Невеста по ошибке. Тайна клана Яо (СИ) - Мэйрвелл Айра

— Ты доволен? — спросила я, чувствуя, как отчаяние сменяется холодной, злой пустотой. — Твой брат уехал, теперь ты здесь хозяин. Что ты сделаешь? Запрешь меня в подвале? Будешь пытать, требуя карты?

Яо Чэнь посмотрел на закрытые ворота, и его лицо на мгновение стало странно серьезным. Таким я его еще не видела. Маска спала, обнажив усталость и... расчетливость?

Но это длилось лишь долю секунды. Он снова надел свою привычную ухмылку.

— Пытать? — он фыркнул. — Фи, как грубо. Я не варвар, Ли Юй, и не палач. Я — ценитель удовольствий, а пытки — это такая скука. Крики, кровь, грязь...

Он подошел ко мне вплотную и, нагло взяв меня за подбородок, заставил посмотреть ему в глаза.

— Карты меня не интересуют, женушка. Я знаю, что их у тебя нет.

Мое сердце пропустило удар.

— Откуда ты...

— Тш-ш, — он приложил палец к моим губам. — Я знаю о тебе все, Ли Юй. Сколько раз ты сбегала из дома в мужском платье. Как ты подкупила стражника у городских ворот, чтобы пронести запрещенные книги. И то, что твой отец — старый упрямый осел, который никогда бы не доверил военные тайны своей взбалмошной дочери.

Я застыла. Он знал, он все знал с самого начала.

— Тогда зачем? — прошептала я. — Зачем этот спектакль? Зачем ты согласился на этот брак?

Яо Чэнь наклонился к моему уху. Его дыхание обожгло кожу.

— Потому что мне скучно, — прошептал он. — И потому что ты — единственная женщина в этой проклятой столице, у которой есть зубы. Мне нравятся хищники.

Он резко отстранился и громко, на весь двор, объявил:

— Тетушка Чжао! Подготовьте малый кабинет в моем крыле. Моя жена будет помогать мне разбирать... семейные архивы. И принесите вина. Много вина. Мы будем праздновать отъезд моего занудного брата!

Слуги засуетились. Яо Чэнь подмигнул мне и направился в дом, насвистывая какую-то непристойную уличную мелодию.

Я смотрела ему в спину. Бирюзовый шелк развевался на ветру.

Он играл. Он все время играл, но если он знает, что карт нет, значит, ему нужно что-то другое. Что? Моя жизнь? Или... он действительно хочет использовать меня против врагов, как сказал Генерал?

"Хорошо, — подумала я, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. — Ты хочешь хищника, Яо Чэнь? Ты его получишь. Ты думаешь, я — мышка, которую можно загнать в угол, но даже мышь может прогрызть дыру в мешке с зерном, если дать ей время".

Я развернулась и пошла за ним.

Весь день прошел в странном напряжении. Яо Чэнь действительно заперся в кабинете, но меня туда не пустил.

— Женщинам там делать нечего, — заявил он, захлопнув дверь перед моим носом. — Иди вышивай или... чем там занимаются приличные жены? Трави служанок?

Я осталась одна в "своей" части дома, которая теперь ограничивалась спальней и маленькой гостиной. Охрана у дверей удвоилась. Теперь это были не гвардейцы Генерала, а люди Яо Чэня. Они носили не черные доспехи, а серые куртки без опознавательных знаков, и двигались они тише воды.

Я попыталась выйти в сад — меня вежливо, но твердо остановили. Я попыталась пройти на кухню — путь преградили скрещенные мечи.

Я была пленницей. В роскошной клетке, с шелковыми простынями и вкусной едой, но пленницей.

Вечером, когда стемнело, в дверь моей спальни постучали.

— Войдите, — крикнула я, откладывая книгу, которую пыталась читать… какой-то трактат о добродетели жен, который мне подсунула тетушка Чжао, видимо, в насмешку.

Вошел Яо Чэнь. Он был без верхнего халата, в простой домашней одежде, с распущенными волосами. В руках он держал поднос с едой и... два кувшина вина.

— Ужин подан, — возвестил он, ставя поднос на стол. — Я подумал, что семейный ужин в столовой с этими старыми мумиями-старейшинами испортит нам аппетит. Поэтому решил, что мы поедим здесь.

— Я не голодна, — соврала я. Желудок предательски заурчал, учуяв запах жареной утки.

— Врешь, — констатировал он, садясь за стол и разливая вино. — Садись. Нам нужно поговорить. Серьезно.

