Системный Рыбак 9 (СИ) - Шиленко Сергей

— Я слышу, тут готовят. — Бабушка Майя остановилась на пороге и оглядела наш стол.

В этот момент Дина, всё это время кравшаяся к доске на брюхе, рванула вперёд и сунула морду прямо в миску.

Я щёлкнул её по носу.

— Сказано же, не трогать.

Она отпрянула, обиженно сопнула, села на хвост и через связь прислала образ несчастной голодной крокодилицы, умирающей у пустой реки.

— Не дави на жалость. Поужинала же за двоих.

Бабушка рассмеялась, а Морган не выдержал и фыркнул следом.

На этот смех из коридора заглянула Элиза.

Она остановилась рядом с бабушкой и переводила взгляд с отца на меня, миску и Дину, у которой на носу остался прилипший комочек жмыха.

И вдруг она сделала глубокий вдох, словно собиралась с духом, а затем начала говорить.

— Папа. Бабушка. Господин Винтерскай. Сегодня первый день за полтора года, когда в нашем доме снова смеются. — Она сжала пальцы в замок. — Господин Винтерскай, я хотела бы показать вам Звёздную Террасу. Я давно там не была. Туда любила ходить мама. Составите мне компанию?

В кухне стало очень тихо. Только масса в миске лениво вздохнула.

Я отложил лопатку.

С одной стороны, юная девушка и её отец, ещё вчера державший флакон с ядом. С другой — Звёздный Провал, на дне которого мерцает что-то очень страшное и загадочное. Один взгляд сверху стоит десятка дневных обходов. Да и Дине я обещал…

— Я не против сходить. С Диной и Ридом. Но последнее слово будет за твоим отцом и бабушкой Майей.

Морган дёрнулся так, что миска у него в руках качнулась.

— Господин Винтерскай, вы только приехали, у вас открытие ресторана, рабочие, поставки… Может быть, отложим? Через неделю-другую, когда станет посвободнее.

Он за дочь беспокоился, и видно это было невооружённым глазом.

Но вдруг, бабушка положила ладонь ему на плечо.

— Морган. Девочке шестнадцать. Сидеть в четырёх стенах с учебниками не дело. Господин Винтерскай человек серьёзный, при нём два питомца таких, что городская стража перейдёт на другую сторону улицы. С ней ничего не случится.

Она потянулась к колокольчику на полке и звякнула один раз.

В дверях возник дворецкий Освальд словно он всё это время ждал именно этого звонка.

— Освальд. Завтра проводишь Элизу и господина Винтерская до Звёздной Террасы и обратно. Плату за вход возьмёшь из домашней кассы.

Освальд поклонился.

— Ура!

Элиза подпрыгнула, чмокнула бабушку в щёку и унеслась к себе по лестнице с топотом, который не вязался с её обычной серьёзностью.

Я поймал растерянный взгляд Моргана и пожал плечами.

— Ничего страшного не случится. Слово.

Морган сглотнул и кивнул.

Я накрыл миску влажной тряпицей и убрал в перстень.

— Всё готово. Завтра встаём ни свет ни заря, так что марш отдыхать.

Дина печально посмотрела на исчезнувшую приманку.

Вот и правильно. Завтра нам всем понадобится свежая голова.

Глава 6

— Хозяин, лодки готовы.

Гарольд стоял у причала, держа в трёхпалой руке свёрнутый конец, за его спиной у четырёх лодок суетилась команда: старики разбирали сети, подростки таскали багры, а кто-то на корме крайней посудины уже плескал из ведра, смывая ночную росу.

Рассвет распускал над рекой розовое марево. В этом пару тонули дальние пристани, склады и редкие крикливые чайки.

Дина у моей ноги зевнула во всю свою динозавровую пасть и едва не сшибла багор с подставки. Рид сидел рядом с видом существа, которого вытащили из тёплой постели ради чужой блажи.

— Тогда отходим, — я перешагнул через борт головной лодки. — Гарольд, ты со мной. Питомцы тоже.

Гарольд кивнул и одним движением отвязал швартов. Лодка качнулась, приняв на себя его вес, и я мягко придержал Дину ладонью под грудку, отводя её от борта.

— Сидеть, маленькая. Сегодня ты у нас почётный пассажир, а то всю рыбу распугаешь.

Через ментальную связь прилетело обиженное «но я бы поделилась». Я сделал вид, что не услышал.

