Мыльное дело попаданки (СИ) - Шахрай Юлия

— Полагаю, закупку продуктов, ремонт дорог и домов крестьян, закупку скота и семян для весенних посадок, восстановление имения… Это первое, что приходит в голову.

— Теперь сумма в сто серебряных не кажется такой уж большой, — вздыхаю я. — Мне нужно всё обдумать… Съездите, пожалуйста, в деревни и пригласите ко мне старост. Нужно узнать, как у них дела, и решить, чем мы сможем им помочь.

— Конечно, госпожа.

— Только, пожалуйста, не рассказывайте им о деньгах.

— Хорошо.

Пока жду возвращения Даунтона, напряжённо размышляю. Я, конечно, могу сейчас разделить деньги так, чтобы мы как-нибудь все пережили зиму. Но если просто проедим их, новые взять будет неоткуда. А вот если мы начнём варить мыло, есть шанс начать зарабатывать. Но принять подобное решение в одиночку я не могу. А то на радостях даже забыла о том, что отвечаю не только за свою семью. Теперь меня накрывает осознанием, что графский титул прилагается к графству.

Старостами оказываются два хмурых коренастых мужичка с длинными бородами и пышными усами. Оба русоволосые и напоминают матёрых медведей.

Прошу их и Даунтона сесть на стулья перед письменным столом, затем мы обмениваемся приветствиями, и старосты представляются Варламом и Михеем.

— Думаю, вы знаете, что мой отец скончался, — начинаю я.

— Знаем, госпожа, — кивают мужики.

— Теперь я старшая в роду и хочу, чтобы вы честно рассказали мне о том, в каком состоянии ваши деревни. Хватит ли вам продуктов, чтобы пережить зиму? А ещё хочу узнать, каким образом вы зарабатывали деньги в довоенное время.

— Так пчёл разводили! — восклицает Варлам. — Да только тати все ульи попортили, осталось всего ничего. Пшеницу выращивали, овёс, капусту и морковку. Да только из-за неурожая совсем в этом году всё плохо; даже не знаю, удастся ли нам дотянуть до весны. Мы уж рыбу всей деревней ловим, да только не так, чтобы очень уж успешно. Но всякая еда зимой лишней не будет, так что выбора нет. Раньше ещё дичь наши охотники добывали, да только самые умелые сгинули на войне… Вы не подумайте, госпожа графиня, что мы прибедняемся. У меня вот, — он кладёт на стол толстую тетрадь, — всё записано. Ежели не верите, могу вам и сараи показать, и амбары.

— Не нужно горячиться, я ни в чём вас не обвиняю. Просто хочу узнать текущее положение дел. Скажите, а скотина какая у вас есть?

— В нашей деревне три коровы остались, да бык. Десяток кур, семь уток, пять свиней.

— У нас, — берёт слово второй староста, — коров нет. Зато пять козочек, а свиней аж шесть штук. Кур, если со всех дворов посчитать, пара десятков наберётся.

— А сколько народа живёт в ваших деревнях? — уточняю я.

Оба перечисляют семьи и их состав. После подсчётов выясняется, что в первой деревне двадцать пять семей, а во второй — шестнадцать. В каждой семье от двух до шести человек.

Теперь я окончательно понимаю всю тяжесть ситуации. Похоже, свои беды старосты не преувеличивают.

Задаю уточняющие вопросы, после чего прикусываю губу:

— Король прислал на поднятие графства сто серебряных монет. У нашей семьи тоже сейчас трудности. Отец планировал взять ссуду в банке, но не успел. Эти деньги — всё, что у нас есть. Мы, конечно, можем их потратить на закупку продуктов... А можем вложить в дело и попробовать заработать столько, чтобы хватило пережить зиму. Поскольку это касается нас всех, я бы хотела выслушать и ваше мнение тоже.

— Что вы предлагаете? — оглаживает бороду Михей.

— Моя мать занималась мыловарением и достигла в этом хороших результатов. Я уверена, потому что нашла её дневник. Мы можем начать варить мыло и продавать его. Я ездила в город и ничего подобного качества там не нашла.

— Мыло, значицца… А можно на него посмотреть?

Понимаю, что допустила ошибку, и прошу поверить их мне на слово.

— Образцов у меня сейчас нет. Но если немного подождёте, я приготовлю несколько, чтобы вы смогли оценить качество.

