Целительница для дракона - Атлас Алиса

- Чё-то замолчал. – Глубокомысленно сказал Чилгок, когда мы уже вплотную подошли к дощатому строению.

И правда, от вольеров доносились хрюканье, ржание, курлыканье, а писка не было. От этого стало ещё тревожнее. Только смотрителю о моём беспокойстве знать не надо, а то он будет кудахтать ещё сильнее. А когда видит силу и уверенность, старается сдерживаться.

- Разберёмся. – Так говорил наш староста в Овечьем доле и ему все верили. Теперь я поняла, почему он так делал. Да уж, неприятное открытие.

Заглянув в вольер, я обомлела. Дракончик стоял на задних лапках, передними уперевшись в деревянные перекладины ограды. Он высунул раздвоенный язычок и часто дышал. Удивительно, но цвет кожи у детёныша теперь был зелёным, а не серым, как в первый день нашего знакомства. Мне даже на секунду показалось, что это какой-то другой дракон. Настолько посвежевшим выглядел ящер. Но он зажмурился от удовольствия при виде меня и пискнул. Словно звал.

Поставив сумку на лавочку, я взяла малыша на ручки. Он одновременно замурчал, запищал, затявкал, вертясь, как игривый щенок. Потом обстучал меня своим хвостиком. Устроился поудобнее и закрыл глазки. И еже через несколько секунд от него доносилось только тихое, размеренное дыхание.

Я не успела понять, что произошло, когда услышала голос Чилгока.

- Надо же! Так он мамку ждал! Вы ж ему почитай как родная стали! Заходите к нам теперь каждый день, будете нянчить!

- Никакая я ему не мамка, не болтайте ерунды, Чилгок.

- Да ему всё равно, как это называется. Ему бы тепла и к знакомому боку примухордиться. Он же ещё молочный, ему другого и не надо. А вы его и с телеги несли, и потом тетёшкались, и родича показали. Вот он вас и признал, как свойскую. Думает, что вы его родненькая. Теперь не отмажетесь. Ему же надо с породой общаться.

Чилгок что-то ещё рассказывал, а я смотрела в блаженную мордашку малыша и думала. А ведь правда, ему нужна родня. Везти его до Драконьих островов тяжело, дорого, да и небезопасно в это время года. Но какие-то родственники же у него должны быть на континенте. Может быть в королевском зоопарке или других питомниках? Надо написать запросы в профильные учреждения.

- … Вы уж и завтра приходите, пожалуйста, Эли. А то я-то в деревню поеду. Сестрицы просили помочь управиться с драконьим поездом. У них малышни полон двор, а кобылу обиходить некому.

- С каким поездом? Куда? – Я прослушала предыдущие слова и теперь не могла уловить сути.

- Да я же говорю. Дракон ихний снова соизволил детей.

- Есть? – У меня в голове перемешались остатки мыслей. А руки стали холодными от страха.

- Тьфу на вас, извините конечно, Эли! Скажете тоже такую гадость! Это ж не зверь какой-то! Это же наш дракон! Он любит детей! Я когда под стол ходил и макушкой не шоркал, тоже к нему езживал. На хвосте катался евойном и морковкой угощал. А тот меня языком щекотал, а я ухахатывался. А до той поры к нему мамка моя хаживала, да бабуля тож.

- Зачем хаживала? К кому?

- Да вы ж меня не слушаете, хоть и умная! Я ж говорю, прилетел местный дракон. Он в тутошних горах гостит иногда. Может раз в 5 лет прилетает, а может и поболе. Он-то живёт в вековечных скалах, один-одинёшенек. А когда скучать начинает, к людскому теплу прибивается. Взрослых он не жалует, а детвору – что твой любимый дедуля. Они у него в пещере играют, а он смотрит. Мы ему собираем всех мальцов лет от 3 и до 5. Украшаем лошадок, да таким праздничным поездом везем знакомиться. Дракон потом радуется и улетает обратно.

- Погодите, Чилгок, то есть здесь неподалёку сейчас есть дракон? Живой? Настоящий?

- Понятно дело! Вы ж его сами видели и детёнышу показывали! Это же наш, местный дракон. Он сюда лет 500 наведывается. Его и бабуля помнит, и её бабуля знала тож.

- Чилгок, миленький! Да я вас сейчас расцелую!

- Правда чтоль? – Юноша даже рот раскрыл от удивления.

