Хугбранд. Сын Севера (СИ) - Головань Илья

Для Хугбранда это был шанс.

Он убрал оружие и даже щит, оставив обе руки свободными. Ладони легли на перекладины, и Хугбранд начал быстро взбираться вверх, стараясь смотреть только вперед.

Но даже так страх пронизывал дёта.

Он не боялся врагов и их мечей, не боялся умереть на поле боя. Для дёта смерть в бою — это честь. Но Хугбранд боялся высоты. Даже взбираясь на деревья в детстве, он ощущал страх, его руки и ноги дрожали, не давая подниматься выше. Другие дети смеялись над ним — и Хугбранд поборол свой страх, научился не бояться высоты.

И так было до того, как ему пришлось залезть на корабельную мачту.

Тогда Хугбранд понял, что страх высоты никуда не исчез. И сейчас он снова вернулся — в самый неподходящий момент.

Тихо зарычав, Хугбранд полез наверх еще быстрее. Он думал о бое, о врагах, яростью смывая страх. Хугбранда заметили, когда он почти добрался до амбразур. Откуда-то справа просвистела стрела, едва не попав в лицо.

Страх был настолько сильным, что Хугбранд замер на секунду в самый неподходящий для этого момент.

— Р-р-а! — прокричал дёт и вскочил на последнюю целую перекладину лестницы. Хугбранд наклонился, напрягая ноги, и оттолкнулся от лестницы, хватаясь руками за край стены.

От толчка лестница подалась назад и рухнула на землю, но этого Хугбранд уже не видел. Со всей силы он подтянулся и перевалился через стену, оказавшись среди лефкийцев.

Слева навис боец с копьем. Он держал его двумя руками, достать щит и топор времени не было — Хугбранд выхватил кинжал и бросил его врагу в горло, отчего тот сделал неуверенный шаг и рухнул на дёта.

Вновь выстрелил лучник. Хугбранд схватил тело мертвого врага и закрылся им: труп дернулся от вошедшей в плоть стрелы. Отбросив тело, дёт снял со спины щит и достал кинжал из горла копейщика. Только после этого он выхватил топор, сразу ударив подбежавшего бойца.

Враг закрылся щитом. В ответ он ударил фальшионом, Хугбранд провернул щит, и враг неожиданно для себя потерял равновесие. Дёт толкнул ногой — и враг упал со стены внутрь крепости.

«Башня», — подумал Хугбранд.

Можно ли в одиночку или малым числом победить при штурме? Можно, если откроешь ворота — Хугбранд слышал о паре таких случаев. Но он не смог бы добраться до ворот. Башня была куда ближе, и оттуда по силам Лиги стреляла баллиста.

Не раздумывая, Хугбранд бросился туда. Еще один копейщик на пути попытался ударить своим оружием, щит провернулся, и Хугбранд с громким криком всадил топор врагу в голову, пробив шлем-шапель.

Лучнику не осталось ничего другого, кроме как выхватить топор с пояса. Хугбранд ударил топором, но это был обманный удар — вместо этого он приложил врага щитом по голове, ударив кромкой в лицо.

На пути к башне остался всего один человек — молодой на вид парень в жаке. В его руках не было никакого оружия, булава висела на поясе, и враг не спешил за нее хвататься.

Хугбранд шагнул к противнику. Выставив вперед ладонь, враг что-то проговорил, и дёта ударил в грудь невидимый удар, едва не скинувший со стены.

«Строевой маг!».

Лефкийская империя — страна магов. К ним относились по-особенному, их долго обучали и подготавливали.

Но строевых магов это не касалось. Люди с самым ничтожным талантом к магии обучались по ускоренному курсу, чтобы узнать пару-тройку простых заклинаний — потом строевых магов направляли в войска. Но и таких знаний хватало, чтобы сделать строевого мага опасным.

Рука Хугбранда резко распрямилась, запуская топор в полет. Враг вскинул ладонь, и лезвие топора вошло в полупрозрачный щит перед рукой мага.

Своим заклинанием враг смог погасить только часть удара. Прорезав щит, топор попал в шлем магу, заставив того шагнуть назад. Враг почти не пострадал, но Хугбранд уже стоял перед ним.

Кинжал двинулся к горлу — маг успел выставить вторую ладонь, создав новый щит. Тогда Хугбранд ударил щитом в живот, а когда маг согнулся от резкой боли — всадил кинжал в шею сзади.

По бедру текла жидкость. «Кровь!», — подумал Хугбранд и посмотрел вниз. Оказалось, что одна из глиняных колб с целительным зельем разбилась.

