— Катрин, слава богу! Как вы себя чувствуете? — спросил меня обеспокоенным голосом Арджун.
— Спасибо, хорошо, — ответила я ему и улыбнулась, продолжая рассматривать забавную внешность рыжего месье.
— Вот, дорогая, выпейте, это отвар из трав, он смягчит ваше горло и поможет быстрее очистить кровь от угарного газа. — Арджун помог мне присесть и подал кружку с жидкостью, пахнущей валерьяной, пустырником и мелиссой.
Я сделала глоток ароматного настоя. «Благодарю», — произнесла я, намереваясь задать вопрос, ответ на который был мне известен, но всё же я надеялась на чудо.
— Мадам Бено? — с надеждой в голосе спросила я.
Арджун покачал головой и отвернулся, скрывая увлажнившиеся глаза от слёз.
Месье Гюлен перекрестился. «Хорошая женщина была, упокой господь её душу».
- Виновных накажут?
- Да кто же их накажет? У мадам родни не было, суда над виновниками просить некому. Да если б и были, кто против этих дворян выступит, ещё и виноватым останешься. Месье Гюлен покачал головой.
- Приношу извинения, баронесса. Я сразу не представился, к вашим услугам, месье Гюлен. Мужчина слегка поклонился.
- Очень приятно, месье, только я теперь не баронесса. Можно сказать, что я никто. Я усмехнулась. - Зовите меня по имени, мне будет весьма приятно.
- Арджун мне рассказал вашу историю, и я, всё взвесив, решил вам помочь и сочту за честь назвать вас своей дочерью.
Я удивлённо заморгала, совсем не ожидая, что мой вопрос сможет решиться так легко, и перевела взгляд на Арджуна.
— Мой друг, уверяю вас, вы никогда не пожалеете о своём решении. Баронесса — это кладезь знаний и умений, она принесёт славу вашему имени, вот увидите, — лекарь довольно потёр руки. — Месье Гюлен, вы сняли огромную тяжесть с моих плеч.
- Катрин? Что скажете?
- Я даже и не знаю, как выразить свои чувства, - я растерянно переводила взгляд с одного мужчины на другого. - Это так неожиданно, вы спасаете меня, месье, в прямом смысле этого слова, я так вам благодарна. - Слёзы потекли из моих глаз.
- Ну-ну, милая, не стоит, всё будет хорошо. Сегодня же справлю вам документы. А сейчас извините меня, пойду распоряжусь насчёт завтрака. - Месье Гюлен поклонился и вышел из комнаты.
6
Меня разбудил изменившийся звук колёс — теперь мы явно ехали по мощеной дороге.
Лекарь дремал, я заинтересованно выглянула в окно кареты. Наступали сумерки, моросил дождь. Мы проезжали мимо небольших каменных домов с красными черепичными крышами. По улице спешили неопрятные люди, бегали босые и грязные дети. Вдоль дороги сидели оборванные нищие с протянутыми руками для подаяний. Кое-где стояли фонарные столбы, и у одного из них мужчина устанавливал лестницу, чтобы зажечь фитиль. Было похоже, что мы сейчас передвигались по улицам окраины Парижа. Суета, крики и грязь. В нос ударили зловония, я отпрянула от окна и поморщилась.
Вспомнила очарование аккуратных старинных улочек Парижа из моего мира, пахнущего свежей выпечкой и ароматом кофе .
— М-да, возможно, ближе к центру будет получше, — прошептала я, но что-то внутри меня подсказывало, что всё будет совсем не так, а, возможно,и намного хуже.
Карету внезапно сильно тряхнуло, с улицы послышались громкие ругательства нашего кучера и ржание лошадей.
— Что, что случилось? — Арджун вскочил спросонья и, ничего не понимая, уставился на меня.
Я в ответ испуганно пожала плечами.
В тот же миг дверь распахнулась, и в неё заглянул разъярённый мужчина лет сорока в запылённой одежде, со шпагой на изготовку.
