Укротитель вулканов (СИ) - Плотников Сергей Александрович

Только вечером, когда я уже лежал в постели в комнате возле кабинета лекаря, до меня дошло: вот надо было десять лет бегать туда-сюда, чтобы в итоге все равно оказаться в составе гарнизона осажденной крепости!

Потому что крепость все-таки в осаде, причем снаружи и изнутри. Снаружи досаждают вулканы и чудовища, изнутри — болезнь ее номинального коменданта и, фактически, главного оружия.

Забавно, конечно.

С утра, перед тем, как отправиться «в увольнительную», я разыскал Мадсен. Это было нетрудно: в первой половине дня она занимала нормальный — в смысле, надводный — кабинет коменданта крепости, работала там с бумагами. Не знаю, что именно за бумаги у нее лежали внизу, в комнате с подводным окном, но в верхнем кабинете дым стоял коромыслом: все время кто-то заходил, уходил, секретарь ее, сидящий в почти стандартном «предбаннике», постоянно что-то писал.

— Ведь нужен же пропуск, чтобы постороннему пройти в крепость? — поинтересовался я у нее сразу после обычных приветствий.

— Разумеется.

— Скажите, пожалуйста, секретарю, чтобы выписал пропуск моему ассистенту, — попросил я. — Я один лабораторию буду неделю разбирать, его помощь очень пригодится. Опять же, и над вашим случаем сразу начнем вместе работать.

— Уже успели найти ассистента? — усмехнулась Мадсен. — Ладно, Теда я и так сегодня нагрузила, давайте сама выпишу, — она вытащила из ящика стола кусочек бумаги, уже почти полностью заполненный почерком секретаря, только с пропусками. — На чье имя?

— Элсин Бьер, — сказал я.

— Бьер… — повторила Мадсен про себя, вписывая. Потом удивленно подняла на меня взгляд. — Это же фамилия новой воздушной магессы!

— Ну да, это ее муж, — кивнул я. — Мы же втроем сюда пришли, помните?

— Стойте… я читала рассылку сегодня утром, он магистр некромантии!

Я сделал себе пометку, что тут существует некая новостная рассылка. Интересно, откуда? Из Имперской Канцелярии? Ладно, потом спрошу. А может, тут и газеты есть?

— Конечно. Все некроманты по необходимости — либо хорошие алхимики, либо очень хорошие алхимики. Элсин — из второй категории.

Изумленное молчание.

Я с запозданием понял, что именно опять не так. Гребаная сословность, как же она меня достала!

— Конечно, на самом деле это я буду ему ассистировать, — сказал я. — Но ведь лаборатория числится за мной, так что для простоты отчетности.

Мадсен, тем не менее, продолжала очень изумленно на меня глядеть. А теперь-то что⁈ К счастью, она озвучила свое удивление:

— И вы вот так уверены, что магистр некромантии согласится вам помогать?

— У нас очень хорошие отношения, — пожал я плечами. — И он любит интересные случаи.

— Ладно… — пробормотала Мадсен, протягивая мне пропуск. — Держите. Что-то вы меня не прекращаете изумлять, мастер Шелки!

«То ли еще будет, — хмыкнул я про себя. — Посмотрим, как ты запоешь, когда я тебя вылечу!»

А я ведь вылечу. Костьми лягу, но что-нибудь придумаю. И для Водницы тоже, хотя вот ее лечить мне хочется меньше. Но как день ясно, что на ее здоровье завязаны жизни и благосостояние сотен, а может, и тысяч людей.

— Тогда удивитесь еще раз, — сказал я. — У меня есть ручная летучая мышь, можно ее принести в крепость? Не хищная, а из тех, что фруктами питается.

Мадсен засмеялась.

— А знаете, у нас уже был стражник, у которого такая была! Так что неудивительно совсем. Приносите.

— Но, наверное, держать подальше от мэтрессы? — предположил я.

— Да как хотите. Если у вас смирная, не кусается — наоборот, можно ей предложить погладить. Госпожа любит животных. Может, развеселится.

Если она любит животных, почему они тогда кота не заведут или собаку? Ну ладно, не мое дело.

К счастью, мне не пришлось бегать по всему городу и разыскивать Бьеров. Или топать в резиденцию магички Огня и осведомляться, не остановились ли они там и на вторую ночь. А все потому, что еще накануне вечером кто-то принес стражникам у ворот послание для меня, написанное аккуратным почерком Элсина: «Мы нашли жилье. Часовая набережная, причал номер три, самый конец».

