Драгомиров. Наследник стихий. Путь возмездия. Книга 1 (СИ) - Шаравин Максим

Кольчуга едва заметно мерцала, продолжая работать на минимальных настройках и экономя расход магической энергии. Каждый её проблеск напоминал о том, что защита всё ещё со мной, оберегая от возможных опасностей.

Впереди простиралась неизвестность — тёмный туннель, уходящий куда-то вглубь земли. Я не знал, что ждёт меня там, впереди: новые испытания, враги или, возможно, долгожданный выход. Но отступать было нельзя — нужно идти вперёд, к своей цели.

По моим ощущениям, я уже прошёл километров пять, когда услышал впереди отчётливые звуки, напоминающие чавканье свиней, когда они жрут из корыта вываленную им еду.

Звук становился всё отчётливее, и теперь я мог различить не только чавканье, но и какое-то шуршание, будто множество существ передвигалось по полу.

Я остановился, прижавшись к стене туннеля, и замер, стараясь уловить каждое движение впереди. Чавканье не прекращалось, а наоборот, становилось всё более громким и отчётливым. Создавалось впечатление, что там, впереди, целая стая голодных тварей пировала над своей добычей.

Медленно достав меч, я приготовился к новой схватке. Кольчуга едва заметно пульсировала, готовая в любой момент активироваться на полную мощность.

Глава 7

Я двинулся вперёд предельно медленно, стараясь не издавать ни единого звука. Каждый шаг давался с огромным трудом, будто ноги налились свинцом. Пройдя ещё примерно сто метров, я увидел картину, от которой едва не вывернуло наизнанку всё содержимое желудка.

Падальщики, отвратительные твари, отрывали куски плоти от тела мёртвого солдата и с жутким чавканьем пожирали их. Кровь и ошметки мяса разлетались в стороны, а мерзкие создания продолжали свою трапезу, будто наслаждаясь каждым мгновением.

Меня едва не стошнило прямо там, но ярость взяла верх над отвращением. Не думая о последствиях, я бросился на падальщиков, мгновенно усилив кольчугу до предела и наполнив меч магической энергией. Мана хлынула в оружие, заставляя его светиться зловещим голубоватым светом.

Мне повезло — падальщики были настолько увлечены пожиранием трупа, что я успел снести головы двоим, прежде чем они поняли, что подверглись нападению. Но остальные твари мгновенно отреагировали на угрозу.

Они набросились на меня всей стаей, вцепившись в левую руку и ноги острыми зубами. Я отчаянно сражался, убивая тех, кто пытался добраться до моего горла. Кольчуга быстро проседала, регенерация работала на пределе возможностей, а запас маны стремительно таял, не успевая восстанавливаться.

Я прижался к стене, оказавшись в отчаянном положении: на ногах висели два падальщика, ещё двое вцепились в левую руку — один за кисть, второй за локоть. Напротив стояли трое, выжидая момента, когда я потеряю равновесие или отвлекусь.

Сделав вид, что отвлёкся на падальщика, вцепившегося в ногу, я увидел, как сразу две твари бросились на меня. Одну я успел зарубить на лету, от второй чудом увернулся, но потерял равновесие. Этим воспользовался третий падальщик, вцепившись в моё плечо. Кольчуга отключилась, и я закричал от боли, когда зубы тварей впились в плоть. Регенерация забирала крохи маны, восполняемой магическим ядром — этого хватало только, чтобы не истечь кровью.

В отчаянии я вспорол брюхо твари, вцепившейся в плечо, и она отпустила хватку, её внутренности вывалились под ноги. Я поскользнулся, и это спасло мне жизнь — падальщик, от которого я увернулся, снова прыгнул и напоролся на мой меч.

Начиная заваливаться набок, я чудом удержался на ногах — помог падальщик, дёрнувший мою ногу в противоположную сторону. Собрав последние силы, я добил оставшихся тварей одну за другой. Сначала тех, что рвали ноги, затем — чудовищ на левой руке.

Бой был окончен, но я едва держался на ногах. Мана на нуле, раны кровоточили, а в горле стоял металлический привкус крови. Но я выжил — снова.

