Орден Скорпионов - Эшер Айви

По ощущениям я могу предполагать, что ключевыми тут будут укусы – но раньше я использовала клыки только для защиты. Я не хочу причинять Риаллу боль.

– Эй, ты со мной? – мягко спрашивает Риалл, поглаживая мою щеку пальцами.

Его большой палец проводит по изгибу губ, он легонько надавливает подушечкой пальца на острие одного из моих клыков, и я задыхаюсь, потому что мне кажется, что он надавливает и на мой клитор.

Риалл ухмыляется, я смотрю на него в шоке… а потом злюсь.

– Я не паникую, Риалл, – огрызаюсь я, и его улыбка исчезает быстрее, чем мои границы, когда речь заходит об этих чертовых «скорпионах». – Я не волнуюсь, не схожу с ума, не прячу голову в песок, когда кто-то болен или умирает, – хмыкаю я, ненавидя то, как ломается мой голос на последнем слове. – Я беру. Я присваиваю. Я убиваю, когда хочу. Трахаю, когда это приятно. Я не могу позволить себе быть мягкой. Я не могу быть слабой!

Очаровательный взгляд ореховых глаз ласкает мое лицо, Риалл проводит кончиками коротких ногтей по коже моей головы, вплетает пальцы в мои запутанные волосы. Это так приятно, так успокаивает, что бесит меня еще больше.

– Ты далека от понятия «слабый», как никто, Осет. Я никогда не встречал более грозной и сильной женщины. Одна только твоя кровь… черт, Звереныш. В тебе нет ни капли слабости. Беспокойство о ком-то не делает тебя слабой. Забота не делает тебя мишенью для охоты. Не здесь. Не с нами, моя кровь.

– Я была слабой, когда твоя голова откидывалась назад и ты не мог очнуться, – возражаю я, уже потеряла часть запала – этот засранец гладит меня, его прикосновения скользят по шее, спине, по рукам, а затем он поднимает руки и вновь ведет ими вниз. Поднимается и делает это снова. Королевства подери, это помогает.

– Моя кровь?

Улыбка Риалла расплывается шире.

– Да, моя кровь. Так сангвинны называют тех, чья кровь взывает к ним, поет для них, и зов твоей крови – это все, что я сейчас слышу.

Я молчу, прислушиваясь, как будто могу услышать то, о чем он толкует. Но я скорее не слышу, а чувствую низкий гул в своей груди.

Я потираю ее, и ухмылка Риалла превращается в лучезарную улыбку.

– Прости, что заставил тебя волноваться, Звереныш. Хотел бы я сказать, что это никогда не повторится, но я никогда не буду тебе врать.

– Ты мог бы… Я чуть…

Слова «Я чуть не потеряла тебя» жгут язык, как железо. Я не могу произнести их вслух. Я не хочу наделять их силой или искушать судьбу.

Я проглатываю свое беспокойство, надеясь, что никогда больше не почувствую его вкус.

– Со мной все в порядке, – уверяет меня Риалл. – Ты же была здесь. А с тобой никому не совладать, – теперь он обращается к моей гордости и самолюбию.

Черт, он отлично меня знает, и это срабатывает.

– Быть мягким не так уж плохо. Я, например, хотел бы выступить в защиту твоих мягких мест, – поддразнивает Риалл, наклоняется и покусывает мою шею. – Например, взять хоть твой язык. – Кончик его языка задевает мои губы. – Твоя грудь. – Риалл целует мою челюсть. – Твоя попка. – Его ладони медленно спускаются по моей талии и прижимаются к моей заднице. – Твоя идеальная киска. – Риалл легонько посасывает мочку моего уха, и из меня вырывается тихий стон – я не в силах сдержаться.

– И еще, чтобы не было путаницы, моя кровь, – жарко шепчет он мне на ухо, – я хочу, чтобы ты взяла меня, присвоила себе, трахнула, так, как тебе захочется. Я хочу, чтобы ты пила меня. Оставь на мне свои метки – а я оставлю свои на тебе.

Риалл практически мурлычет, а потом рычит, и это рычание так восхитительно, что оно проникает в меня и заставляет чувствовать себя жаждущей и мягкой. Но его следующая фраза пускает адреналин по моим венам и заставляет сердце бешено колотиться.

– А теперь беги, чтобы я мог на тебя поохотиться.

51

Я не думаю, я реагирую. Я поддаюсь низменным инстинктам, которых не понимаю, но чувствую, что вынуждена следовать им.