Замечательно. Мы что, на причале будем ночевать? Ну, хоть не под причалом.

Или тут все так плохо с жильем, что им пришлось снять лодку?

Да, как оказалось, лодку! К счастью, не маленькую яхточку, в которой не развернуться, и даже не какой-нибудь шлюп. Но обо всем по порядку. Набережная называлась Часовой, потому что спуск на нее располагался у подножия Часовой башни — действительно, с часами. Отделана эта набережная была на совесть: хорошо отесанный гранит, ровные камни, даже парапет с вазонами-клумбами. Любо-дорого погулять. Кое-где в парапете к воде спускались лестницы на полоску гальки внизу, которую язык не поворачивался назвать пляжем. И в этих местах, как правило, с берегом стыковались длинные дощатые пирсы, помеченные цифрами.

Третий причал я нашел без труда, он оказался едва ли не ближайшим к башне. Козырное местечко, похоже! У самого конца пирса на зеленоватых водах покачивалось длинное и широкое судно с узким пространством свободной палубы и прямоугольной надстройкой на ней. Мачты две штуки: одна торчит из середины надстройки, вторая на корме. Паруса свернуты. Мореходные свойства этой посудины представлялись мне сомнительными, но жилую площадь я навскидку оценил как шестьдесят-семьдесят квадратов. Маленькая московская трешка, короче говоря. На троих маловато, но терпимо, мы и похуже жили. А с учетом палубы и шикарного вида на неактивный сейчас вулкан — вообще топовая недвига. В смысле, как раз двига.

Таких же посудин, только поменьше, у причала качалось еще три штуки. Соседи, надо полагать?

Так, я точно не перепутал?

Точно! С выбранной мною посудины ко мне бросилась черная молния и с писком запорхала вокруг. Глинка!

— Ну привет, привет!

Мыш приземлился ко мне на плечо, продолжая жаловаться, я с удовольствием его погладил, почесал и вручил припасенную фигу. Затем спрыгнул с причала на палубу.

Никто меня не встретил, так что я приоткрыл дверь и прошел в первое помещение надстройки.

Ага, ясно, тут у нас что-то вроде гостиной, по обе стороны от нее спальни. Обставлено просто, но симпатично, по фронтирным меркам — вообще роскошно. Да и по местным меркам, пожалуй, тоже: мягкая мебель здесь не всякому доступна, я успел уже это понять, а тут имелся самый натуральный диван! Дверь в одну из спален была открыта, на кровати я заметил свое копье. Ага, понятно. Вторая дверь была плотно закрыта. А где тут кухня?

Кухня оказалась в отдельной пристройке на корме, позади жилого помещения. Немного неудобно, если вдруг шторм. С другой стороны, если пожар, проще потушить. И она не пустовала: там хлопотала незнакомая немолодая тетушка, варила что-то. И вскрикнула при моем появлении.

— Прошу простить, господин… — она окинула взглядом мое белое одеяние. — Мастер маг Жизни? Это не вы ли…

— Да, я Эрик Шелки, вас должны были обо мне предупредить, — сказал я. — А вы, стало быть?

Женщина сделала короткий книксен.

— Я Магда, приходящая служанка, магистр Бьер изволил меня вчера нанять. Кухарить буду, убирать немножко. Вот, завтрак для мэтрессы готовлю… Не желаете ли чего-нибудь?

— Нет, спасибо, — покачал я головой. — Я уже завтракал.

Это была правда: я перекусил в трапезной форта, кстати, неплохо — повара там не воровали лишнего, готовили просто и вкусно.

— Магистр и мэтресса уже встали? — спросил я.

— Магистр с утра ушел, мэтресса еще почивать изволит, — чуть нервно сказала Магда. Похоже, не знала, чего от меня ожидать.

— Понял, — сказал я. — Ладно. Вот что, Магда. Жить я буду в основном в Южной крепости, комнату мою не убирай. Сам уберу, что надо.

— Поняла, — кивнула она. — Господа тоже сказали у них не трогать, так, получается, мне только в гостиной и на кухне?..

— И еще палубу мыть будешь, — напомнил я.

— Ну так само-собой, господин! — она всплеснула руками.