Гарольд оттолкнулся багром, и три лодки следом снялись с причалов, держась за нашей кормой узким строем. На воде старший в лодке остаётся старшим и в строю.

Я устроился ближе к носу и активировал Локатор.

Под лодкой проступили отметки: пара мелких рыбёшек у самой сваи да кто-то донный и медленный под корягой. Чем дальше мы отходили от пристаней, тем реже они мерцали. К середине реки и эти почти погасли.

На таком разнообразии ресторан не откроешь.

— Гарольд, а здесь что за места?

— Зона общественной рыбалки, господин, — он сплюнул за борт. — Кто хочет, тот и ловит. За последние тридцать лет реку выбили подчистую. Старики говорят, раньше тут лунный окунь стоял стеной, а сейчас и духовный пескарь редкость.

Понятно. Ну да. Где ловят все, там скоро не ловит никто.

Мы прошли ещё с километр. Локатор перебирал пустоту, и я уже начал прикидывать, не ошибся ли с направлением, когда отметки полезли гуще. Сначала одиночные точки, а затем плотные стайки, тянущиеся куда-то вверх по течению.

— А тут?

Гарольд посмотрел на берег и поджал губы.

— Тут уже зона кланов начинается. Серебряные Лотосы, Клейны, ещё пара семей помельче. Их участки тянутся до самого изгиба. Чужую лодку не пустят, а если пошлину оплатить, то там такая сумма будет, что лучше сразу домой.

Так-так. Рыба прёт к ним снизу, против течения, и не за компанию же она там собралась. На реке указателей «элитный сектор» не вешают, а косяк дорогу знает. Скорее всего Звёздный провал неподалеку от города питает фон ниже по течению, вот рыба и тянется на энергию.

Раз так, перехватить косяк можно ниже, до того как он войдёт в клановые воды. Значит, ловить надо перед самым въездом в их огород.

— Гарольд. Идём ниже по течению. До того места, где косяки только начинают подъём.

На второй лодке заворчали. Громче всех ворчал сухой дед в шапке-ушанке, неуместной по такой погоде.

— Ниже рыбы нет, господин! Мы там сети полоскали в позапрошлом году, вернулись с тиной да корягой.

— Зря только людей гоняем, — поддержал кто-то с третьей лодки. — Лучше у причалов хоть мелочью набьём.

Гарольд молчал, а его желваки ходили под кожей. Я его понимал. Поди объясни мужику, который тут с пацанских лет невод тянет, что вон в той стороне сейчас будет рыба.

Я не торопил.

Гарольд сплюнул ещё раз и резко повернулся к лодкам.

— Уши прочистили? Хозяин премию обещал, тариф двойной. Кто не глухой — разворачивает корму и идёт за головной. Кто глухой — пусть на причале глухоту лечит.

Дед в ушанке буркнул что-то про молодых да ушлых, но налёг на весло. Лодки развернулись и пошли вниз по течению, держась моего следа.

Я снова активировал Локатор.

Под лодкой пустовало: редкие искорки мелочи. Ещё полкилометра и я уже начал сомневаться, а потом дно ушло вниз, и на перепаде высот вспыхнуло.

От самой поверхности до каменистого дна стояла плотная живая масса. Косяк, какого я не видел со времён черепахи. Рыба висела слоями, крупняк внизу, а мелочь наверху.

Я сбросил Локатор и ткнул пальцем в сторону мыса.

— Здесь. Ставим сети по дуге. От мыса до того поваленного дерева. Левая и правая лодки заводят края, средние держат середину.

Гарольд кивнул и принялся командовать.

Пока мужики разводили сети, я достал из перстня глиняную миску, что вчера месил на кухне у Дайлов под комментарии Моргана и сонное сопение Дины.

Снял тряпицу. Крокодилье желе плотно связало компоненты и теперь приманка в миске походила больше на жиле.

Дед в ушанке покосился на миску.

— Господин, а это что у вас такое?

— Прикормка.

— На жемчужных карасей, что ли?

— На всех.

Он хмыкнул и отвернулся. На второй лодке кто-то отчётливо фыркнул. Фыркайте, ребята, фыркайте.

Я зачерпнул горсть и веером пустил по воде вдоль дуги сетей. Потом ещё горсть, и ещё. По воде разбежались круги, маслянистые и липкие на вид.