Седьмой предок. Дилогия (СИ) - Пивко Александр

Отвлекшись на мысль о том, как он отплатит этим жадным уродам, не способным даже на простейшую работу, но требующим его деньги, мужчина машинально оглянулся. И с удивлением заметил, что позади него, метрах в трехстах, появились две фигуры. И они стремительно нагоняли его!

– Как эти ублюдки нашли меня? – недовольно пробурчал Кенион, ускорившись. Он ведь сбежал сразу, еще когда понял, что даже объединившемуся монстру эти культиваторы не по зубам… Здоровая паранойя – путь к выживанию на чужой территории. А провинция Когран пока что определенно чужая территория для демонических культиваторов. Но даже при такой форе они сумели найти его и почти догнали!

Прямо на ходу он вытащил из кармашка на груди крохотный фиал, выдернул пробку зубами и проглотил его содержимое. Его бледное лицо быстро приняло багровый оттенок, зато скорость бега сильно увеличилась… Но громкий стук сердца Кениона в его собственных ушах почти заглушал все иные звуки.

Алхимический стимулятор позволил мужчине оторваться от преследователей. Километр, два, три, пять… Добавочная энергия, от которой распирало тело, постепенно исчезала. Кенион несколько раз менял направление, на всякий случай кинув позади себя несколько раз «термоядерную» смесь из разнообразных, сверхпахучих веществ. И жгучий перец в этом коктейле играл далеко не «первую скрипку». Зато, если его преследователи как‑то ориентируются на нюх – после попадания в пределы смеси, «нюхач» потеряет способность отследить кого‑то на долгое время.

А метров через двести, в кусты позади полетели несколько темных камешков, изрядно фонящих энергией инь. Представив, что будет с неосторожными преследователями, которые появятся рядом с активированными взрывными артефактами, мужчина злорадно ухмыльнулся.

Оббежав глубокий, широкий овраг, демонический культиватор остановился, побледнев еще сильнее чем до приема стимулятора, и слегка наклонился, опершись о ствол очень кстати росшего тут дерева.

– Кха… ха… надеюсь, это окончательно сбило со следа этих ублюдков…

Немного восстановив дыхание, мужчина двинулся дальше. Только теперь гораздо медленнее. Этот забег дался ему непросто. Кенион прекрасно знал свои сильные и слабые стороны. Он не специализировался на силовом воздействии, а на изменениях специально выведенных тварей. Обычно, в условиях «партизанских» действий на территории противника это была весьма действенная стратегия. Но прямо сейчас ему не хватало ни атакующей мощи, ни выносливости. Так что оставалось скрываться, петлять и хитрить, чтобы сбить со следа погоню. Потому что в прямом бою он почти наверняка потерпит поражение!

Мужчина продолжил свой путь. Перешагнув старый, наполовину сгнивший ствол, он замер. Легкий хруст под ногой почему‑то оказался гораздо громче. И словно шел не только из‑под ноги, но и откуда‑то сзади…

Кенион повернул голову направо. С ужасом на лице он заметил, как сразу две фигуры начали обходить его с разных сторон – мужская и женская. Сквозь листву плохо было видно, но догадаться не сложно – это были все те же преследователи. Культиваторы, спрятавшиеся внутри каравана…

Мужчина скрипнул зубами. Похоже, выхода не было. Преследователи определенно не отпустят его живым. А значит…

– Рано радуетесь, ублюдки! Пусть я сдохну – но и вы не уйдете отсюда просто так! Познайте же ужас!

Кенион в последний раз в жизни осознанно вдохнул, и полыхнув энергией инь, запустил технику транформации. Его тело изменилось на нечто абсолютно черное, и, словно состояло из какой‑то жидкости, стекло вниз, прямо на землю, моментально просочившись под поверхность по крохотным, естественным отверстиям в почве.

Волна молний!

Сноп белоснежных молний пронесся над землей на том месте, где еще недавно был Кенион, безнадежно опоздав. Но теперь там лежал только ворох тряпок – одежда исчезнувшего демонического культиватора.

– Это же «жидкая тень»! – буквально взвизгнула Эмила. – Быстро на солнечное место!

Несколько тончайших, словно невесомых черных нитей вылетели из земли рядом с культиваторами. Женщина грациозным пируэтом увернулась от каждой из них, и побежала еще быстрее, в сторону ближайшей поляны, освещенной солнцем. А Руэри не стал так изворачиваться – он встретил нити ударом «песочного щита». Нити согнулись, слово сделаны из паршивой проволоки. При этом пара нитей, которые прошли мимо юноши, прошили насквозь толстое дерево рядом.

