Орден Скорпионов - Эшер Айви

Неужели я ждала момента, когда узнаю, кто я такая, чтобы только разочароваться, потому что этот момент исчезнет, как дымка в небе? Мой шанс узнать что-либо бежит от нас, ловко перепрыгивая с крыши на крышу, и я не позволю ему ускользнуть. И плевать, на что мне придется пойти, чтобы поймать призрака.

– Подтолкни меня, – прошу я Кость, настигая его в переулке.

– Следи за ним на крыше. Я собираюсь пройтись в тенях и посмотреть, смогу ли я преградить ему путь, – бросает он через плечо.

Затем я прыгаю на стену дома, мимо которого мы пробегаем, Кость наклоняется. Я использую импульс, отталкиваюсь от стены и приземляюсь к нему на плечи. Не медля ни секунды, Кость выпрямляется, и я буквально взлетаю на крышу соседнего дома. Кость даже не замедляет шаг – он сливается с тенью и исчезает.

Я перепрыгиваю с одной крыши на другую, мой шаг ровный и уверенный. Звезды и луна указывают мне путь, ночь тиха и прохладна, я незаметно и быстро настигаю свою жертву. Призрак ни разу не оглянулся: либо, он не знает, что я здесь, либо ему все равно. Он быстр и ловок, но перед ним почти не осталось домов, по крышам которых можно было бы прыгать. Впереди нет ничего, кроме массивного, обнесенного стеной двора какого-то поместья.

Призрак резко останавливается, когда перед ним заканчиваются дома. Он на мгновение замирает на краю, должно быть, закрытого на ночь крытого рынка.

Я подбираюсь ближе к нему – отсюда я могу различить лишь верхушки нескольких торговых палаток. А затем я замечаю вспышку волшебного света и блеск стали – и призрак исчезает. Я не могу понять, прыгнул он вперед или вниз, или совсем исчез.

Мое сердце замирает в панике при мысли, что он исчез бесследно. Я ускоряюсь, чтобы сократить расстояние между нами. Все мои тренировки могут пойти насмарку – ужас сковывает тело, когда призрак, кажется, просто испаряется. Я его нигде не вижу – хотя между мной и тем местом, где исчез призрак, всего несколько домов. Но что-то подсказывает мне, что надо сбавить скорость и пробираться к краю рынка. Стремление рвануть вперед и наконец-то поймать того, кто является ключом ко всему, что я так хочу узнать, слишком сильно. Но я стараюсь заглушить его и прислушаться к собственным инстинктам.

Словно кошка синта, я крадусь по оставшимся крышам, то ухожу в сторону, то иду вперед, чтобы убедиться, что я не появлюсь в том же месте, откуда только что исчез призрак. Подрагивающей тенью я бесшумно крадусь вперед, пока мне, наконец, не удается незаметно заглянуть за шиферный желоб и посмотреть, что происходит на пустом рынке внизу.

Кость стоит смертельно опасный и грозный на открытой площади, пустые телеги и прилавки жмутся к стенам со всех сторон. В руках у него два меча – он готов дать бой шестерым одетым в плащи фигурам. Они не двигаются, словно ждут, когда он нанесет первый удар, но, судя по истерзанному телу призрака, за которым я только что гналась, и луже крови, медленно растекающейся под ним, Кость свой удар уже нанес.

Во мне мешаются ярость и страх – это смертельная комбинация, и я отчаянно хочу обагрить каждый клинок на своем теле кровью врага. Призрак мертв, и если замаскированные ублюдки не из его компании, то я только что потеряла что-то жизненно важное, что, возможно, я больше никогда не увижу.

Это осознание больно и глубоко врезается в мое нутро. Я была так чертовски близко! Я с усилием заглушаю всю боль и разочарование и заставляю себя сосредоточиться на том, что происходит передо мной, а не на том, что могла сейчас потерять.

Кость переступает с ноги на ногу, как будто понимает, что скоро наступит момент, когда молчаливое противостояние перерастет в битву.

Я запихиваю все бесполезные эмоции, бурлящие во мне, поглубже, и отмахиваюсь от желания слепо ринуться в бой.

Шесть против одного – не такой уж страшный расклад в битве, особенно для Кости, но мне нужно понять, как сделать так, чтобы стало шесть против двух – и чтобы при этом у нас было преимущество. Широкие накидки скрывают черты фигур в тени. Я не могу разглядеть ни деталей одежды, ни лиц, как бы я ни старалась.

