В этот момент в кабинет неожиданно вошел деревенский староста Апраксий Гвидон. Руфус и Коптильда сразу отпрянули друг от друга. Художник все это время упоенно рисовал, не замечая ничего вокруг.
– Вы еще не закончили? – осведомился старик Гвидон.
– Что вы хотели, господин староста? – недовольно спросил начальник жандармерии. – Мы тут вообще-то делом заняты.
– Я по поводу сгоревшей кузницы, – ответил тот. – Она ведь принадлежала деревне, а теперь ее нет. Мало того, кузнец тоже исчез, как сквозь землю провалился! Сплошной убыток.
– К чему это вы клоните? – не понял Руфус.
– Раз уж это дело рук государственных преступников, может, государство возместит нам убытки? – прямо спросил староста.
– Ха! – Жандарм сложил из пальцев огромный кукиш и сунул его под нос старику. – А это вы видели? Скажите спасибо, что я не привлек вас к ответственности.
– Меня? За что? – ужаснулся староста Апраксий.
– А вдруг это вы помогли сбежать малолетним уголовникам? – прищурился Руфус. – Вы ведь тоже присутствовали во время происшествия.
– Да, и что с того? – возмутился староста.
– Напросился на наш ужин с господами Эсселитами, – вмешалась в разговор Коптильда. – Он и его крокодилица-дочка хотели выкупить одного из этих малолетних бандитов! Вы уж его проверьте, господин Руфус. Может, он и правда с ними заодно?
– Что? Крокодилица?! Да моя Кризельда – ангелочек, спустившийся с небес! – Староста Гвидон готов был лопнуть от негодования.
– Ангелочек? Весом в десять тонн – хороша дочурка!
– На себя посмотрите, помесь слона и бегемота!
Коптильда тут же вскинула револьверы. В одной руке она держала свой, а в другой – «Потрошителя мамонтов» господина Руфуса.
– А ну, повтори! – рявкнула она.
Жизнь старосте спасла внезапно вошедшая кухарка Агриппина. Она распахнула дверь кабинета и радостно запрыгала на пороге, размахивая большим конвертом.
– Письмо! – воскликнула Агриппина, пританцовывая на месте. – Вам письмо, ваше высокоблагородие! С государственной печатью!
– Так давай же его сюда, – обрадовалась Коптильда.
Мгновенно забыв о старосте, она выхватила из рук кухарки конверт и тут же разорвала его, а затем быстро начала читать послание.
Руфусу и старосте Гвидону тоже стало любопытно. Они попытались заглянуть в письмо, но комендантша не дала им сделать это. Дочитав до конца, она вдруг принялась скакать по кабинету, размахивая листком, и выкидывать замысловатые коленца.
– Я еду в столицу! – восторженно кричала Коптильда. – Военное министерство пригласило меня на парад!
– С какой стати? – удивился староста.
– Я же ветеран гражданской войны, соломенная твоя башка! Про меня не забыли! Я поеду на военный парад!
– Какая честь, мадам Коптильда! – воскликнул Руфус.
– Особенно для такой никчемной тетки, – обиженно пробурчал староста Гвидон. – Я бы тоже с удовольствием прокатился в столицу. Я тоже важное лицо, но мне никто не удосужился прислать приглашение.
Комендантша все еще носилась по комнате, осыпая письмо поцелуями.
– Кому ты там нужен? – расхохоталась она.
– Я тоже на днях получил приглашение, – сообщил начальник жандармерии. – Так что в столицу отправимся вместе, мадам Коптильда! Если хотите, я даже могу доставить вас туда на своем дирижабле.
– Это будет честь для меня, – обрадовалась Гранже.
– А мне и не нужно приглашения, – все не унимался староста. – Я тоже поеду на парад! Возьму с собой свою обожаемую супругу и красавицу-дочь. Кто знает, может, мне удастся представить их самому императору?
– Держи карман шире, – хихикнула комендантша. – В столице полно своих чучел, еще не хватало приглашать деревенских!
– Подавитесь своей желчью, Коптильда, – оскорбился Апраксий Гвидон. – Вы еще увидите, как высоко поднимется моя дочь! Она еще станет придворной дамой и будет сверху поплевывать на таких, как вы.
