Поиграем? (СИ) - Андерсон Кая

— Я очень демократичный руководитель, — хмыкнул Аррингтон, склонившись вниз, прикасаясь к ее спине губами. Одна рука продолжала держать ее талию и живот. Вторая уже расстегивала ширинку. Хотя казалось еще минута. Секунда. И ничего расстегивать уже не надо будет. Для него все закончится прямо так. Как в 14.

— Ой, а я люблю пожестче, — сладко посмеялась Скардино, сорвавшись на стон, что скрыла, уперевшись в свои руки.

— Всё для тебя, — выдохнул Рэн, резко толкнувшись вперед, прижав ее бедра к себе свободной рукой.

Как и ожидалось, все произошло крайне стремительно. Быстрое проникновение до самого упора и твердые рваные толчки на протяжении нескольких минут. Сдавленные стоны, выдохи и непроизвольно сокращающиеся мышцы. Итог не заставил себя долго ждать. Как же это было неожиданно. Молниеносно и восхитительно. Одно из их самых страстных времяпрепровождений. Просто наваждение, какое то. Одна сплошная похоть и вожделение.

— Я к слову не смогу прийти сегодня, — восстанавливая дыхание, произнес Аррингтон, застегивая пуговицы на рубашке.

— Почему? — подняла на него взгляд Аннабель, что вновь усевшись на подоконник, застегивала комбинезон.

— Во первых, у меня планы на это полнолуние, — усмехнулся Рэн, — Ночью буду ритуалить, а до того скорее всего, родители погонят на озеро для тренировок.

— Понятно, — протянула Скардино, опустив голову, поправляя свой лифчик под черной тканью…

— Я прямо слышу подвох в этом понятно, — раздался тихий смех. Аррингтон поднял взгляд на девушку. Расправившись со своей одеждой полностью, он подошел к ней вплотную. Облокотился руками по обе стороны от ее бедер. Учитывая, что лицо девушка упорно не поднимала, он весьма верно истолковал её интонацию.

— Скардино, — позвал он, подняв ее подбородок к себе.

— Что? — изогнула она бровь, махнув головой. — Ты занят. Я поняла.

— Прекрати дуть свои сексуальные губки, — хмыкнул Рэн, заправив выбившуюся из тугой шишки прядь волос за ухо. После каждого их секса его настигал такой ошеломительный прилив нежности, что он иногда даже не знал, что с ним делать. Как вообще быть с таким инородным чувством? Даже страшно временами. За себя.

— Делать мне нечего, — отмахнулась Скардино.

— Думаешь, мне самому улыбается тащиться на озеро и орудовать веслами? — качнул головой Аррингтон, погладив щеку девушки двумя пальцами.

— А я не знаю, что там тебе улыбается, — усмехнулась Аннабель, потеревшись о его руку, — Ты мальчик странный.

Ну ладно. Обижаться абсолютно не хотелось.

— Мне улыбается прийти завтра.

— Какое совпадение, — театрально удивилась Скардино.

Приехав домой в начале третьего, все разбрелись по своим комнатам. Как и предполагал Рэн, родители назначили на весь сегодняшний вечер тренировочную греблю на одном из озер. Пока обычном. Сбор был назначен в 5 часов. Спасибо хоть дали отдохнуть и переодеться. Кажется, следующее испытание они решительно настроились оставлять за собой. По крайней мере, взгляды их говорили именно о том, что лучше бы им на пару с Джеффри утонуть в этом озере, если Скардино вдруг опустят оба рычага быстрее. Да уж. Дерьмо.

И отец, и мать крайне плохо относились к проигрышам. Особенно, когда на город идет буря, которая либо отложит, либо отменит к черту остатки этих испытаний. Хотелось оставить лидерство перед перерывом именно за собой. Не сказать, что он был асом в гребле. Придется постараться, таки выиграть сплоченный тандем Скардино. Шумно вздохнув, Аррингтон надел обычную черную кофту, что было для него в принципе нехарактерно. Ну, а, что он придурок, что ли выряжаться в рубашки с пиджаками, когда предстоит активно заниматься и потеть? Конечно, в идеале нужен был гидрокостюм. Но он оставит эту затею для испытания, ибо дважды влезать в эту обтягивающую гадость он не собирался. Лучше вымокнуть и замерзнуть. А еще лучше бы сейчас, чтобы тут была Скардино, а все остальные куда-нибудь свалили. Вот тогда было бы и правда, лучше. Уж они вдвоём бы нашли, как чудесно провести вечер. И ночь тоже. И утро.

