Протокол: Тишина. Эхо Зенита - Гришилин Сергей

— Я знаю, — Искра помолчала. — Но сначала — ты должен выжить. Посёлок в пяти километрах. Там ты сможешь укрыться. Я передам тебе всё, что найду о "Фантоме".

— Хорошо, — Аробей поднялся, отряхнул снег с куртки. — Что ещё?

— Аробей... я нашла кое-что. В архивах. О "Фантоме".

— Что?

— Это не просто проект. Это... культ. Группа людей, которые верят, что "Зенит" — это не оружие, а путь. Путь к эволюции. К тому, чтобы стать чем-то большим, чем люди. Они называют это "пробуждением". И они считают, что активация "Зенита" — это не катастрофа, а начало новой эры.

Аробей почувствовал, как холод пробирается под кожу. Он вспомнил существо в подземелье. «Ты пришёл.» «Ты боишься.» Голос, который звучал не в воздухе, а в его голове.

— Они не просто хотят активировать "Зенит", — продолжала Искра. — Они хотят стать им. Превратиться в единый организм. Отказаться от индивидуальности. Стать чем-то... большим.

— Это безумие, — сказал Аробей.

— Это вера, — Искра говорила тихо. — А вера — самое опасное оружие в мире.

Аробей кивнул. Хотя она не могла его видеть.

— Передай мне всё, что нашла, — сказал он. — Все файлы. Все имена. Все координаты. Я должен знать, с кем имею дело.

— Передаю, — Искра помолчала. — Аробей... будь осторожен. "Фантом" знает, что ты сбежал. Они знают, что ты идёшь к ним. И они ждут.

— Я знаю, — Аробей усмехнулся. — Пусть ждут.

Он отключил передатчик, убрал его в подсумок. Посмотрел на север, где, за лесом, находился заброшенный посёлок. Где он сможет укрыться. Подумать. Спланировать.

И вернуться.

Он сделал первый шаг. Затем второй. Третий.

Лес сомкнулся за его спиной, как занавес. Впереди была только тайга, снег и тишина.

И он шёл.

Посёлок появился из тумана, как призрак. Несколько покосившихся деревянных домов, крытых железом, которое давно проржавело насквозь. Заброшенная котельная с трубой, которая когда-то гордо возвышалась над тайгой, а теперь стояла кривой, как сломанный палец. Ржавые остовы тракторов и лесовозов, покрытые мхом и снегом. И тишина. Та самая, абсолютная, звенящая тишина, которая означала, что здесь давно никто не живёт.

Аробей обошёл посёлок по периметру, проверяя каждый дом. Все были пустыми. Разграбленными ещё в девяностых, когда последние жители уехали в города. Окна выбиты, двери сорваны, внутри — только мусор, пыль и следы времени.

Он выбрал дом на окраине — двухэтажный, с крепкими стенами и крышей, которая ещё держалась. Второй этаж был частично обрушен, но первый — цел. Он вошёл внутрь, осмотрелся. Печка-буржуйка, ещё целая. Нары из досок. Окна заколочены фанерой. Идеальное укрытие.

Он разжёг в печке огонь — сухой хворост нашёлся в углу. Огонь затрещал, заполнив комнату теплом и светом. Аробей сел у печки, протянул руки к огню, чувствуя, как тепло проникает в кости. Он закрыл глаза на секунду, позволяя себе расслабиться. Только на секунду.

Затем он достал аналоговый передатчик.

— Искра, я на месте. Посёлок пуст. Укрылся в доме на окраине.

Ответ пришёл через минуту.

— Хорошо, — голос Искры был спокойнее. — Держись там. Я продолжу искать информацию. Передам всё, что найду.

— Жду, — Аробей помолчал. — Искра... спасибо.

— Не благодари, — Искра усмехнулась. — Просто выживи.

Она отключилась.

Аробей остался один. У огня. В тишине.

И впервые за долгое время он почувствовал что-то похожее на покой. Не безопасность — он знал, что в безопасности не бывает. Но покой. Знание того, что он не один. Что есть кто-то, кто верит ему. Кто борется вместе с ним.

Он достал из подсумка фотографию. Ту самую. Молодой Гранит. Молодой Аробей. Двадцать лет назад. До всего.

Он посмотрел на неё. На лица. На улыбки. На глаза, которые ещё не видели того, что увидят.

— Я вернусь за тобой, старик, — прошептал он. — Обещаю.

