Дикое сердце джунглей (СИ) - Вьюкай Майя

Решено! Возвращаюсь в долину. Если потороплюсь, то, может, даже успею добраться до нее до темноты.

Я заозиралась по сторонам, пытаясь определить, куда именно мне нужно идти. Кажется, м-м-м, на северо-восток или на северо-запад или… подождите-ка. Черт! Я не запоминала дорогу, пока болталась в когтях пернатого людоеда. Но кажется, все-таки на северо-восток. Вот бы сейчас раздобыть компас и карту. Не то чтобы я отлично разбиралась в картах или знала, как правильно обращаться с компасом… Ну да ладно, и без них справлюсь. Жаль, что в детстве я не ходила в походы. Да и вообще никогда не ходила в походы. Надо было учиться на географа, а не на онколога. Знания географа мне бы сейчас очень пригодились. С какой стороны растет мох на деревьях? Я задумалась. Вроде бы с северной стороны, да? С чего бы ему расти на южной, верно? Теперь остается дело за малым — найти мох.

Я нервно усмехнулась, понимая, что с моими познаниями природы я, скорее всего, умру до заката солнца и вместо мха найду смертельные неприятности.

***

Удивительно, конечно, но до заката я все же дожила. С трудом, вообще-то, но дожила. И дело тут не в моем везении, просто закат наступил довольно быстро — я только и успела, что отойти от деревьев с гнездами, запутаться в зарослях колючего тростника, получить с десяток новых синяков и царапин, споткнуться о поваленное дерево и угодить в овраг с тучей насекомых, как на джунгли начали опускаться густые и плотные сумерки.

Из оврага я выбралась вся искусанная и взмокшая от жары. Тело чесалось невероятно — везде были укусы и ожоги от незнакомых растений, даже на лице. И пить хотелось просто чудовищно. Я никогда не думала, что жажда может быть НАСТОЛЬКО сильной. Мне повсюду мерещилась вода. Я смотрела вперед и то и дело видела за деревьями тинистые болота, но там были лишь другие деревья. Одни деревья. Кругом! Повсюду. И от этого мне становилось очень страшно. Я не знала, как скоро смогу найти источник чистой воды и смогу ли найти его вообще. Но, с другой стороны, джунгли ведь не могли исцелить меня только для того, чтобы потом убить с особой жестокостью? Это же нелогично! Вода точно где-то рядом. По крайней мере, мне хочется в это верить. И я решила, что буду в это верить всей душой, пока не умру от обезвоживания.

Кроме безумной жажды, возникла еще одна серьезная проблема — невыносимая жара. Я надеялась, что с наступлением сумерек станет немного прохладней, как это обычно бывает в тропиках, но надежда скончалась в страшных муках, как только на смену дневной жаре пришла ночная адская жарища. Пот тек по мне буквально не переставая. Полное обезвоживание уже приветливо махало рукой, что очень меня тревожило. Пришлось порвать промокшую до нитки кофту — а сделать это оказалось не так-то просто, ткань попалась невероятно качественная — и превратить ее в короткий топ на одной пуговице, слегка прикрывающий грудь. Хотя, на самом деле, после моих манипуляций кофта приобрела вид подранной половой тряпки с дырами, которые прожрала оголодавшая моль. Но мне стало значительно легче, что не могло не радовать. Обидно только, что перед вылетом я не надела бюстгальтер или хотя бы тоненькую майку не поддела под кофту, а то сейчас смогла бы максимально оголиться, — но с моим почти нулевым размером груди бюстгальтеры были не особо нужны, не видела я в них смысла, в общем, — поэтому шерстяной самодельный топ стал единственным, но не самым лучшим выходом. Однако щеголять голышом по джунглям на радость всем кровососущим тварям тоже не вариант.

Джинсы я закатала до колен, но вскоре опустила их обратно, потому что ноги за считаные минуты превратились в кормушку для прожорливых мошек, притаившихся в прохладной траве. Да и сама трава так сильно царапала кожу, что все ноги покрылись кровоточащими порезами, но я хотя бы чувствовала эти порезы, так что не сильно страдала. Раньше-то вообще не ощущала ничего ниже пояса.

С приходом сумерек лес заполонили светлячки. Жужжали они по-настоящему жутко, как пролетающие мимо тракторы, и выглядели необычно. Прежде я не боялась насекомых, но когда мне на щеку село это светящееся нечто размером с чайное блюдце и затарахтело на ухо, пытаясь в него заползти, меня накрыла легкая паника. Я начала дергаться от каждого пролетающего мимо жука. От каждого звука и шороха. А шорохов с наступлением темноты стало очень много…

— Здесь кто-нибудь есть?! — позвала я настороженно, когда позади меня раздался треск веток.

