Поиграем? (СИ) - Андерсон Кая

— Да, — сразу же оживилась Софа, радостно улыбнувшись. — И спасибо тебе за это огромное, — протянула она, расставив руки для объятий. — Киллиан все рассказал мне.

— Кто бы сомневался, — покачал Рэн головой, позволив обнять себя и обняв в ответ. И почему он вот уже дважды не удивлен? Нерадивый кузен мог и сказать, что это его девица рассказала ему о сыне.

— О, и передавай спасибо своей девушке, — шепотом добавила миссис Аррингтон, погладив парня по щеке, отстранившись.

— Кому простите? — удивленно переспросил он. А вот это, правда, удивило. Нечасто его можно так застать врасплох.

— Совсем-совсем никому, потому что это тайна, — приложила Софа палец, к губам подмигнув ему, — И замажь обязательно чем-то свой засос, — ткнула она пальцем в идентичное место на своей шее. Аррингтон чуть прищурился, качнув головой. Пока его мозг пусть и очень быстро, но все же изумленно, обрабатывал все информацию, женщина уже, как ни в чем не бывало, упорхнула, похлопав по его плечу. Что это только что произошло? Ему показалось? Или послышалось, может? Или он все-таки правильно истолковал тот факт, что родители Киллиана в курсе, что он спит со Скардино. Мать твою, Киллиан, — проскочила в голове уже следующая мысль, и он закатил глаза. Что интересно из слов «никому не говори» этой кудрявой головенке было не понятно? может он тогда и его матери сразу все рассказал? Ну, чтобы наверняка? Хоть предупредил бы, чтобы он хоть знал, когда ему от выстрела дробовика уклоняться нужно. К слову, после того как Аннабель поведала ему историю бурной молодости его отца, стало чуть понятней, откуда у Маргарет такая необузданная, бескрайняя и ничем не обоснованная, ненависть и злоба к Алисе. Теперь понятно. Банально, не поделили мужика. Шумно выдохнув, Рэн повернулся на 180 градусов. Долгожданный прием пищи откладывается. Сначала он зайдет к любимому кузену. Зайдет и спросит, что за херня. И нужно все же замазать засос, — усмехнулся он своей же мысли, проведя пальцами по шее. Странно. Он его даже не заметил. Точнее заметил. Но не обратил внимания, настолько они стали для него обычными. Добредя до заветной двери он, не утруждаясь стуком, широко распахнул ее, заходя внутрь, тут же остановившись. Бровь сама по себе поднялась вверх. Руки сложились на груди. И вот уже трижды мать его — «Почему он не удивлен?» Холодный взгляд упал на брата, что все еще пытался держать за талию Мию, которая в свою очередь молниеносно отошла от него прерывая поцелуй. Скрестила руки за поясницей, отведя взгляд к окну. Киллиан же даже повернулся к нему не сразу, а когда повернулся, лишь презентовал свою наглую обольстительную улыбочку и ямочки, от которых наверняка дамы сходили с ума. Какая жалость, что на него это мало действует.

— Ты что-то хотел? — усмехнулся он, а его карие глаза озорно блеснули.

— Хотел, чтобы 24 года назад родился кто-то менее ахриневший. — без каких-либо сантиментов произнес Рэн.

— Я пойду, простите, — проговорила Мия и поправив и без того ровный фартук, прошла к дверям, однако Рэн не дал ей пройти, безмолвно шагнув в сторону, преграждая ей путь. Понимая намек, служанка не стала больше предпринимать никаких попыток, ровно встав перед младшим наследником дома Аррингтонов, в своей обычной стойке. Рэн положив руки на ее плечи, чуть подтолкнул ее обратно.

— Я ненадолго, так что можете не прерываться, — хмыкнул он.

— К слову, люди с хорошими манерами стучат, перед тем как войти, — учтиво напомнил Киллиан, придвинувшись к вернувшейся Мии.

— А еще люди с хорошими манерами не рассказывают узнанные случайно тайны, — холодно осмотрел кузена Аррингтон. Он не понимал, он раздражен или удивлён? Или же ему хочется холодно хмыкнуть на всё это. Он что-то в растерянности еще с разговора с Софой. Давно такого не было.

— Рэн прости, пожалуйста, а что это я и кому рассказал? — изумленно хлопнул длинными ресницами Киллиан, положив руку на сердце. Ну, святая невинность. Практически верит.

— Откуда твоя милейшая мать знает о якобы моей девушке, которая помогла найти Барри? — изогнул бровь Рэн, чуть покосившись на спящего в колыбели ребёнка. Всё-таки раздражен.

