Системный рыбак 15 (СИ) - Шиленко Сергей

Команда Гильдии ждала напротив наших дверей. Мори Прони с фиолетовыми волосами держался позади всех, Гойл стоял с нагрудной табличкой мастера, а Трусарус в халате с нашивкой третьего ранга сиял так, будто уже примерял ключи от моего заведения. Своего подмастерья он всё-таки вытащил из городских казематов.

На малой трибуне рассаживались городские чины и представители домов. Леопольд Клейн-младший занял место в первом ряду и развернулся к команде Гильдии всем корпусом, чтобы каждому было видно, кого он сегодня поддерживает.

Ударил колокол.

Судить вышел седой старик в церемониальном халате. Он неторопливо расправил длинные усы, пригладил ладонью бороду и только после этого подобрал широкие рукава.

— Кальвин Дорн, управитель городской торговой управы и хранитель мер и весов, — представился он. — Сорок лет мирю оптовиков, взвешиваю чужой товар и считаю убытки. Город в этом споре сохраняет нейтралитет. Но судить кухню в одиночку я не берусь, поэтому со мной работает коллегия из трёх человек.

Он повёл рукой в сторону судейского стола, и оттуда поднялись двое.

— Госпожа Ирма Гесс, старшая городской лекарской палаты. Её часть — действие и безопасность: что блюдо даёт телу и чем тело за это расплачивается.

Сухая женщина в сером оторвала взгляд от своего блокнота, кивнула обеим командам разом и тут же вернулась к своим записям.

— Господин Густав Мель, старшина гильдии трактирщиков и постоялых дворов. Его часть — вкус и подача. Проще говоря, захочет ли гость заплатить за это второй раз.

Круглый человек поклонился нам с достоинством, а команде Гильдии, как мне показалось, чуть глубже.

Я быстро пересчитал расклад. Мерило — сухие цифры, спорить с ним бесполезно ни мне, ни Трусарусу. Гесс — польза и побочные эффекты: тут алхимия сильна, зато мои блюда работают более мягко и эффективно, и ещё ни кого не уложили в постель. А вот поклон Меля в сторону гильдии мне не нравился. Мухлевать при таких свидетелях он не станет, а вот придержать полбалла — вполне.

Что ж, двое из трёх — тоже победа. Главное, чтобы блюдо не оставило им выбора.

— У сторон есть возражения против коллегии?

— Возражений нет, — сказал я.

— Гильдия доверяет городу. — Трусарус поклонился трибуне, но на Меле его взгляд задержался чуть дольше приличного.

— Тогда озвучу правила поединка. Три раунда. Первыми работают младшие: Ксения от «Ресторана у Реки» и Мори Прони от Гильдии. Вторыми выходят специалисты: Каталина Астрелл и мастер Гойл. Финал за капитанами: Ив Винтерскай и алхимик третьего ранга Лампикус Трусарус. Каждой паре город выдаёт одинаковые продукты и реактивы, свои заготовки запрещены. Каждый судья ставит блюду оценку по своей части: госпожа Гесс — за действие, господин Мель — за вкус и подачу, я — за чистоту работы и показания Мерила. Раунд выигрывает тот, за кого выскажется большинство коллегии. За победу в первых двух раундах даётся один балл, за победу капитана два. При равном счёте решает сумма судейских оценок по всем блюдам.

Значит, финал в любом случае остаётся решающим. Даже если мы проиграем оба первых раунда, моя победа сравняет счёт, а дальше всё определит сумма оценок. Правила выгодны тому, кто уверен в своём мастере. Я был уверен.

Дорн поднял ладонь для сигнала, и тут с улицы закричали:

— Вот ты где! Попался!

От тележки с воздушными шариками, стоявшей у самого оцепления, вышли двое практиков и кот.

Вот только этих товарищей я узнал не сразу. Помогли заготовленная поза с широко расставленными ногами, белая кошачья морда с золотистыми ушами и здоровяк, который проходил между канатами боком. Команда Хэ. В прошлый раз они улетели от меня за горизонт вместе со своей гондолой. Похоже, с летающим транспортом у секты стало туго, раз охотники теперь торгуют шариками.

— Это по городской программе? — громко спросил кто-то с балкона. — Скоморохи?

Услышав слово «программа», команда решила, что публика ждёт именно её. Кот набрал воздуха:

— Чтоб беглецы не знали сна!