В душе горела надежда, что не я одна сбежала из гнезда пернатых хищников и в скором времени обязательно найду кого-нибудь еще из выживших, кого утащили птеродактили. А если не найду, то… лучше об этом не думать.

— Эй?! — Я вгляделась в полутьму. — Меня кто-нибудь слышит?! Я с рейса шестьсот восемьдесят семь! Ау-у-у! Ну хоть кто-нибудь.

Никто не ответил, треск прекратился, и я решила, что мне показалось, но буквально через минуту треск возобновился, вынуждая меня замереть на месте. Ветки затрещали со всех сторон — и справа, и слева, и позади тоже. Создалось пугающее впечатление, что меня кто-то окружает.

— Кто здесь? — уже полушепотом спросила я, испуганно заозиравшись по сторонам. Спина покрылась противными мурашками и ноги онемели от страха, когда я заметила движение. Что-то промелькнуло за разноцветными кустами и стремительно скрылось среди темных деревьев. Я не успела рассмотреть, что это было, но определенно что-то большое и быстрое.

И наверняка голодное…

Я тяжело сглотнула, сделала осторожный шаг вперед, остановилась и прислушалась — ничего. Лишь вдалеке блеснули два ярких огонька. И я могла бы поклясться, что это были не безобидные светлячки, а скорее чьи-то глаза, следящие за мной из зарослей кустарников. Стараясь не паниковать, я сделала еще один шаг, затем еще один, снова услышала треск, не выдержала и со всех ног рванула вперед.

Утробное рычание позади придало мне сил.

Я бежала, не разбирая дороги, перескакивая через поваленные стволы и высохшие пни, пока не увидела раскидистое дерево без единого листочка, зато с множеством толстых и длинных веток. Адреналин сделал свое дело — я подскочила к дереву и с разбега забралась на нижнюю ветку с такой скоростью, что самой себе захотелось поаплодировать. Белоснежные клыки в тот же миг клацнули возле моей ноги, слегка задев подошву кроссовка. Я нервно вскрикнула, забралась на ветку повыше и, только оказавшись в относительной безопасности, осмелилась посмотреть вниз.

— Ох, — выдохнула испуганно.

Возле дерева кружили ночные монстры, сущий кошмар. Я даже потерла глаза в надежде, что они мне лишь мерещатся от усталости, но монстры никуда не делись. Это были волки. Точнее четвероногие звери, внешне слегка напомнившие мне волков, но полностью обросших мхом и колючими ветками. Лишь их морды остались пушистыми и белоснежными, а все остальное превратилось в зеленый покров растительности. Они рычали и скалились, царапали ствол мощными когтями и всем своим естеством показывали, что желают мною отобедать, ну или отужинать.

— Так, фух, спокойно. — Я забралась еще выше от греха подальше. — Хорошие песики… Оставайтесь внизу, ладно? А я пока посижу здесь, пережду ночь.

Не знаю, что буду делать завтра, видимо, медленно и мучительно умирать от жары и жажды или от когтей голодных обитателей джунглей, но это будет завтра, сегодня я еще немного поживу.

Глава 4

Ночь выдалась тяжелой. Звери не оставляли попыток до меня добраться. Насекомые норовили заползти под одежду. Светлячки летели прямо в лицо. Жесткий ствол дерева царапал кожу. Тело немело от недостатка движений — все же на ветке особо не подвигаешься, иначе рискуешь свалиться вниз. Жажда усиливалась, и усталость одолевала.

В какой-то момент я прислонилась лбом к дереву и не заметила, как задремала.

— Я ждал тебя, северянка.

Я дернулась на ветке, которая почему-то вдруг оказалась огромной кроватью, а лес вокруг темной комнатой, слабо освещенной парой тусклых свечей, и увидела его. «Повелитель» лежал на второй половине кровати и, не моргая, смотрел на меня своими светящимися, как неоновые палочки, янтарными глазами. Он был раздет. Вот прям полностью! Мускулистая грудь обнажена. Все, что ниже пояса, небрежно прикрыто одеялом. Стальные жгуты мышц видны под бронзовой кожей. Вереница черных волосков уходит вниз к большому и толстому… Нет-нет! Я не должна туда смотреть.