- Нет, конечно! Но у меня есть идея! Кладите детёныша обратно в вольер, я вам всё сейчас расскажу.

16.

Отпроситься с занятий без отработки не получилось. Старичок Ингвель видел в нас последнюю возможность вырастить талантливых лекарей и драл три шкуры. Он потребовал от меня сварить бодрящее зелье для двух разных мутонов. Я выбрала альтонов – потомков сирен и неизвестных. Для них были свои зелья. Значит первое может пригодиться Тормину, а второе – Бардону.

Вечером я отправилась в лабораторию. Разложила по порядку добавления травы и начала готовить основной отвар. Его я уже готовила с закрытыми глазами. Не первый год упорного труда давал свои плоды. Я уже отрепетировала пассы и повесила котелок над горелкой,когда в лабораторию ввалился Тормин.

- Я тут подумал, Эли…

- Не сейчас, пожалуйста.

- Ты погоди отмахиваться, у меня такая чудесная идея.

- Ты мне мешаешь, Торми! Помолчи.

В основное зелье полетели первые листочки ирги. Заклинание скользнуло следом и поднялось над котелком ниточкой пара. Порошок рододендрона отправился следом. Когда зелье снова закипело я молча вплела в его основу следующую магическую формулу. Потом новую порцию цветов и заклинаний. Я так погрузилась в зельеварение, что сняв котелок с огня и утвердив его на подставке, вздрогнула, услышав:

- Как у тебя здорово получилось!

- Фу, ты, Тормин! Напугал! Хорошо, что не обварила тебя. Кстати, это бодрящее зелье для альтона. Может его и втирать можно, а не только пить? Вот бы ты взбодрился.

- Ну, уж нет, лучше в рот, так привычнее. Тем более, что я к тебе не с пустыми руками. Я тебе подарок принёс.

- Мне? Подарок? Хоть не цветы?

- Скажешь тоже. Я же хоть и портальщик, но знаю, что целительницы цветы только как сырьё для зелья воспринимают. Но с ними подарок связан.

Тормин протянул мне нечто холщёвое, скрученное в небольшой рулон. Я аккуратно развернула свёрток и замерла. Это была сумка с множеством карманов-отсеков. ОТ них веяло магией, но я никак не могла понять её предназначения.

- Я увидел, что ты складываешь травы все вместе, а потом разбираешь не сразу. Так они могут перепутаться и испортиться. Это заговорённая сумка, в кармашках которой еда как бы замораживается на время сохраняя свои свойства и свежесть. Ты туда можешь складывать травы и с ними долго ничего не случится. Они не перемешаются и будут свежими пока ты их не разберёшь. Здорово я придумал?

- Потрясающе! Спасибо, Торми! Я теперь не буду нервничать, что травы испортятся. Отличная идея. А я тебе бодрящего зелья налью, а то у тебя круги под глазами. Если совсем туго станет – хлебни глоточек. Станет легче.

Мне удалось аккуратно перелить зелье в небольшой цилиндрический пузырёк. Я закупорила его пробкой, а потом, обхватив двойной петлёй выступающий край стеклянного горлышка, повесила на шею Тормину. Он прижал пузырёк к груди, посмотрел на меня многозначительно.

- Мне приятна твоя забота. Спасибо. Ты не только красивая, но и талантливая.

И, сказав ещё одно спасибо, портальщик быстро вышел из лаборатории. А я, прогнав внезапное смущение, срочно начала делать бодрящее зелье для недифференцированных расовых помесей.

Время было позднее, но надо было делать второе задание старика Ингвеля. Этот рецепт был мне незнаком. Он включал и горечавковую полынь, и полноцветный чертополох. А ещё он был так насыщен составляющими, что и секунды свободной на передышку во время составления не было. Одной рукой я засыпала ингредиенты, а другой вплетала магические формулы. Заклинания то шептала над кипящим котелком, то нараспев мурлыкала, не сдерживая голос. А зачем? Так поздно в лаборатории никого не было. Только я и любимое дело.

Душа целительства – зелья. И я вдыхала в варево новую жизнь, которая сначала появится в котелке, а потом заструится по венам. Это вдохновляло. Я так увлеклась своим любимым делом, что не чувствовала усталости. Только непреодолимое желание выплести чудесный эликсир. Я пела и сыпала, сыпала и пела. И когда над котелком поднялся золотистый пар, с улыбкой погасила под ним горелку.