До башни оставались считаные шаги, когда оттуда шагнул новый враг с алебардой в руках и сразу уколол, целясь в тело. Хугбранд закрылся щитом и упал на колено, чтобы подобрать топор.

«Отклоню щитом и сближусь», — подумал дёт. Враг снова уколол алебардой, но когда Хугбранд провернул щит, ничего не вышло. Вместо того чтобы вкладывать силы в удар, алебардист колол быстро и размеренно.

Тогда Хугбранд сделал рывок вперед, и алебарда уколола вниз, едва не задев ногу. Дёт заблокировал укол, а потом еще один — уже в голову.

«Опытный попался», — пронеслась мысль в голове Хугбранда.

Когда хороший копейщик берется за дело, ни мечник, ни боец с топором не подберутся ближе. Алебардой это делать сложно, потому что она тяжелая, но противнику это ничуть не мешало. Он был на полголовы выше Хугбранда, а руки напоминали бревна.

Зацепившись крюком за край щита, алебардист потянул дёта на себя. Хугбранд нырнул вниз, чтобы сбросить захват — и алебарда двинулась вперед, лезвием топора оставляя на плече дёта надрез.

— А ты много знаешь, но не умеешь! — прокричал алебардист с усмешкой.

— Хор-р! — прокричал в ответ Хугбранд дётский призыв к бою и бросился на врага.

Острие алебарды оставило на боку рану, дёт не стал блокировать. Тогда алебардист сделал шаг назад и уколол снова, и в этот раз Хугбранд отвел удар щитом, чтобы пригнуться к земле и броситься на врага.

— Ах ты! — от неожиданности сказал алебардист, шагнув назад еще раз. Но этого Хугбранд и добивался, ведь враг оказался в башне.

Внутри башни не было места для алебарды. Теперь алебардист был на его территории — территории, где ты смотришь в глаза на расстоянии вытянутой руки.

Бросив алебарду на землю, враг потянулся к топору на поясе, зная, что ошибся. Но Хугбранд был быстрее, его топор попал алебардисту в кисть — конечность повисла на одной только коже. Ударом щита Хугбранд оттолкнул врага к стене, а топором добил его, попав точно в шею.

Сердце бешено стучало. Прерывисто дыша, Хугбранд снял с пояса последнее зелье и вылил его на рану, сжав зубы от боли. Чем дешевле зелье исцеления, тем больнее его эффект.

Осадная команда на баллисте не слышала того, что происходило в башне. Подниматься наверх было самоубийством. Но здесь была и лестница вниз — и оттуда на помощь бойцам стены спешили новые враги.

Когда показалась голова в шлеме, Хугбранд толкнул ее сапогом. Враги не ждали, что наемники Лиги уже в башне, и поплатились за это: воин Лефкии, с громким криком упал вниз, столкнув своих товарищей.

Хугбранд бросил оружие и схватил тело мертвого алебардиста, отправив в проход. Невозможно было долго простоять в проходе самому, дёт выигрывал себе считанные секунды, но в бою порой достаточно и их. Хугбранд схватил щит и топор, он уже собирался столкнуться со следующим врагом, когда заметил движение за спиной.

С площадки на башне спустился боец Лефкии. Он плохо еще понимал, что происходит, особенно в темноте — только это и спасло Хугбранда.

Щиты столкнулись. Хугбранд попытался оттеснить врага, но сил не хватило — и оттеснили Хугбранда. Удары топором встречал щит, дёта толкали назад, к лестнице, откуда уже почти поднялись лефкийцы.

Неожиданно в ухо врага вошел клинок. В проход башни шагнул один из «Стальных братьев» — бойцы со стены наконец-то подоспели.

— Не дайте им подняться, — прохрипел Хугбранд, махнув в сторону лестницы.

Наемник сразу бросился туда. За ним заходили другие, и на лицах «Стальных братьев» сияли усмешки. Они заняли стену, переиграли смерть — победа была близка, как никогда.

— Сверху тоже есть, — сказал Хугбранд, уже не в силах кричать.

— Сука, без оружия остался, — сказал один из бойцов, и дёт узнал его.

— Хуго, алебарда, — сказал Хугбранд, пихнув ногой оружие товарищу.

После этого дёт подошел к стене и привалился к ней, усевшись на пол. Сил не осталось. На теле были раны, их нужно было перевязать. Немного отдышавшись, Хугбранд сорвал со стены кусок ткани с гербом Лефкии на нем и перевязался так, как мог.