Мисс Катастрофа для лорда-инспектора (СИ) - Арнелл Марго

Словно боялся, что я, наоборот, вдруг окажусь грезой и ускользну. Надо ли говорить, что я была совсем не против его желания удержать меня рядом с собой?

Повернув голову, я потерлась щекой о его плечо.

— Нет. Пока нет.

Благодаря вернувшейся магии Адриана, позволяющей ему видеть больше остальных, мы теперь знали, что время в Аеремнааре текло совсем иначе. Не редкость для Паутины Миров. Значит, велик шанс, что в Ордалоне наши отцы еще нас не хватились.

Адриан кивнул, как будто ожидал этого. Может даже, он на это надеялся.

— Мне кажется, новым переселенца будет легче, если кто-то здесь останется, — убежденно сказала я. — Кому-то же нужно объяснить, что за создания населяют Аеремнаар…

— И какие опасности в нем таятся, — подхватил Адриан. — Так странно… Последние годы я только и делал, что проверял других и следил, чтобы магия не вышла из-под контроля. Чтобы все было четко по регламенту. А теперь…

— Теперь ты — часть чего-то, что не вписывается ни в один протокол?

— Ужасно, правда? — усмехнулся Адриан.

— Восхитительно, — возразила я.

С тех пор мы встречали новоприбывших. Слушали их истории, помогали вспомнить — или даже понять, — зачем они здесь. Мы объясняли, что дом — не обязательно то место, которое ты знал большую часть сознательной жизни. Иногда дом — это то, что ты выбираешь сам.

Мы передали новоприбывшим не только свой собственный опыт, но и то, о чем рассказал нам Хранитель. Кажется, такого наплыва людей он и сам, бедолага, не ожидал. Может, поэтому боги, рано или поздно, отдаляются от простых смертных? Все же с каждым из них не поговоришь…

Мы водили новых жителей Аеремнаара по землям, где деревья пели, если идти по тропе с закрытыми глазами. Объясняли, как говорить с существами, которые общаются только мысленно. Учили распознавать цветы, которые лечат не тело, а воспоминания.

Аеремнаар рос. Появлялись дома — не одинаковые, не выстроенные по плану. У кого-то они были в виде книг, у кого-то — в форме любимой игрушки детства, у кого-то — как павильон старого цирка, где всегда звучала музыка.

Адриан удивительно быстро вписался в происходящее — прошлое ректора и лорда-инспектора помогло. Он учил других так, как я никогда не смогла бы. Наверное, не хватило бы не только мастерства, но и стоического терпения. Я любовалась им, всегда спокойным и уверенным, какой бы хаос вокруг ни творился.

Он стал для людей тем, кто за руку ведет из через неизвестность к новой жизни.

— Ты когда-нибудь думал, что будешь стоять на границе снов и реальности и объяснять бухгалтеру из технологичного мира, как кормить парящих жуков? — спросила я однажды после очень долгого и насыщенного дня, когда мы сидели на краю мурлыкающего водопада.

— Я всегда знал, что моя жизнь приведет меня к чему-то подобному, — ответил он с самым серьезным выражением лица.

Я рассмеялась, но мой смех почти тут же стих. Потому что Адриан нежно смотрел на меня, и сердце в груди застучало так сильно, что стало почти больно.

Он подался вперед и мягко коснулся моих губ поцелуем. Прости, Аеремнаар, но как бы ты ни был прекрасен, в этот миг ты просто перестал существовать.

Остались я, Адриан и то восхитительное чувство, что навеки теперь связывало нас.

Глава 17

Эти дни были невероятными. Мы бродили по хрустальному лесу, уже без опаски наслаждаясь его красотой. Наблюдали за жителями Аеремнаар, которые начали возводить новые строения, украшая их светящимися кристаллами и диковинными цветами.

Этот мир менялся… Но изменился не только он, но и мы сами.

Адриан, освобожденный от бремени проклятия, стал более открытым и живым. Улыбался чаще, шутил, рассказывал истории из жизни. Я же, глядя на него, чувствовала, как внутри расцветает и крепнет нечто незнакомое, но светлое, теплое и… драгоценное.

Благодарный за нашу помощь Хранитель однажды открыл мне глаза на то, что прежде от меня ускользало. Да, я уже знала, что никакого проклятия на мне нет. Но, вечно занятая делами и чужими тревогами, забывала подумать о себе, сложить воедино части нехитрой, в общем-то, головоломки.

