И все же я нажала. Дверь поддалась — незаперто. Я скользнула внутрь, в комнату человека, который мог оказаться убийцей, и тихо притворила за собой створку.
Теперь оставалось найти хоть что-нибудь. И не попасться.
Глава 16. Спящая красавица
Я двигалась по комнате бесшумно, стараясь ничего не сдвинуть с места. Швея во мне знала цену порядку: запомнить, как лежала вещь, и вернуть ее точь-в-точь. Этому я выучилась еще в мастерской, где хозяйка карала за каждую спутанную катушку.
Комната Кариона оказалась под стать хозяину: скупой, строгий порядок, ничего лишнего. Узкая кровать, застеленная без единой складки. Полка с книгами по магии и праву. Умывальник, дорожный сундук, письменный стол у окна. Я обшарила все — приподнимала матрас, заглядывала за книги, проверяла карманы запасной формы на крючке — и не находила ровным счетом ничего. Ни писем, ни тайников, ни следов чего-то темного. Обычная комната сдержанного, замкнутого человека.
Может, Аврелия ошиблась, мелькнуло у меня. Может, никакой он не убийца, просто злой на язык куратор с тяжелым прошлым.
Я уже собиралась уходить, когда в нижнем ящике стола, под стопкой бумаг, наткнулась на плоскую кожаную папку. Развязала тесемки, откинула крышку, и замерла.
Внутри лежали рисунки.
Я принялась перебирать их один за другим и с каждым листом все больше забывала, зачем сюда пришла. Пейзажи: излучина реки под башнями, старый мост, туман над садом. Портреты: смеющийся мальчишка, старуха с четками, лютнист, схваченный прямо в движении. Все это было сделано уверенной рукой, тонко и живо — так, что хотелось коснуться бумаги, проверить, не теплая ли она.
Неужели рисовал Карион? Тот самый Карион, что цедит колкости и держит лицо каменным?
Я и сама любила рисовать. В мастерской, урывками между заказами, я набрасывала эскизы платьев — линию плеча, как ляжет складка, где пустить вышивку. Мои рисунки были дельными, понятными закройщице. Но такое... Так я не умела и близко. У этого человека был настоящий дар, из тех, что не купишь ни за какие деньги.
Я перевернула еще лист — и рука моя застыла.
На бумаге была изображена спящая девушка.
Она лежала на боку, подложив ладонь под щеку, светлые волосы разметались по подушке. Рисунок был выписан с такой нежностью, с таким вниманием к каждой черточке — к тени от ресниц, к прядке у самых губ, — что перехватывало дыхание. Художник любовался ею. Это читалось в каждой линии.
А потом я узнала ее. Светлые волосы, тонкие брови, знакомый изгиб рта.
Аврелия.
Я смотрела на портрет, и внутри все холодело. Карион рисовал Аврелию. Спящую. Когда он мог видеть ее такой? Как оказался так близко к ее постели, чтобы разглядеть тень от ресниц? И зачем хранил этот листок в самом дальнем ящике, под ворохом бумаг?
Одно из двух. Или между ними было куда больше, чем вражда, — то самое, о чем он обмолвился за завтраком. Или Карион из тех, кто крадется к спящим женщинам и переносит их на бумагу, оставаясь в тени. Я не знала, какая догадка страшнее.
И тут за стеной, в прихожей, громко хлопнула входная дверь.
Я похолодела. Он вернулся раньше, чем я ждала.
Руки задрожали, но выучка не подвела: я сунула портрет обратно, ровно туда, где он лежал, прикрыла бумагами, затянула тесемки папки, задвинула ящик. Метнулась к двери — и застыла. Шаги были уже в коридоре, между мной и выходом. Через дверь мне не выйти. Оставалось окно.
Я бросилась к нему и дернула шпингалет, но было уже поздно.
Дверь распахнулась.
Карион шагнул через порог и увидел меня у самого окна, с рукой на раме, готовую бежать.
— И куда ты собралась? — проговорил он, и голос его был тихим, холодным, опасным.
Он оказался рядом в два шага. Прежде чем я успела выдумать хоть слово в свое оправдание, его рука сомкнулась на моем запястье и дернула на себя — резко, но без боли, — и в следующий миг я уже была вжата спиной в стену, а он навис надо мной, отрезав всякий путь к отступлению.
Я задохнулась. Его лицо оказалось в ладони от моего, зеленые глаза смотрели в упор, и от него пахло ночным холодом. Или холодом близкой смерти? Сердце колотилось так, что он, наверное, слышал его через два слоя ткани.
— Отвечай, — выдохнул он мне почти в губы. — Что ты забыла в моей комнате?
****
Дорогие, вот и закончился бесплатный фрагмент книги, но в платной части вас ждет много интересного:
— постепенное сближение главной героини и Гариета: через страх, неприязнь и взаимное притяжение
— распутывание клубка тайн: как умерла Мерлин? Кто был причастен к ее смерти? Действительно, ли невиновна сама Аврелия?
— раскрытие интриги о том, кто же первым выяснит настоящую личность главной героини, и какая будет реакция окружающих на данный факт?
Мы с радостью погрузимся в эту историю еще глубже вместе с вами. Ваша поддержка для нас бесценна
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