— Добре. Как только руками потрогаем, попробуем в деле, тогда и решим, как быть. Чтобы, значицца, не просто так воздух сотрясать. А ещё нужно рецептурку посмотреть, не сильно ли дорого производство встанет. Обсчитать всё опять же.

— Это звучит разумно. Давайте через несколько дней встретимся снова. К этому времени я подготовлю список того, что нам понадобится для мыловарения, и образец мыла.

— Договорились. Тогда, значицца, всё и обмозгуем хорошенько.

Даунтон провожает старост, затем возвращается ко мне:

— Вы, правда, нашли рецепты мыла?

— Да, — киваю я. — Но мне понадобится ваша помощь, чтобы сварить первую партию.

— Хорошо. Я готов вам помочь.

Глава 6

Узнав о том, что я собираюсь варить мыло, брат с сестрой вызываются помочь. Но мне приходится отказаться от их помощи — процесс тяжёлый и нудный, ничего весёлого в нём нет, а следить ещё и за детьми совсем не хочется.

Изготовление мыла начинаю с создания щёлока. Для этого прошу Даунтона принести мне золу, благо того добра в доме с каминами более чем достаточно. На создание килограмма мыла мне потребуется четыре литра крепкого щёлока, а значит, восемь килограммов золы, так что выбираю самую большую кастрюлю на кухне, прошу Даунтона налить в неё воду и водрузить на плиту. Перед тем как добавить золу, несколько раз её просеиваю, чтобы избавиться от кусков дерева и мусора. Прежде чем приступить к варке, открываю все окна — пара будет много. Пока довожу смесь до кипения, тщательно её перемешиваю, а также ситом вылавливаю крупные куски угля с поверхности получаемого щёлока.

Когда смесь закипает, убавляю огонь. Поскольку варить нужно примерно два часа, постоянно помешивая, делаем это с Даунтоном, сменяя друг друга.

Затем выключаем смесь. Дождавшись, пока щёлок немного остынет и отстоится, осторожно переливаем его в пустую ёмкость так, чтобы не задеть осадок. К моей радости, щёлок получается светлым и с правильным запахом, из чего делаю вывод, что мне повезло с углём — похоже, камины топили лиственными породами дерева. Полученной смеси нужно ещё несколько раз отстояться, так что решаем возню со щёлоком продолжить завтра.

Утром заканчиваем отстаивание, после чего увариваем щёлок, а затем оставляем его остывать. Чтобы проверить крепость, наливаю смесь в чашку и опускаю туда яйцо. Оно всплывает — всё получилось, как нужно.

На один килограмм мыла обычно требуется килограмм жира, так что ставлю на огонь две кастрюли: в одну перекладываю жир, а во вторую наливаю порцию щёлока. К счастью, у кухарки есть не только весы, но и градусник, так что нагреваю содержимое кастрюль до семидесяти градусов, а после переливаю щёлок к жиру и убавляю огонь. Снова нужно постоянно помешивать в течение часа, и Даунтон в этом очень помогает. Через час подогреваю ещё одну порцию щёлока и вливаю в кастрюлю с будущим мылом, после чего томим ещё два часа. К моему облегчению, консистенция после этого этапа получается киселеобразной, что очень меня радует и обнадёживает. Можно было бы на этом остановиться, потому что даже так уже получилось бы мыло. Но оно было бы очень щелочным, что меня совсем не устраивает. Поэтому после обеда приступаю к следующему этапу.

Разбавляю в чистой воде соль, довожу основу мыла до кипения, после чего убавляю температуру и порциями ввожу солевой раствор, раз в пятнадцать минут. Как только мыло начинает отделяться от остальной массы, снова довожу основу до кипения, чтобы максимально равномерно распределить соль и удалить углекислый газ. После этого выключаю огонь, и мы вместе с Даунтоном закутываем кастрюлю в заранее приготовленное одеяло, чтобы замедлить остывание смеси и предотвратить слишком сильное высаливание.

Пока мыльная основа настаивается, у меня наконец-то появляется время на то, чтобы заняться уборкой. Беру швабру, совок, метлу, тряпки и отправляюсь в свою комнату. По пути мне встречается няня. При виде моей ноши её глаза округляются:

— Госпожа, а что же вы это? А?.. — похоже, она шокирована настолько, что не может подобрать слов.