Что ж, в этом мне помог Хранитель. Наблюдая за нами с Адрианом, спросил, почему я поручаю ему призывать даже самые простые чары. Я смущенно сказала, что не хочу навредить миру, ставшему домом для сотен людей.

И вообще не хочу никому навредить.

— Твоя магия сильна, — своим мелодичным голосом сказал Хранитель, — и оков на ней я не вижу. Но я вижу нечто иное… Твои эмоции и намерения, которые ты таишь в глубинах души, прочно с ней сплетены. Такова твоя суть, дитя, и ее не изменишь. Такова ты.

Я ахнула и перевела взгляд на Адриана, сидящего под хрустальным деревом.

— Все эти «сбои» в чарах… Неужели они возникли из-за того, что я ощущала в тот момент? Тогда, перед комиссией, я сильно волновалась, а потом еще увидела тебя…

— Я был таким жутким? — улыбнулся Адриан.

— Притягательным, — смущенно ответила я.

И ведь меня почти в буквальном смысле к нему притянуло! А затем вышвырнуло в другой мир, где я могла побыть с ним наедине. Где могло исполниться мое сокровенное желание. Защитники, которых я призывала, чары, которые оберегали нас…

Я шла к своей цели и с помощью магии достигала ее… но весьма нетривиальным путем. Я шла напролом, обуреваемая эмоциями, не в состоянии контролировать поток своей силы. Такого не было прежде, с наставниками, потому что я не чувствовала угрозы собственной жизни.

И рядом не было Адриана Веймара, от которого я теряла рассудок.

— И что мне с этим делать? — понуро спросила я, высказав ему свои предположения.

— Нужно научиться контролировать свои эмоции. Сохранять спокойствие в любой ситуации.

— Легко сказать, — проворчала я. — А как это сделать?

— Есть разные способы. Медитация, дыхательные упражнения, колдовские амулеты, различного рода магические обряды… Но главное — практика.

— Какая практика? — не поняла я.

— Практика контроля магии в стрессовых ситуациях, — лукаво улыбнулся Адриан.

Я закатила глаза.

— И как ты себе это представляешь? Будешь меня пугать до смерти, чтобы я научилась не бояться?

— Что-то в этом роде, — подтвердил он, подсаживаясь ближе ко мне. — Но, думаю, я найду способ поинтереснее.

Он взял мою руку в свою и посмотрел мне в глаза.

— Давай начнем с простого, — прошептал он. — Попробуй призвать что-нибудь маленькое. Например, котенка.

Я закрыла глаза и сосредоточилась, представляя маленького пушистого котенка, который мурлыкал и ластился ко мне.

— Feles Appareo!

Но прежде, чем я успела послать магический импульс, Адриан взял мое лицо в свои руки и нежно поцеловал.

Мир вокруг меня снова перестал существовать. Я забыла обо всем на свете. Стоило ли говорить, что я не могла сфокусироваться ни на чем, кроме его губ, его рук, его запаха?

Магия, «активированная» заклинанием, выплеснулась из меня, словно лава из пробудившегося вулкана. В воздухе засверкали искры, и передо мной появился котенок.

Здорово, правда? Но есть один нюанс.

Его шерстка была белой, как снег, и ее всю сплошь усыпали… розовые сердечки.

— Что это еще за котенок-Валентин? — рассмеялась я.

— Ну, согласись, это тоже прогресс. Раньше ты просто взрывала все вокруг, а теперь создаешь милых котят с сердечной расцветкой.

Я закатила глаза.

— Ничего я не взрывала! Так, немного рушила. И что мне теперь с ним делать?

— Любить и заботиться, — пожал плечами Адриан. — Или найти того, кто с радостью будет это делать.

Итак, наши догадки верны — эмоции и потаенные желания и впрямь являются частью моей силы. Но чтобы эффективно использовать свой дар, чтобы стать полноценной чародейкой, я должна научиться их контролировать.

Мне нужно научиться контролировать бурю внутри себя, чтобы магия стала инструментом, а не стихийным бедствием.

Адриан рассказал мне о своем наставнике, старом мудром чародее, который учил его не только сложным заклинаниям, но и искусству владения собой. Говорил, что маг без контроля над эмоциями — это бомба, готовая взорваться в любой момент. Может быть еще и поэтому Адриан всегда был спокоен и сдержан?