Я опустился на колени, поскольку стоять больше не было сил. Левая рука безвольно повисла плетью — я даже не чувствовал её. Видимо, тварь, вцепившаяся в плечо, серьёзно повредила конечность. Голова кружилась, словно в тумане, и я понимал: ещё немного — и потеряю сознание.

Преодолевая слабость, я дотянулся до первой твари. Её мана потекла к моему магическому ядру. Первым делом нужно было усилить центральное ядро — срочно требовалась магическая энергия. Сила следующей твари ушла в ядро стихии Воды, ускоряя регенерацию. Мана ещё двух ближайших падальщиков вновь направилась на усиление центрального ядра.

Постепенно голова начала проясняться, и первая мысль, посетившая мой разум, была: «Мне чертовски повезло. Если бы я не успел прикончить первых двух падальщиков, они бы точно меня добили».

Я почувствовал, как магическое ядро стало наполняться маной. Регенерация работала на полную мощность, но не успевала расходовать всю вырабатываемую энергию. В руке постепенно возвращалась чувствительность, а раны на ногах почти затянулись.

Форма снова превратилась в грязные, заляпанные кровью лохмотья, но запасной одежды у меня не было. Пришлось оторвать рукава, превратив куртку в безрукавку. Из штанов сделал шорты, обрезав разодранные штанины.

Теперь нужно решить, как использовать силу оставшихся восьми падальщиков. Всего их было двенадцать, когда я нападал — я даже не обратил внимания на их количество. Возможно, это были две стаи, объединившиеся вместе. А может, в кадетском корпусе нам дали неверную информацию, и стаи падальщиков могут быть намного больше десяти особей.

Передо мной лежали останки солдата, которого не успели доесть эти твари. Возможно, я смогу впитать и его силу, хотя в этом я не уверен.

Дотронувшись до останков солдата, я ощутил, как остатки его силы перетекают в меня. Маны было немного — возможно, из-за того, что от солдата мало что осталось, а может, он просто был слабым как маг. Вся его сила ушла на усиление центрального ядра.

Возможно, здесь, в разломе, я могу впитывать силу из любых существ, погибших здесь, в том числе из погибших солдат. Интересно, а твари тоже могут поглощать силу павших для своего усиления? Я о таком не слышал, но, думаю, никто точно и не знает. В разломах до сих пор множество тайн.

Остальных тварей я поделил следующим образом: четыре ушли на усиление центрального ядра, силой ещё двух я усилил ядро стихии Воды. Над оставшимися двумя падальщиками я долго стоял, выбирая, куда направить их силу.

С одной стороны, маленькая скорость восстановления маны, да и полного объёма в магическом ядре ещё маловато. Регенерация тоже нужна, но сейчас, после усиления, мне должно хватать её скорости. А заклинаний стихии Воды я не знаю. У деда были стихии Огня, Земли и Воздуха, у отца — Огонь и Земля. И я точно знал, что их можно объединить в мощные заклинания. Стихия Воды была у матери, но она была целителем.

В итоге решил всё отправить на усиление центрального ядра. Мана лишней не будет, как и скорость её восстановления. Да и кольчуга будет более мощной. Надо во что бы то ни стало добраться до родового хранилища и забрать оттуда артефакты. Родовая книга даст мне множество знаний. А ещё там должны быть записи деда, которые он не успел перенести в родовую книгу — в них тоже много нужной мне информации.

Закончив с падальщиками, я выбрал участок с наиболее мягким грунтом и, потратив час, с помощью меча и рук выкопал яму, в которой похоронил останки солдата.

Всё, можно двигаться дальше, но сначала я съел одну банку тушёнки и попил воды. За это время ядро полностью восстановило запасы маны, и я активировал кольчугу. Мощь кольчуги заметно возросла, но в этот раз скорости восполнения маны хватало, чтобы поддерживать мощь кольчуги на максимуме. Это сильно меня обрадовало, и я с приподнятым настроением двинулся дальше к восточному рубежу, надеясь, что скоро до него доберусь.

По моим внутренним часам я шёл уже около двух часов, когда впереди наконец показались ворота нашего восточного рубежа. Сердце забилось чаще от радости — я ускорил шаг, едва сдерживая себя от бега. Выйдя из темноты прохода на свет магических фонарей, я остановился, стараясь дышать ровно. Нужно было, чтобы охрана заметила меня и не открыла случайно огонь из пулемёта.