– Опасная штука… – оценил он, ловко увернувшись от остальных нитей. Это было нечто, весьма смахивавшее на технику. Но при этом почти постоянно атаковавшее людей в тени деревьев.

Однако стоило культиваторам добежать до залитой солнцем поляны, как все прекратилось. Словно не было ничего. Птицы все так же беззаботно щебетали, ветер шумел, а насекомые деловито носились вокруг. Буквально пасторальная картина!

– И что дальше? – слегка повернул голову к женщине Руэри. – Как от этой твари избавится?

У него были кое‑какие идеи, но… Зачем что‑то изобретать, или показывать больше своих возможностей, когда рядом находилась та, кто по роду службы как раз специализируется на противостоянии с подобными пакостями?

– Я не знаю, – неожиданно пожала плечами Эмила. – То есть, в норме на них охотятся со специальными артефактами, и целой командой. А что делать в нашем случае… Пока мы на свету – то в безопасности. Но стоит отойти в тень, или зайти солнцу, и нам конец! Я не знаю, что делать…

Руэри покачал головой. Похоже, он переоценил подготовку инквизиторов. Ну, или недооценил опасность твари, получившейся из демонического культиватора. Впрочем, его спутница наверняка способна на кое‑что полезное.

– Раз уж время у нас еще есть, расскажи про эту тварь что знаешь…

– Ладно, – кивнула женщина. Она понимала, что дать максимум информации союзнику в ее же интересах. – «Жидкая тень» получается из демонических культиваторов. Ну, это ты видел и сам. Это порождение Темного мира днем прячется под землей, легко просачиваясь вниз. Солнечные лучи не переносит. Но стоит воцарится ночи – и его не удержать. Как атакует – ты тоже видел. Это его природные способности. Строго говоря, эта тварь полуматериальна – именно поэтому и способна на такие фокусы. И да, лично я ни разу за всю жизнь не сталкивалась с нею.

– Ну, тебе, можно сказать, повезло – теперь столкнулась, – криво усмехнулся Руэри, прокручивая в голове куцые знания, которыми поделилась Эмила, и пытаясь придумать свою версию борьбы с этой тварью. Заканчивать свою жизнь на этой поляне с закатом солнца он не планировал.

– Значит, не переносит свет и «плавает» под землей, да?

Юноша попытался сконцентрироваться посильнее, чтобы почувствовать эту тварь. Некоторое время ничего не получалось, пока, наконец, удалось почувствовать концентрированную инь‑энергию примерно в восьми шагах слева от них, внизу. Но почти сразу же это ощущение исчезло.

Юноша не стал спешить, усевшись прямо на землю и закрыв глаза. Таким образом отсекалось зрение, и, частично, восприятие нижней части тела за счет неподвижности позы.

Вот концентрированная инь‑энергия снова проявилась уже за спиной, примерно в десяти шагах и снова исчезла. Слева, в пятнадцати. Спереди, в одиннадцати… При этом, что странно, тварь не пыталась подобраться к ним снизу. Словно освещенная поляна каким‑то образом блокировала ее возможности даже под поверхностью земли.

– Эта тварь кружит вокруг нас. С разных сторон, словно хищник вокруг добычи, – констатировал Руэри. Но женщина уже успела вернуть себе самообладание, так что ограничилась лишь скошенным в его сторону взглядом.

– Да‑да, это было ожидаемо, – согласился на невысказанный комментарий юноша. – А теперь попробуем кое‑что другое…

Он подошел к краю освещенного участка. Тварь все еще кружила, появляясь и исчезая.

– Эй! Я тут!

Но даже после громкого крика поведение «жидкой тени» не изменилось – она все так же продолжала кружить.

– Похоже, эта дрянь глухая. А теперь…

Руэри сделал еще шаг вперед и поставил ногу на землю в тени. И тут же убрал ее назад. Тварь в его восприятии возникла рядом почти сразу, с секундным отставанием. Юноша сделал несколько шагов в строну по залитой солнцем земле, но «жидкая тень» все еще оставалась на месте – примерно там, где совсем недавно его нога коснулась земли. Однако, спустя совсем немного времени она снова принялась патрулировать вокруг поляны.