни было трудно, сколько бы подвохов ни крылось за помощью драконов – леди из рода Тхи не может не справиться.
Всего на миг отпустила себя – и тут же поплатилась.
Возникло ощущение, что я на бегу попыталась врезаться в гранитную стену.
Нет, я не закричала. Хотя уже точно знала – синяк будет.
Пошатнулась, удержала равновесие и постаралась как можно быстрее отстраниться от нового препятствия.
– Насколько невоспитанными стали адепты, что позволяют себе носиться не глядя под ноги, – бархатный голос был холоднее льдов. А ещё он ощутимо давил магией, – кажется, некоторые лессы считают, что кроме их прекрасных глаз и прочих выдающихся достоинств, мужчин в Академии ничто не должно волновать.
– Даже то, что их мозг заметно уступает их прочим достоинствам, – согласился рядом второй насмешливый голос.
Ярость? Нет. В сердце змеёй сидела расчетливая ненависть.
Я медленно подняла голову, мысленно обвивая незнакомцев железной лозой и сжимая в этих ласковых объятиях.
Удушающих? Нет-нет, что вы, это лишь слухи. Ничего подобного! Все исключительно заботливо и ласково!
Я улыбнулась про себя, мысленно повторяя, что сейчас стоит оставаться тихой и незаметной. К тому же мое преимущество в скорости. И в том, чтобы слиться с окружающей толпой. В хитрости и коварстве. В прямом бою я магам проиграю.
Подняла голову – и застыла, чувствуя, как сердце судорожно колотится в груди.
На меня смотрели угольно-черные глаза, из которых жадно щурилась на мир голодная опасная бездна.
Пробрало от ощущения опасности. Возникло чувство, что для замершего напротив молодого мужчины выше меня почти на полторы головы, я – и все вокруг – говорящие деликатесы. Интересные лишь своим вкусом.
Миг, другой, я моргнула – и наваждение развеялось.
Только холодный взгляд из-под ресниц не исчез, как и сжавшие мое плечо пальцы.
– Простите за мою вопиющую неуклюжесть, тирлес! – Я опустила глаза. Слишком многое они могут сейчас поведать. В том числе то, где именно я видела двоих магов.
Красивы бесспорно оба, но первый выделяется. Белокожий, черноволосый, высокий. Он силен. Под неброской тканью формы – стальные мышцы воина. Угольные глаза, светлые тонковатые губы и взгляд, полный презрения и чего-то ещё, пугающе неуловимого.
Словно все мы были ничего не значащими букашками.
Второй был чуть ниже ростом, хоть и ненамного.
Высок, строен, хорош собой. Как и многие маги. Его красота была следствием векового отбора. Светлые волосы по плечи. Более тонкие черты лица. Сухощавая, внешне лишённая мощи фигура. А вот глаза... Взгляд лишь тенью коснулся меня, а возникло жуткое ощущение, что я стоя на краю разрытой могилы. И меня в любой момент могут столкнуть. Вниз.
Светловолосый чуть склонил голову и я заметила край грубого шрама, который выглядывал из-под его ворота.
– Простить? – Губы черноволосого недоуменно шевельнулись.
Как будто это слово было ему абсолютно незнакомо.
Вокруг нас начала собираться небольшая толпа. Неудобно и неприятно.
– Мориан, девица сейчас в обморок упадет... От злости. У нас дела, может, пойдем? – подал голос светловолосый.
От злости? Как он?..
Флер очарования применять я по-настоящему опасалась. Только не при сильных магах. Уже натворила как-то дел.
– В самом деле, если не лопнет, то, по крайней мере, разбрызгает свой женский... яд, – с некоторой запинкой хмыкнул брюнет.
Его пальцы прожигали даже сквозь ткань платья.
А потом... Я не смогла понять, что именно случилось – слишком быстро все произошло.
С пальцев брюнета словно сорвалась полупрозрачная темная дымка, а я... Я ощутила, как злость, застарелая и прогорклая, ненависть, усталость, страх и вообще весь этот почти незаметно мучающий меня коктейль эмоций просто исчезает! Растворяется, оставляя взамен каплю опустошения и слабости.
– Будьте внимательнее впредь, лесса. Не все здесь так добры, как я. Начинающие маги должны быть внимательнее и осторожнее. Не думай, что твои прелести здесь кого-то удивят, провинциалка, – на меня нашипели и... Ушли. Оба.
А мне, наверное, примерещился раздраженный шепот:
