Осколок тайны (СИ) - "Кир Злой"

— Самоуверенно, — наконец произнес он. — Посмотрим, как долго ты сможешь продержаться в этой игре, рассчитывая только на свои силы. На этот раз я закрою глаза на твои ночные прогулки и эту встречу.

Он развернулся и пошел к выходу. Но остановился у самого порога и, не оборачиваясь, добавил:

— И еще одно, Арден. Тебе стоит уделить гораздо больше времени тренировкам с «Осколком тишины». Твои промахи в синхронизации дыхания сегодня были слишком заметны. В следующий раз это может стоить тебе головы.

Я остался один, чувствуя, как по спине медленно стекает капля холодного пота. Он знал. Знал, что я сбился с ритма еще на подходе к конюшне. А значит, он стоял там гораздо дольше, чем я рассчитывал, и мог слышать каждое наше слово.

После ночной встречи с ректором я спал от силы пару часов, то и дело прокручивая в голове каждое сказанное Дальтом слово. Предупреждение Айлетт о любовном яде тоже отразилось на моем поведении. Утром я полностью проигнорировал напитки в столовой, ни на мгновение не оставлял свои вещи без присмотра даже во время коротких перерывов, и внимательно следил за руками каждого студента, который подходил ко мне ближе, чем на пару шагов.

Первая половина дня тянулась мучительно долго. Мы конспектировали скучные нюансы Имперского Права, и под монотонный гул преподавательского голоса я мысленно выстраивал планы на день. График выходил предельно плотным. Сразу после занятий мне предстояло заскочить в библиотеку и набрать максимум доступной литературы по ядам, уделив особое внимание любовным зельям.

Далее мне нужно было отправиться к Игнатиусу Вейну для исполнения своих обязанностей лаборанта. В его лаборатории я собирался выкроить свободное время и с помощью вакуумной камеры проверить свою теорию насчет кристаллов связи. Правда делиться моими планами и выводами с магистром я пока не планировал.

Затем меня ждала изнурительная отработка магических навыков по индивидуальной программе Элары Вэнс. А завершить этот бесконечный день я собирался интенсивной тренировкой с маскирующим артефактом «Осколок тишины». Вчерашний намек ректора был кристально ясен, и я не собирался его игнорировать.

Правда в этот раз моим планам не суждено было сбыться…

Сразу после обеда дорогу мне преградил дежурный старшекурсник. Он остановил меня прямо посреди людного коридора и сухим тоном передал приказ немедленно явиться в административное крыло к ректору.

Внутри у меня все похолодело. Мысли мгновенно вернулись к вчерашней ночной встрече в конюшне. Неужели Дальт передумал? Решил, что моих ответов было недостаточно, и теперь планирует допросить меня официально, чтобы выяснить все детали разговора с Айлетт? Или, что еще хуже, решил наказать за сам факт тайной встречи?

Я оставил друзей в коридоре и быстрым шагом направился к кабинету ректора. Возле массивных дубовых дверей мне пришлось остановиться. Секретарь, сидевшая за столом в приемной, бросила на меня короткий взгляд и жестом указала на деревянную скамью у стены. На мои вопросы она не отвечала, методично перебирая бумаги.

Я просидел там почти час. Время тянулось мучительно долго. Я прокручивал в голове варианты оправданий, выстраивал линию защиты, гадая, что именно мне сейчас предъявят. Наконец тяжелая створка двери открылась. Эстерн Дальт вышел в приемную. Он скользнул по мне абсолютно равнодушным взглядом, словно я был пустым местом, и начал отдавать поручения своей помощнице по поводу расписания старших курсов.

Я поднялся со скамьи, собираясь доложить о прибытии, но ректор опередил меня.

— Кадет Милтон, — в его голосе звучало лишь холодное недоумение. — Что ты здесь делаешь во время учебных часов?

Я на мгновение замер, ошарашенный такой постановкой вопроса.

— Мне передали, что вы меня вызывали, господин ректор, — ответил я, пытаясь скрыть нарастающее замешательство. — Дежурный остановил меня в коридоре.

Дальт чуть приподнял бровь. На секунду мне показалось, что он подозревает во лжи именно меня, пытаясь понять, зачем я на самом деле пришел к нему.

