Луч надежды (#5) - Ди Анна

Она развернулась к двери, но задержалась на секунду.

— И если хочешь ей помочь, перестань хвататься за неё так, будто она уже мертва.

Ронар остался стоять на месте, пока она не вышла. Эти слова остались с ним.

Когда он вернулся в гостиную, Авалис уже стояла у выхода, держась прямо, хотя по лицу было видно, что сил у неё мало. Ронар взял сумку с лекарствами раньше, чем она успела потянуться к ней.

— Я справлюсь сама.

Он внимательно посмотрел на неё.

— Знаю.

Он направился к выходу прежде, чем стало больно.

Глава 11

Ломара вывели из темницы в кандалах. Он шёл медленно, потому что сил не хватало. Солнце ударило в глаза, он прищурился и на секунду остановился, пока его не толкнули в спину.

Вся его одежда была грязной, волосы были спутаны, а во рту сухо. Он не помнил, когда ел последний раз.

Его вывели на помост, и он едва не упал на ступенях без сил. Он стоял, шатаясь. Ноги его не держали, но гордость не позволяла даже допустить мысль о том, чтобы упасть.

Он посмотрел на площадь, на людей перед ним. Народа было много, гораздо больше, чем он ожидал. Кто-то пришёл просто посмотреть, кто-то потому что слухи уже несколько дней ползали по городу быстрее любой болезни. Они всё ещё не понимали, что происходит. Те, кто стоял ближе к помосту, тянули шеи, пытаясь услышать хоть что-нибудь раньше остальных.

Ломар медленно выдохнул. Впервые за последние дни внутри появилось что-то похожее на надежду, совсем маленькое и почти болезненное. Он не был любимым королём и не обманывал себя на этот счёт, его могли считать слабым или слишком мягким. Но он не верил, что люди примут переворот так легко. Красивыми словами можно было оправдать многое, но не кандалы на настоящем короле.

На помост поднялся лорд Карден. Мужчина выглядел как никогда хорошо. Золотистый камзол, аккуратно уложенные волосы, прикрывающие залысины, улыбка. Он поднял руку, требуя тишины, но люди не замолчали. Карден подождал, пока крики утихнут. Люди начали замолкать один за другим, смотреть друг на друга, спрашивать что-то шепотом.

Ломару захотелось закрыть глаза и на миг отключиться. Свет давил на виски и обжигал кожу.

— Перед вами предатель, — громко сказал лорд Карден, и Ломар резко повернул к нему голову. — Человек, который называл себя королём.

По площади прокатился глухой ропот. Но Ломар успел заметить недоумение на лицах. Эта короткая растерянность почти вернула ему дыхание.

Он шагнул вперёд, насколько позволяли цепи.

— Это переворот, — сказал Ломар хрипло. — Он лжёт вам.

Голос вышел тише, чем нужно. Холод темницы осел в горле, каждое слово царапало связки, но несколько человек у помоста всё же повернули головы к нему.

Карден даже не посмотрел в его сторону.

— Из-за него ассасины начали убивать в городе, — продолжил он громче. — Он покрывал их, помогал им и позволил им пролить кровь невинных.

Шум стал плотнее. Карден говорил именно то, что люди хотели услышать. Не правду, а простое и понятное объяснение, способное вместить в себя страх, похороны, бессонные ночи и годы жизни рядом с ассасинами. Ломар смотрел на площадь и чувствовал, как внутри медленно гаснет что-то важное. Если дать человеку одного виновного, мир становится гораздо проще.

Он неожиданно поймал себя на мысли, что если бы он стоял среди этих людей, если бы не знал правды и тоже искал виновного во всём, что произошло с королевством, он бы, наверное, тоже хотел поверить.

— Совет знал об ассасинах, — сказал Ломар резче, понимая, что проигрывает. — Карден был среди тех, кто принимал решения. Он сам…

Стражник дёрнул цепь, и слова сбились. Ломар качнулся, но удержался. Несколько человек в толпе услышали только начало, остальные уже слушали Кардена.

— По его приказу был убит ребёнок и ещё четверо жителей, — сказал Карден. — Его руки в крови.