— А ты об этом — моментально расслабился Аррингтон, — Ну, тогда спешу тебя расстроить, казнь отменяется, — посмеялся он. Мия же рядом с ним равнодушно смотрела куда-то перед собой.

— И что ты хочешь этим сказать?

— Хочу сказать, что вообще-то маме ничего не говорил, — хмыкнул Киллиан, — Она сама догадалась о вашей крепкой дружбе с Аннабель и сама выдала мне это как факт для подтверждения. Скрываться надо было лучше.

— Каким образом она сама догадалась? — качнул головой Рэн, не до конца веря в его слова. Да, лжи он тоже не чувствовал и всё же странно. Не припомнит у Софы экстрасенсорных способностей или особого дара к дедукции.

— Ну, моя мамочка светлое чувство везде узрит, — посмеялся Киллиан, — А конкретно ваши переглядки вообще трудно не заметить.

— Я надеюсь, больше об этом никто не знает? — выдохнул Аррингтон. Как же его уже достала вся эта история.

— Ну, папе она сто процентов рассказала, но он точно никому, — заверил Киллиан, — Всё? Я оправдан?

— Какая же срань, — покачал Рэн головой, достав из кармана пачку сигарет. И почему его резко начали злить абсолютно все? Почему его вообще все это бесит? Дурацкая ситуация.

— Здесь, пожалуйста, дымить не нужно, — сразу же произнёс Аррингтон.

— Вижу. Не тупой, — отмахнулся Рэн, развернувшись на выход, однако, уже открыв дверь, он остановился. Вновь повернулся к оставшейся в комнате паре. — Если по этому поводу начнутся незапланированные беременности, слёзы и депрессии я тебя убью, — проговорил он и, не дождавшись ответа, вышел в коридор. Там итак понятно кому он именно это сказал. И то, что он не шутит, тоже понятно. Щелкнув зажигалкой, он с благоговением вдохнул в легкие никотин, спустившись на второй этаж. Однако и здесь его планы просто, мать его, поесть прервались. До ушей долетели приглушенные, явно повышенные голоса. Любопытство пересилило любое другое чувство. Бесшумно двигаясь по коридору, Рэн подошел точно к двери родительской спальни. Выдохнул дым одним уголком. Прислушался. Да, некрасиво и что? его красивому никто никогда не учил. Поступает так, как принято в семье.

— Я не понимаю, какого черта ты упираешься! — разобрал он, наконец, середину явной ссоры.

— Потому, что ты идиотка. Так что это и не удивительно, — шикнул Фрэнк. Аррингтон бесшумно хмыкнул в неком удивлении. Он не часто становился свидетелем родительских ссор. Причина проста, подавляющее большинство проходило за закрытыми дверями, а он никогда не вмешивался не в свое дело. Сейчас просто стало интересно. Так сказать, лучше узнает собственных родителей. Вот уже один новый факт. Никогда он не слышал, чтобы отец прибегал к таким выражениям в их присутствии.

— Ну, конечно, я идиотка! — вспыхнула Маргарет, — Зато Алисочка твоя наверно умная. Может, ты специально не соглашаешься. Тайно хочешь, чтобы он всё-таки победили?

— Закрой, ты уже свой рот, — выплюнул Аррингтон старший, — Мы можем выиграть и без этого дерьма! Это просто чушь!

О чём речь интересно? Что такого там проталкивает мать для их победы? Жаль он упустил начало разговора.

— Мы не выиграем их, и ты это знаешь. Это единственный стопроцентный вариант! — воскликнула Маргарет. Отчего ее голос стало слышно совсем уж хорошо, — А ты просто мямля, тряпка и размазня! Если бы не я, ты вообще ничего бы не добился!

— Да если бы не ты, я бы жил нормально! — в тон ей ответил Фрэнк, — Я каждый час проклинаю тот день, когда вообще встретил тебя! Если бы мою ненависть к тебе можно было перевести в деньги, у нас бы в мире бедность закончилась!

— А ты только и можешь, что своими метафорами кидаться, недопонятый романтик, — усмехнулась Маргарет, — А как дело касается реальных шагов для дела, так ты в кусты! А может я просто чего не знаю всё таки? может ты таки рад, что твоя подстилка выиграет?

— Дьявол какая же ты тупая, — устало и будто отчаянно выдохнул Фрэнк, — Тебе какая разница выиграем мы или нет а? какое отношение ты имеешь к моей семье? — ненавистно отчеканил он.