— Я тебя не вызывал.

Слова ректора сбили меня с толку. Выходит, приказ был фальшивкой. Но зачем кому-то посылать меня сюда? Ради глупого розыгрыша? Слишком странная шутка. Внутри заворочалось смутное, неприятное предчувствие.

— Возвращайся на занятия, — бросил ректор, отворачиваясь обратно к помощнику и окончательно теряя ко мне всякий интерес.

Развернувшись, я отправился обратно на лекции. Пока я шел по коридору, все пытался понять, кто набрался наглости отправить ко мне дежурного с ложным приказом. Это не было похоже на случайность. Кто-то намеренно ввел меня в заблуждение, заставив торчать в административном крыле и ждать аудиенции, которой не должно было быть. Но какой в этом смысл? Кому понадобилось разыгрывать этот спектакль и выставлять меня дураком перед ректором?

В момент, когда я дошел до учебного корпуса, прозвучал колокол, извещающий о конце лекции, и тихие коридоры мгновенно заполнились толпой. Своих друзей я нашел не сразу, они стояли в конце коридора у окна, подальше от основного потока студентов.

Атмосфера там была напряженной. Брэн прислонился к стене и мрачно рассматривал свои сбитые костяшки, наспех обмотанные куском серой ткани. Седрик сидел на подоконнике, он был непривычно бледен, а его пальцы нервно теребили край куртки. Майлин стояла чуть в стороне. Она методично водила точильным камнем по лезвию своего кинжала, и этот сухой, скрежещущий звук заставлял прохожих оглядываться и ускорять шаг. Ее движения были резкими и злыми.

— Что произошло? — спросил я, переводя взгляд с одного на другого.

Седрик сглотнул и заговорил первым, его голос слегка дрожал.

— Меня перехватили в коридоре, когда я шел к библиотеке. Дерек ван Холт и его свита. Они вырвали у меня из рук конспекты. Просто бросили на пол и растоптали сапогами. Я… я хотел уйти, Арден. Правда хотел. Но они обступили меня, прижали к стене. Начали кричать на весь коридор, что я твоя трусливая прислуга. Один из них, барон Матиас Кастель, толкнул меня так, что я ударился затылком. Я не выдержал и огрызнулся в ответ. А он тут же бросил мне официальный вызов на дуэль.

Брэн перестал бинтовать руку и глухо зарычал.

— Ко мне прицепились прямо здесь, на этаже, — бас гиганта рокотал от сдерживаемой злости. — Заявился второкурсник с факультета боевой магии. Стал задирать одного из наших парней, буквально впечатывая его в стену. Я встал между ними, а этот мажор начал рассуждать о чистоте крови и о том, что таким тупоголовым увальням место только в конюшнях. Когда он перешел на прямые оскорбления моей матери, я не выдержал. Просто схватил его за грудки, чтобы встряхнуть. А он заявил, что я посрамил его честь своим прикосновением и он вызывает меня на дуэль.

Я повернулся к Майлин. Девушка не отрывала взгляда от лезвия.

— Все случилось в столовой, — Майлин говорила прерывисто, с какой-то отстраненностью. — Одна из первокурсниц, девица из аристократов, намеренно вылила мне на плечо кружку горячего чая, когда проходила мимо. Это было больно, Арден. Очень больно. Я потребовала извинений. А она лишь брезгливо поморщилась и заявила, что грязь с безродных простолюдинок отмывается только кипятком.

Майлин наконец подняла на меня глаза. В них стояла абсолютная, концентрированная ненависть.

— Я выхватила кинжал и метнула его. Лезвие вошло в деревянный стол прямо между ее пальцами. Эта дрянь сначала закричала от страха, а потом, когда увидела, что клинок не задел ее, расплылась в довольной улыбке. Сказала, что покушение на жизнь благородной особы — это более чем весомый повод для дуэли, и она с радостью сотрет меня в порошок на глазах у всего курса.

Я слушал их, и в голове прояснялась картина. Три провокации. Три выверенных удара по слабым местам каждого. Седрика взяли на испуг и унижение. Брэна поймали на его желании защищать слабых. Майлин ударили по гордости. Это была не случайность. Это была намеренная травля. Мне стало очевидно, что это атака на меня, но через моих друзей.