Слово "серьезно" из его уст звучало как угроза.

Я села напротив, стараясь держаться как можно дальше.

— О чем? О том, как ты будешь меня убивать, когда поймешь, что я бесполезна?

— Убивать? — он отломил ножку утки и протянул мне. — Ешь. Если бы я хотел тебя убить, ты бы уже умерла. Яд в чае, несчастный случай на лестнице... Вариантов масса. Нет, Ли Юй. Ты мне нужна живой.

Я взяла утку, но есть не стала.

— Зачем?

Яо Чэнь сделал глоток вина и посмотрел на меня поверх чарки. Его глаза в свете свечи казались почти черными, бездонными.

— Завтра мы идем в дом твоих родителей, — сказал он.

Утка выпала у меня из рук.

— Что?

— Традиционный визит на третий день свадьбы, — пояснил он, словно говорил с ребенком. — Мы должны навестить семью невесты. Я знаю, что твой отец в тюрьме, но там осталась твоя мачеха, и твои сестры. И, насколько я слышал, твой бывший женишок, Гу Синь Вэнь, сейчас часто бывает в твоем доме. Утешает твою мачеху... или ищет что-то в кабинете твоего отца?

Я замерла. Гу Синь Вэнь в моем доме? Роется в вещах отца?

— Он ищет доказательства, — выдохнула я. — Настоящие доказательства, чтобы уничтожить их.

— Бинго, — Яо Чэнь щелкнул пальцами. — Или подбросить новые, чтобы окончательно закопать старика Ли.

Он подался вперед.

— Мы не можем этого допустить, верно?

— "Мы"? — я недоверчиво посмотрела на него. — Тебе-то какое дело? Ты сам сказал, что мой отец тебе безразличен.

— Отец — да. Но Гу Синь Вэнь... — лицо Яо Чэня скривилось в гримасе брезгливости. — Этот человек работает на Министра Налогов. А Министр Налогов — враг клана Яо. Враг моего брата. Если они уничтожат семью Ли, они усилятся. А я не люблю, когда мои враги становятся сильнее.

Он снова наполнил свою чарку.

— Так что у нас с тобой, женушка, временный союз. Завтра мы пойдем в твой дом. Мы устроим там скандал, напугаем твою мачеху, и вышвырнем Гу Синь Вэня за порог. А заодно... посмотрим, не осталось ли в кабинете отца чего-то, что он пропустил.

Я смотрела на него и не верила своим ушам. Этот пьяница, этот бездельник предлагал мне... помощь? И месть?

— Ты хочешь использовать меня, чтобы ударить по Гу Синь Вэню?

— Конечно, — легко согласился он. — А ты используешь меня, чтобы защитить дом отца. Взаимовыгодная сделка, как на рынке. Ты ведь любишь торговаться?

Я медленно взяла свою чарку с вином.

— Хорошо, — сказала я. — Я согласна, но при одном условии.

— Условии? — он приподнял бровь. — Разве ты в том положении, чтобы ставить условия?

— Да, потому что без меня ты не найдешь тайник в кабинете отца. Даже если перевернешь там все вверх дном. Только я знаю, как он открывается.

Это была правда. Отец показал мне тайник в детстве.

В глазах Яо Чэня мелькнул интерес.

— Тайник? Настоящий? — он усмехнулся. — Ладно. Каково твое условие?

— Ты не тронешь меня, — твердо сказала я. — Ни сегодня, ни завтра. Никогда. Наш брак остается фикцией. Мы партнеры, а не супруги. Ты спишь на кушетке, я на кровати. И никаких... "супружеских обязанностей".

Яо Чэнь посмотрел на меня, потом на кровать, потом снова на меня. И расхохотался.

— И это все? — он вытер выступившую от смеха слезу. — Боги, Ли Юй, ты такая забавная. Ты думаешь, я горю желанием затащить в постель женщину, которая смотрит на меня как на ядовитую змею? У меня в городе есть дюжина куртизанок, которые умеют доставлять удовольствие, а не читать нотации.

Он встал и, взяв подушку с кровати, бросил её на кушетку у окна.

— Спи спокойно, Нефритовая Дева. Твоя честь в безопасности. По крайней мере, пока ты мне нужна для дела.

Он лег на кушетку, закинув руки за голову, и закрыл глаза.

— Но предупреждаю, — добавил он, не открывая глаз. — Завтра тебе придется сыграть роль влюбленной жены так хорошо, чтобы даже Императорские шпионы поверили. Если Гу Синь Вэнь заподозрит, что мы фиктивная пара, мы проиграем.