Он убрал фотографию обратно, в герметичный карман, ближе к сердцу.

Затем он лёг на нары, закрыл глаза.

И впервые за трое суток — уснул.

---

Он проснулся от звука.

Не громкого. Не резкого. Тихого. Металлического. Как будто кто-то наступил на ветку.

Аробей открыл глаза мгновенно. Он не двигался. Не дышал. Просто слушал.

Тишина.

Затем — снова звук. Шаги. Осторожные. Крадущиеся. Не один человек. Несколько.

Аробей бесшумно поднялся, подошёл к окну, приподнял край фанеры, посмотрел наружу.

Светало. Снег всё ещё шёл, но теперь он был виден — белый, чистый, покрывающий всё вокруг. И в этом белом снегу он увидел их.

Четверо. В камуфляже. С автоматами. Они двигались по посёлку, проверяя каждый дом. Это были не бойцы Центра — форма была другая. Не "Фантом" — они двигались не так синхронно. Это были наёмники. Частные. И они искали его.

Аробей отступил от окна, бесшумно, как тень. Он быстро осмотрел дом. Одна дверь — на первом этаже. Два окна — тоже на первом. Второй этаж обрушен, туда не забраться. Значит, у него только один путь — через дверь.

Но дверь была заблокирована. Снаружи.

Он подошёл к ней, посмотрел в щель. За дверью стоял наёмник. С автоматом наготове.

Аробей отступил. Он был в ловушке.

Он нажал тангенту.

— Искра, у меня проблемы. Наёмники. Четверо. Ищут меня.

— Я вижу, — голос Искры был напряжённым. — Это частная военная компания. "Вектор". Работают на "Фантом". Они знают, что ты здесь.

— Как они нашли меня?

— Тепловизор. Они сканируют посёлок с вертолёта. Увидели тепло от печки.

Аробей посмотрел на печку. Огонь ещё горел, давая тепло, которое выдавало его присутствие.

— Отключи печку, — сказала Искра. — Быстро.

Аробей бросился к печке, закрыл заслонку, заглушил огонь. Дым пошёл в комнату, но он не обратил внимания. Он стоял неподвижно, слушая.

Шаги снаружи приблизились. К двери.

Затем — голос. Грубый, с акцентом.

— Он здесь. Я вижу следы.

Аробей был в ловушке. Один против четверых. Без пути к отступлению.

Но он не паниковал. Паника — это смерть. Он думал. Анализировал. Исходил из ситуации.

Дверь была деревянной. Старой. Она не выдержит удара. Но если он откроет её сам — в момент, когда они будут готовы ворваться — он сможет использовать эффект неожиданности.

Он отошёл от двери, встал сбоку.

Ждал.

Шаги снаружи. Голоса. Затем — удар. Дверь затрещала, но не открылась. Ещё удар. И ещё.

Аробей считал. Раз. Два. Три.

На четвёртом ударе он дёрнул дверь на себя.

Она распахнулась, и наёмник, который бил в неё, потерял равновесие, ввалился в комнату.

Аробей ударил по лицу, отправляя его в нокаут, затем взял автомат, перешагнул через тело, выходя наружу.

Трое остальных наёмников стояли в пяти метрах, с автоматами наготове. Они не ожидали, что он откроет дверь сам. Они не ожидали, что он будет так быстр.

Этой секунды хватило.

Аробей выстрелил. Короткая, контролируемая очередь. Первый наёмник упал, сражённый двумя пулями в грудь. Второй успел вскинуть автомат, но Аробей уже был в движении. Он нырнул в сторону, перекатываясь по снегу, чувствуя, как пули проходят в сантиметре от его головы.

Он выстрелил снова. Второй наёмник упал.

Третий развернулся, пытаясь убежать. Аробей выстрелил ему в ногу. Тот упал, закричал.

Четвёртый — тот, которого он отправил в нокаут — начал подниматься. Аробей подошёл к нему, приставил ствол автомата ко лбу.

— Кто вас послал? — спросил он. Голос был ровным, но в нём звучала сталь.

Наёмник посмотрел на него. В его глазах был страх. Но также — что-то ещё. Что-то, что Аробей не мог понять.

— Они... они сказали, что ты опасен, — прохрипел наёмник. — Что ты... заражён. Что тебя нужно... уничтожить.

— Кто "они"? — Аробей нажал стволом сильнее.

— "Фантом"... они... они не люди... они...