Тряхнув головой, он сбросил навязчивые мысли. Нет смысла об этом думать, это сейчас невозможно. А так только весь настрой собьёт. Но черт, как об этой сексуальной стерве можно было не думать? Она настолько до невозможности восхитительная во всех проявлениях, что это просто невозможно.

Из мыслей все-таки нужно было выходить. Сейчас лучше пойти и с удовольствием, в одиночестве поесть. Он ужасно проголодался. Настолько, что еще немного и сил поднять весло у него просто не будет. Закрыв шкаф, он прошел к двери. Однако открывая ее он кажется, напоролся на что-то. А вернее будет предположить на кого-то.

Спешно выйдя в коридор, он действительно увидел Софу, что чуть прищурившись, приложила ладонь ко лбу.

— Прошу прощения. Абсолютно не хотел вас травмировать, — произнес Аррингтон, цепко осмотрев женщину. Вроде все было хорошо. Черт. Вот кого он и правду не хотел приложить дверью. Лучше бы Джеффри шел.

— О, да ничего страшного, — махнула Софа рукой, убрав ладонь с места столкновения. Там осталось небольшое покраснение. — Мне не стоило идти так близко к дверям.

— Может, стоит сходить к медсестре? — изогнул бровь Рэн. Мало ли. Джеффри туда по каждому чиху бегает. Хотя возможно это связано с тем, что он просто спит с медсестрой. Учитывая, что их «отношения» длились уже около 4 лет, то, по всей видимости, она больше всех прикипела к его черному сердцу. Поразительное постоянство.

— Да ерунда. Не нужно, — улыбнулась Аррингтон, оглядев парня с головы до ног, — Ты стал такой красивый, — неожиданно, кажется, даже для себя выдала она, тут же опустив голову, посмеявшись. Рэн тоже слабо хмыкнул. Мило.

— Сказала так сказала. — выдохнула Софа. — Я имела в виду, что ты всегда был очень красивый. Просто сейчас стал еще более красивым.

— Я понял, — качнул головой Аррингтон. Да уж. В детстве он крайне любил эту женщину. Даже хотел, чтобы она была его матерью, а не Маргарет. А сейчас? Ну, а сейчас он уже не маленький, но абсолютное уважение так никуда и не ушло, даже от понимания, что мать выбрать невозможно.

— Только не пойму это ты так возмужал или тебе пришлась к лицу доброта, — улыбнулась Софа, поправив складки ткани на его плечах.

— Доброта? — усмехнулся Рэн. Вот уж никогда в жизни он не слышал этого чудного комплимента в свой адрес. Кучу разных от красоты и до высокого интеллекта. Но доброта впервые. Он и сам никогда не считал себя добрым человеком. С чего бы, если это не так?

— Ну, да наверно, я не так выразилась, — качнула головой миссис Аррингтон, — Ты всегда был добрым мальчиком, но в этот раз ты как будто более счастливый. Тебе очень идет не быть такой холодной снежинкой.

— Вы явно преувеличиваете некоторые мои качества характера, — посмеялся Рэн, услышав ее слова. Для Софы он всегда был гораздо более добрым и милым, чем есть на самом деле. Он и сам не знал почему.

— Ты такой самокритичный, — посмеялась в ответ Софа, — Киллиан вот за радость принимает все комплименты, а иногда даже утверждает, что ему не хватило.

— Ну, это же Киллиан. — усмехнулся Аррингтон, закрывая дверь своей комнаты на ключ. Он абсолютно не удивлен. — Избаловали вы его совсем.

Он что-то не припомнит, что бы мать хоть раз в жизни делала ему комплименты или хвалила. Да о чем речь. Хотя бы просто смотрела без презрения или недовольства.

— А кто его еще будет в жизни баловать, если ни я? — посмеялась миссис Аррингтон, — Тем более он у меня такое солнышко, что это просто. Я бы с удовольствием баловала и еще кого-то, но не сложилось, — грустно качнула она головой. — Много детей это счастье.

— Моя мать не согласилась бы с вами, — хмыкнул Рэн. Тут кто-то и двоих то еле выносит.

— Она наверняка любит вас, — широко улыбнулась Софа, вновь поправив косой рукав черной кофты. Не смогла удержаться, — Просто… просто возможно не ценит того, что вы достались ей так просто.

— Зато у вас теперь есть внук, — сменил весьма болезненную для женщины тему Аррингтон. Ему было жаль, что он ничем не может помочь ей. И не особенно понятно распределение благ в этом мире между хорошими людьми и не очень. Довольно несправедливо. В любом случае, эта женщина была ему гораздо ближе матери, как ни крути.