- Каналья! - заорал он и мгновенно осёкся, уставившись на меня, потом медленно перевёл взгляд на лекаря, и его глаза расширились в удивлении. - Арджун! Тысячи чертей, мои глаза меня подводят, ты ли это, дружище?
- Шевалье Дюссолье, какая встреча! - воскликнул поражённо лекарь и, метнув на меня молниеносный взгляд, вскочил и поспешно вышел из кареты, прикрыв за собой дверь.
- Что это было? - прошептала я ошеломлённо и придвинулась ближе к двери, прислушиваясь к разговору мужчин.
Я только что прибыл и сразу же направляюсь к королю с докладом. Хотел бы также обратиться к нему с просьбой о попечительстве над моей племянницей. Граф Арман, конечно, наидостойнейший из всех, но мы всё же с малышкой Кэтти — родная кровь.
— Шевалье, не знаю даже, как вам и сказать, — проговорил лекарь.
Повисла пауза.
— Что-то случилось еще, пока я был в плаванье? Не томите, месье, говорите.
— Два дня назад по приказу короля мадмуазель Катрин выдали замуж за барона де Сансе.
— Кэтти замуж? Это же полный абсурд! Ничего не понимаю. Как такое возможно?
— Это ещё не все новости, к сожалению. В дороге меня нагнал гонец от графа и сообщил, что новоиспечённая баронесса покончила с собой. Примите мои соболезнования, шевалье.
По двери снаружи кареты ударили, и послышалась отборная брань. От неожиданности я в испуге подскочила и на всякий случай отсела подальше от входа. Голоса отдалились, и о чём говорили мужчины, было уже не разобрать.
— Здрасти приехали, получается, что у меня ещё и дядюшка есть. Тогда почему он меня не узнал? — пробормотала я. — Всё интересней и интересней. Не знаю, хорошо это или плохо, но всё же в данной ситуации я предпочла бы и дальше оставаться круглой сиротой.
Дверь открылась, лекарь сел на своё место, и экипаж тронулся. Я вопросительно на него посмотрела.
— Вы всё слышали? — Я кивнула, ожидая продолжения.
— Это ваш дядя, старший брат вашей матери.
— Почему он меня не узнал?
Лекарь махнул рукой. — Он вас видел за всю жизнь всего несколько раз, насколько я знаю, он никогда не интересовался вашей жизнью. Шевалье постоянно в отъездах по поручению короля. Но вот что странно, известие о вашей кончине его не расстроило, а вот что вас выдали замуж за барона — разозлило сильно, это точно.
- Возможно, дело в наследстве? — предположила я.
- Нет, Катрин, на наследство вашего отца могут претендовать только наследники по его линии, а вы были последним представителем его рода. Здесь что-то другое.
Мы оба на некоторое время задумались. Как вдруг карета опять остановилась, и кучер громко прокричал: «Приехали, господин лекарь».
Я выглянула в окно: на большом двухэтажном здании висела на толстых цепях деревянная вывеска «Трактир тётушки Бено».
- Трактир? - я вопросительно посмотрела на Арджуна.
- Да, сегодня вы переночуете здесь, у мадам Бено, - лекарь слегка замялся и, как мне показалось, немного смутился. - Она моя старая знакомая, и я ей доверяю. А мне надо будет сходить к месье Гюлену и подготовить его к вашему приходу.
- Ладно, - ответила я, стараясь скрыть улыбку. Похоже, у нашего лекаря есть еще одна зазноба, помимо замковой поварихи.
В районе, где мы остановились, было чуть уютней, улицы, конечно, так и оставались грязными, с кучами лошадиного навоза и с текущими нечистотами по неглубоким желобам дороги. Но люди тут были намного опрятнее, одежды были более дорогие, и отсутствовали нищие вдоль дороги. Всё это говорило о том, что район принадлежит, скорее всего, зажиточным горожанам.