Я вскакиваю на ноги, перепрыгиваю через Риалла, брызги воды летят во все стороны, когда я вырываюсь из-под коленей Риалла и перепрыгиваю через него.

Вслед за этим раздается обиженное ворчание – возможно, я случайно ударила его по яйцам в попытке выбраться из ванны. Но если он думал, что скажет мне бежать, и я дам ему легко себя поймать, то он заслужил этот удар.

Я поскальзываюсь на скользком полу и едва успеваю ухватиться за косяк двери, чтобы удержаться на ногах. Я слышу, как Риалл вылезает из своей огромной ванны, и меня охватывает желание быстрее сбежать отсюда.

Я выкатываюсь из купальни и благодарю богов: босые ноги нащупывают теплый ковер, пальцы впиваются в ворс, и я бросаюсь к двери. Я быстро преодолеваю расстояние до входа, и меня охватывает безудержное ликование – теперь нужно прикинуть, где можно спрятаться и ускользнуть от Риалла. Я даже не представляла, что погоня может так возбудить меня и взволновать. Похоже, мне предстоит еще многое узнать о том, что значит быть сангвинной.

Я хватаюсь за дверную ручку, дергаю ее и практически срываю дверь с петель. Я не обращаю внимания на то, что я мокрая и совершенно голая, не думаю о том, что в замке находится пленник, которого сейчас допрашивают. Риалл каким-то образом пробудил во мне этот всепоглощающий инстинкт, который кричит мне бежать, заставил проверить его силу, и я даже не пытаюсь бороться с ним.

Я успеваю сделать лишь шаг от двери, как невероятно сильные руки хватают меня за талию и поднимают в воздух. Я визжу от возмущения и возбуждения, спина бьется о крепкую грудь Риалла, его твердый член упирается мне в задницу и скользит меж ягодиц.

Я изо всех сил пытаюсь вырваться из его хватки и встать на ноги, чтобы вывести его из равновесия. Мне удается сильно ударить его по колену, но в ответ звучит смех.

Гребаный смех.

Однажды я призналась Икон, что сдерживала себя, когда тренировалась со «скорпионами». Я солгала, что не хочу, чтобы они знали обо всем, что я умею, – на случай, если мне когда-нибудь понадобится использовать свои умения против них. Но по мере того, как я выдаю одно идеально выверенное движение за другим, я понимаю – Риалл тоже сдерживался. Этот мужчина – кирпичная стена, идеальное оружие, созданное для битвы. Я, конечно, не пытаюсь покалечить его или взять в руки оружие и порезать его на куски, но в захватах я ему не уступаю, и все равно не могу от него оторваться.

Чем больше я пытаюсь освободиться, тем громче он рычит от удовольствия. И чем больше он рычит, тем сильнее я намокаю. Жажда пульсирует внизу живота, и продолжать борьбу мне сложно – особенно когда меня поймали, и я на самом деле в восторге от того, что теперь произойдет.

Риалл поворачивается к кровати в другом конце комнаты, и в следующее мгновение я взмываю в воздух и падаю на его мягкий плед. Крик восторга быстро превращается в вопль паники – я вспомнила, что оставила его оружие на кровати. Однако я падаю на мягкие подушки, и, к счастью, ничто не пронзает меня насквозь – я пролетела мимо его разложенного на простынях арсенала. И едва я успеваю отыскать глазами клинки, Риалл смахивает их на пол, а затем подбирается ко мне.

Не знаю, хочется ли мне отругать его за то, что он так обращается со своим оружием и проявляет неуважение к непревзойденному мастерству Курио, или же мне хочется пищать от восторга, потому что Риалл выбрал меня, а не свои любимые клинки. Если бы мы сейчас поменялись местами, я бы не смогла выбрать его так же быстро.

Я делаю последнее усилие, чтобы скатиться с кровати и сбежать, но Риалл предугадывает каждое мое движение и укладывает меня обратно на кровать, словно я какой-то непослушный зверек, нуждающийся в дрессировке.

– Ты мне нужна, Звереныш, – практически рычит Риалл мне в лицо, и я кусаю его губу и всасываю ее в рот.

Его кровь закипает у меня во рту, и я стону, проглатывая несколько капель, бегущих из маленькой ранки.

– Я собираюсь насадить тебя на свой член и на свои клыки одновременно. Готова ли ты, моя кровь? – Риалл раздвигает мои бедра и вжимается в меня своим большим телом.