Он выбежал из кабинета и кинулся в деревню – обрадовать домочадцев свежей новостью. Комендантша Коптильда презрительно плюнула ему вслед.
– Каков нахал! Нужно было все-таки пристрелить его, пока была такая возможность, – процедила она сквозь зубы.
– Обед готов! – объявила кухарка. – Накрыть вам в столовой или прямо здесь, господа?
– Угощение? – Руфус вдруг сильно покраснел. – Ну если только совсем немного…
– В чем дело? – нахмурилась Коптильда.
Тот смущенно откашлялся.
– Моя матушка сидит на жесткой диете, – признался он. – И меня заставляет. По ее словам, я малость разжирел и начал терять форму. Она запрещает мне есть всякие вкусности.
– Правда? – удивилась комендантша. – А я вот никогда не откажусь вкусно покушать. Это же такое удовольствие – впиться зубами в жареную баранью ножку! Но не переживайте, господин Руфус. Здесь вашей матушки нет, так что можете ни в чем себе не отказывать. – Она повернулась к кухарке. – Накрывай прямо здесь! Мы с господином Руфусом отобедаем наедине.
– А потом полетим в Чугунную Голову, – подхватил жандарм. – Я покажу вам мою коллекцию оружия и завод дирижаблей, принадлежащий моей глубокоуважаемой матушке Клеопе. А через пару дней мы вместе отправимся в столицу на военный парад. Как вам такое предложение, госпожа Коптильда?
Комендантша довольно заулыбалась:
– Прекрасная идея, господин Руфус! Я буду рада посмотреть достопримечательности Чугунной Головы, особенно в такой хорошей компании!
Но еще больше она обрадовалась тому, что ей не придется платить за проезд до столицы на паровозе. Кухарка Агриппина тоже была рада. Она собиралась в ближайшее время закрутить роман с Копотуном Гранже, и присутствие Коптильды ей только мешало бы. А теперь никто не станет действовать им на нервы.
Глава восьмая,
в которой Дарина и ее друзья продолжают путешествие
Увидев паровую машину Пимы, Мартьян пришел в неописуемый восторг. Юный изобретатель с гордостью продемонстрировал свое чудо-сооружение после того, как ребята подсушили у костра мокрую одежду и решили собираться в путь. Дед тут же начал разглядывать механизмы, скрытые под стальными пластинами, заглянул под капот, затем и вовсе улегся на песок и заполз под днище, кое-как протиснувшись между колесами.
– Да ты просто гений, Пигмалион! – заявил Мартьян, покончив с осмотром. – Для твоего возраста это небывалое достижение.
– Я старался, – скромно опустил глаза Пима.
– Как долго ты ее собирал?
– Почти два месяца.
– Уму непостижимо!
Дарина, Триш и Акаций уже взобрались на свои сиденья и внимательно прислушивались к их разговору.
– Я в твои годы тоже был таким, – сказал дед. – Придумывал и мастерил всякие механизмы. И в конце концов стал инженером. Я сам собрал все станки для своего рыбного предприятия. А теперь вот конструирую дирижабли для завода мадам Клеопы Анубис в Чугунной Голове.
– Так вы еще и сами их конструируете? – воскликнул Триш. – Повезло же вам.
– Завод процветал во времена короля Ипполита, – вздохнул Мартьян. – Сейчас новые руководители довели его до разорения. Клеопа Анубис и ее сынок Руфус – очень жадные и вредные люди. Мадам Клеопа постоянно прикарманивает деньги из зарплаты рабочих, а Руфус, как главный жандарм округа, прикрывает все ее темные дела. Если бы не поддержка императора, которому постоянно нужны новые дирижабли, мы давно пошли бы по миру.
– А зачем Всевелдору столько дирижаблей? – спросила Дарина.
– Чтобы продавать их за границу. Ну и использовать для жандармских патрулей или военных действий, – ответил Мартьян.
– Я так давно мечтал посмотреть на дирижабль вблизи, – мечтательно произнес Триш.
– Вот заладил! – разозлился Акаций. – Мы это уже триста раз слышали.
– Если будет возможность, я покажу вам одно из своих творений, – пообещал старик. – Как раз сейчас на заводе собирают новый дирижабль. Ну а теперь вам пора трогаться в путь.