Густые облака, закрывающие небо, расступаются, пропуская мягкий свет полумесяца. Он падает на дорогую светло-серую ткань защитных плащей, и кажется, что в них вшиты мерцающие, словно сама луна, звезды. Что-то в этом есть, что зовет меня, царапает мой разум, как будто я должна их узнать, но стена пустоты в моей голове непроницаема, как и всегда.

– Тебе не придется сегодня жестоко умирать, «скорпион», – заявляет одна из таинственных фигур. Этот голос – шелковистый тенор, звенящий властью, авторитетом. – Сложи оружие, смирись с неизбежным, и я убью тебя быстро.

Не могу сказать, кто из них говорит, но тот факт, что они ведут переговоры, а не нападают открыто, говорит о многом. В их словах и в их манерах чувствуется высокомерие. Если посмотреть на то, как они стоят и как блестят острия мечей, виднеющихся за их усыпанных звездами плащами, подозреваю, что они могут себе позволить ту дерзость, которой от них так и веет. Они привыкли быть самой страшной угрозой в комнате.

И очевидно, что со «скорпионами» они еще не встречались.

Наблюдая за ними, я замечаю, как несколько капюшонов поворачиваются в сторону мертвого призрака на земле. Кем бы он ни был, он теперь лежит лицом вниз в луже крови, но, кроме скрытой плащом фигуры, я ничего разглядеть не могу. Эта смерть – или, скорее, потеря воина, необходимого, чтобы противостоять Кости – явно беспокоит этих таинственных фейри. Кажется, они ждут, что подойдет подкрепление, и они получат перевес в этой битве.

В любом случае, они не готовы сейчас вслепую броситься в бой и рисковать потерять еще кого-то – они видели жестокое мастерство Кости.

– Мучительная смерть, быстрая… – Кость пожимает плечами. – Для меня нет разницы. В конце концов, смерть и есть смерть. Самое меньшее, что ты можешь сделать, это показать мне свое лицо, прежде чем пытаться вонзить в меня клинок. Почему ты прячешь его от меня?

Язвительное замечание Кости повисает в пропитанном напряжением воздухе, в ответ на него раздается несколько усмешек – призраков оно явно не впечатлило.

– Конечно, тебе сыграло бы на руку, если бы мы боялись тебя, «скорпион». Но мы не боимся, – с издевкой говорит лидер призраков, а затем он и его соратники делают то, чего я ожидала от них меньше всего.

Они откидывают капюшоны.

Хатус ошибся.

Возможно, страх исказил его видение реальности или время вымыло краски из его воспоминаний, но посреди пустого рынка стоят не призраки. И не призраки окружают сейчас моего «скорпиона», издеваясь над ним и, как они думают, его скорой погибелью. Все, что я вижу, – это ответы на все мои вопросы о том, откуда я взялась, и кто я на самом деле. Передо мной болтается целая связка ключей, но мне нужен лишь один, чтобы наконец высвободить то, что слишком долго было заперто в моем сознании.

Их волосы не белые. Это необычный оттенок не совсем белого цвета – он ни светло-серый, ни даже светло-голубой. В нем как-то сочетаются все эти цвета, это такой оттенок, которому у меня нет названия, несмотря на то, что я не раз проводила пальцами по своим локонам и размышляла, каким словом можно было бы назвать столь необычное сочетание пигментов. Их глаза не просто не просто серые, они знакомого ярко-серебристого цвета. Цвет, который я снова и снова разглядывала в каждом своем отражении, которое когда-либо попадалось мне на глаза. И когда-то моя кожа была бледно-кремового оттенка, как у этих призраков, и я хочу сорвать с себя чары и потребовать от этих незнакомцев рассказать, кто они – потому что я выгляжу точно так же.

Рука лидера призраков едва заметно дергается. Он посылает беззвучный сигнал остальным, и воздух вокруг них звенит от напряжения. Как бы больно мне ни было, я знаю, что если я хочу спасти Кость, то времени задавать призракам вопросы у меня нет – нужно действовать.

Месяц назад я бы без сомнений выбрала то, что нужно мне. Но теперь все изменилось. Я хочу получить ключи к моему прошлому и ответы. Но больше всего мне нужно будущее с моими «скорпионами».