Шум снова прокатился по площади. Ломар скользнул взглядом по лицам перед собой и почувствовал неприятный холод под рёбрами. Ещё несколько минут назад люди переглядывались и пытались понять, что происходит. Теперь они слушали. А Карден говорил с такой уверенностью, будто каждое его слово уже давно было доказано.

Ломар сжал челюсти.

— Замолчи, Карден. — Голос прозвучал хрипло, но достаточно громко, чтобы его услышали в первых рядах. — Скажи им правду.

Карден лишь улыбнулся краем губ, словно ждал именно этого.

— Даже сейчас он требует молчания. Он правил страхом! Угрожал совету, чтобы мы не говорили правду! Мы терпели его, потому что боялись, что он уничтожит и нас.

Шум внизу стал резче. Первые злые выкрики ударили по помосту, и Ломар почувствовал, как сомнение в людях быстро сменяется желанием обвинить.

— Он убийца! — выкрикнули снизу.

— Это он управляет туманом! — подхватил другой голос. — Он посылает его в дома!

— Казнить!

Ломар снова шагнул вперёд, кандалы звякнули в этом шуме.

— Это ложь, — сказал он громче, но голос сорвался.

— Заткнись! — крикнули из толпы.

Камень ударил его в плечо. Ломар качнулся, но удержался на ногах. Несколько секунд он просто смотрел туда, откуда прилетел удар, не сразу понимая, что произошло. Это был кто-то из людей внизу. Кто-то из тех, кто ещё минуту назад сомневался.

В груди стало холодно.

— Да как ты смеешь, — резко сказал Ломар, стискивая зубы. Слабость, боль и унижение вспыхнули разом, и он уже не смог удержать голос ровным. — Ты заплатишь за это.

Толпа взорвалась.

— Слышали?!

— Этот предатель ещё смеет нам угрожать!

— Свободу от тирана!

Второй камень прилетел в висок. Ломар качнулся и поднял голову. Боль разлилась по виску тупым жаром, но почти сразу отступила на второй план. Он посмотрел в толпу и впервые по-настоящему понял, что никто не собирается это останавливать. Ни один человек не шагнул вперёд, не потребовал прекратить, не попытался одёрнуть того, кто бросил камень первым.

Что-то неприятно сжалось под рёбрами.

Камни полетели в него со всех сторон. Он почувствовал, как влага потекла по губе, в боку вспыхнула боль. Камней стало больше. Они били по ногам, по телу, по лицу.

Ломар согнулся, пытаясь удержаться. Один камень прилетел в глаз, и он зажмурился, скрутившись. Колени подогнулись, и он упал без сил, сворачиваясь от нападков.

Шум, яростные крики, боль, запах крови, всё смешалось в одно ощущение, которое хотелось прекратить. Он старался дышать ровно, чтобы не сорваться на кашель. В груди свело от осознания собственной слабости, от унижения, от непонимания.

Карден поднял руку, делая вид, что успокаивает людей. Лицо его оставалось невинным, словно он ожидал другой реакции от людей. Но нет, именно этого он и хотел.

— Казнь состоится после моей коронации, — сказал он громче. — Через неделю вы получите настоящего короля.

— Ты не король! — крикнул ему кто-то.

Лицо Кардена дрогнуло, желваки заходили на щеках, но он быстро взял себя в руки. Улыбка натянулась на лицо.

— Сколько лет вы прожили в угнетении?! Ни один король из тех, что вы знали, не был обеспокоен жизнью граждан. Все они хотели лишь власти и богатства! — провозглашал Карден. — Я ваш освободитель! Я тот, кто избавит вас от тумана, голода и бедности! Кто ещё способен на это? Ломар Орше лишь травил ваши жизни! Он спас тех ассасинов, что устроили резню! Он не знал жалости!

Толпа закричала. В Ломара что-то прилетело, но это был уже не камень. Он не видел, глаз заливало кровью и всё расплылось седыми пятнами. Прилетело что-то ещё с чавкающим звуком, и ещё. Запах грязи и помоев скрутил желудок. Ломар начал задыхаться. Воздуха не хватало, грудь сжимало.

Ломар был уничтожен и публично, и внутренне. Он понимал, что проиграл. Горячая злость поднималась вместе с этим пониманием. Унижение давило сильнее боли, которая разлилась по телу толчком. В висках отозвался страх за то, что это никогда не закончится. В нём закипела обида и гнев.