— Чтоб тьма дрожала у окна! — женщина развернула хлыст.

— Чтоб каждый знал, кто здесь закон… — пробасил здоровяк, стукнув кулаком о ладонь.

— КОМАНДА ХЭ!!! ИЗ СЕКТЫ ЧЁРНОГО ХЛЫСТА!!! — рявкнули они хором, причём кот — громче всех.

Площадка молчала. Где-то у трибуны кашлянули. Один шарик на тележке тихо сдулся.

— Ив Винтерскай! — Хельга выбросила руку в мою сторону. — В этот раз ты от нас никуда не денешься!

Она подняла над головой чёрную коробку с багровыми прожилками. Артефакт гудел так, что дрожал воздух: столько силы в него явно закачивали не один день. Из коробки выхлестнулись чёрные жгуты и потянулись ко мне через площадку, разворачиваясь на лету в сеть.

Трусарус расцвёл. По его лицу было понятно всё: чужие неприятности вот-вот решат исход состязания ещё до первого раунда.

Удочка легла мне в ладонь раньше, чем он успел стереть со своего лица улыбку.

Заброс вышел короткий и низкий, каким кладут блесну под нависший куст. Крючок прошёл над жгутами, нырнул и зацепил управляющее кольцо на торце коробки. В момент касания на самом кончике крючка вспыхнула капля Пламени Фиолетовой Бездны, которой не видел никто, кроме меня.

Пламя за мгновение пережгло управляющий контур артефакта. Потеряв управление, накопленный заряд рванул обратно по связующим жгутам — к хозяевам.

Грохнуло.

Защитная формация площадки увела взрыв вверх широким столбом света. Тележку, шарики и всех троих подбросило выше крыш, и уже откуда-то из-за дальнего дома донеслось затихающее:

— Кома-а-анда Хэ-э-э… опять в пролё-ё-ёте-е!..

Шарики разлетелись по небу цветными точками.

Госпожа Гесс проводила летящую тележку взглядом и невозмутимо записала что-то в свой блокнот. Мель осторожно выбрался из-под судейского стола и сделал вид, что искал там оброненное перо.

Тем временем Дорн проводил троицу взглядом и пригладил усы.

— Стража. Нападение и ущерб записать на счёт Секты Чёрного Хлыста. Обломки собрать как вещественное доказательство. Нарушителей найти и стребовать с них всё до последней монеты.

Я убрал удочку в системный слот, прикрыв движение рукавом.

— Предлагаю не задерживать Битву алхимиков, управитель. Это мелкое недоразумение не стоит внимания.

— Разумно. — Дорн подобрал рукава и опустил ладонь. — Первый раунд. Начали!

Глава 5

— Задача первого раунда! Представьте, что перед вами человек, которого вытащили из проруби. Он окоченел, дышит через раз, а его тело уже перестало вырабатывать достаточно тепла. За сорок минут приготовьте средство, которое согреет его изнутри и не перегрузит сердце. Время пошло!

Участники двинулись к корзинам.

У соседнего стола Мори Прони уже вскрыл корзину, и над его фиолетовой шевелюрой поднялся первый пар из реторты. Было видно, что работал он строго по заученной схеме: огненный корень отправил в ступку, кора теплокрова в реторту, угриный жир на малый огонь, мерные стопки поставил под правую руку. Пальцы у парня заметно дрожали, но он точно соблюдал порядок действий.

Ксения поставила сухую сковороду на жаровню и высыпала туда крупу.

Умница. Замёрзшего надо кормить, а не бить по нему молотком.

Крупа зарумянилась, по площадке пошёл ореховый дух, и в первых рядах кто-то отчётливо сглотнул. Следом Ксения запарила боярышник, залила крупу отваром и поставила томиться. Огненный корень она тёрла прямо в молоко, и оно сразу порозовело.

— Мёд в кипяток не сыпь, — я проследил, как розовеет молоко.

— Знаю, шеф, — Ксения убавила огонь, даже не обернувшись. — Сниму, дам остыть, пока кружку можно будет держать голой рукой, и только потом добавлю мёд.

Недели вечерних тренировок научили барменшу работать как настоящий повар.

Тем временем Мори отмерил сердечный стабилизатор и влил его в реторту.

Ф-ф-фух!

Состав вспыхнул оранжевым. Над горлышком сгустился пар. Парень поймал первую каплю в стопку, коснулся её языком и скривился до слёз.